Любовь бродяги
Шрифт:
— Знаю, читал отчеты.
— Так что, Пит, ты напрасно стараешься. Тем более что вокруг этой актриски всегда происходят странности.
— Это ты об угрозе перерезать ей горло и о выстрелах в ее любовника на пирсе?
— Вот именно.
— И все же я думаю, что Ренфри не сама прыгнула в воду. Ей, вероятно, помогли.
— Ты уверен? — Дейв удивленно посмотрел на него, не донеся до рта чашку кофе.
— Только так можно объяснить, почему человек Фэлона Ротмера оказался так близко от места этого, так сказать, несчастного случая и при этом даже не побеспокоился хоть как-то помочь
— Вот это уже серьезный аргумент, — задумчиво произнес Даунинг и откинулся на спинку стула. Наклонившись вперед и облокотившись руками на край стола, он тихо продолжил:
— Но до того как ты выдвинешь подобное обвинение, необходимо найти веские доказательства.
— Знаю. — Мэтерс понимал, что такое заявление может стоить ему работы. — Если у тебя есть другие версии, я готов их выслушать.
— Этот парень Ротмера еще у нас, — улыбнулся Дейв. — Возьми резиновую дубинку и узнай всю правду сам.
Мэтерс засмеялся. В это время стеклянная дверь кабинета распахнулась, и в комнату вошел молодой светловолосый полицейский.
— Ну что у тебя там? — недовольно поморщился, глядя на него, Пит. — Говори, да поскорее. Полицейский открыл блокнот и прочитал:
— Танкер возил его в город, там он обошел магазины, расплачиваясь наличными. Велел доставить покупки в дом мисс Гамильтон. Затем посетил отдел регистрации, архив, музей, библиотеку и две гостиницы. Был в редакции газеты и магазине спортивного оружия.
— Он с кем-нибудь разговаривал?
— Нет, если не считать продавцов и клерков.
— Значит, он хотел купить оружие? — поинтересовался Мэтерс, поигрывая карандашом.
— Только осматривал. Но с большим интересом. — Полицейский вновь заглянул в свой блокнот. — Купил он словарь, несколько книг по стратегии ведения войн на море и по истории войн, кое-что из одежды, бумажник, часы, калькулятор, шариковую ручку, бинокль, нотную тетрадь и оценил бриллиант.
— Бриллиант? — удивился Пит.
— Да, сэр, — кивнул полицейский. — Такой круглый, темно-розовый, около пяти карат и довольно редкий. Оценка была произведена сразу в трех магазинах.
— И во сколько его оценили?
— О, сумма просто невероятная!
— Хорошо, — недовольно оборвал его Мэтерс. — Вставь это в отчет. А пока можешь идти.
Как только тот вышел, Дейв подошел к Питеру и с недоумением спросил:
— Не пойму, зачем ты сел ему на хвост? Ведь он ничего предосудительного не совершил. Ты лишь понапрасну гоняешь людей. Такое впечатление, будто ты лично заинтересован в этом деле.
— А хоть бы и так, — Мэтерс поудобнее устроился на своем стуле, — у меня есть на то основания: вчерашнее оскорбление словом и делом. Этот О'Киф вообще очень подозрительный тип. Не успели его выудить из океана, как он уже в чужой одежке разгуливает по магазинам и предлагает всем розовый бриллиант стоимостью не менее полумиллиона. Как тебе это понравится?
— Не вижу в этом ничего особенного. Как и твое нутро, мое тоже стоит на страже общественного порядка и чует, что мистер Рэмзи О'Киф не из тех субъектов, которые падки на чужие деньги. Недаром лондонская фирма отнеслась к нему с таким почтением. И в конце концов, подозрительный тебе бриллиант мог оказаться в той посылке, которую
— Хорошо, хорошо, — поспешил согласиться Мэтерс. — По твоим словам, мистер О'Киф не человек, а святочный пряник.
Он вынужден был признать, что в словах напарника содержится немалая доля истины, но это ничуть не поколебало его решимости до конца разобраться в этом запутанном деле. Ведь он, хотя никто в управлении не знал этого, окончил тот же колледж, что и Тесс Ренфри, и хорошо помнил симпатичную гимнастку. Может быть, именно воспоминание о первой любви и делало его столь непреклонным, когда разговор касался обстоятельств исчезновения Тесс.
— Э, да ты, я вижу, завидуешь! — засмеялся Даунинг. — Что ни говори, а бабенка этому Рэмзи досталась что надо! Любой был бы не прочь провести с ней ночку.
— Нет уж, дудки, — усмехнулся в ответ Пит. — Я боюсь замерзнуть в ее компании. Пусть с этой ледышкой спит кто-нибудь другой.
— Ты просто не уверен в себе.
— Заткнись, Дейв! — не выдержал Мэтерс, задетый за живое. Собрав отчеты, он захлопнул папку. — Ладно. О'Кифа мы пока оставим в покое. Но хорошо бы все же как следует разобраться в этом деле. Так что бери свою резиновую дубинку, и пойдем выясним, зачем это Ротмеру понадобилось преследовать Тесс Ренфри.
— Что? — сурово покосился на Даунинга Пит. Тот хотел ответить, но, взглянув на Мэтерса, лишь шутливо поднял руки и покорно пробормотал:
— Сдаюсь.
— То-то же.
— Что я слышу?! Она поет?
Хэнк удивленно посмотрел на Маргарет и приставил ухо к дверной щели.
— Весь день, — кивнула экономка, хлопнув его по руке, протянутой за кусочком сыра. — Видимо, новый гость пришелся ей по душе.
— Ну прямо как ты мне.
— Отстань, старый греховодник.
Она с игривой улыбкой оттолкнула Хэнка. Но он, воспользовавшись ее неловкостью, обнял ее сзади и прильнул губами к шее. Она ловко вывернулась и, в свою очередь перейдя в наступление, с резвостью молодой девицы облобызала его в обе щеки.
— Погоди часочек, — говорил он, оглаживая мозолистыми руками ее округлые бока. — Вот только привезу назад Рэмзи и тогда…
Он многозначительно повел бровью и плотоядно улыбнулся. Маргарет кокетливо потупилась и сунула ему в рот кусочек ананаса.