Любопытство
Шрифт:
– Мэм, прощу у Вас прощения, я… Я не помню, как оказался здесь, но… Кажется, я лунатил и…
– Чёрт бы побрал этих шутников! Кто ты такой?! – голос за дверью прозвучал абсолютно безучастно и сердито.
– Я Крис, Кристофер Алан Лютер из соседнего Браун… – он осёкся, потому что осознал, что голос был мужским. Перед ним стояла вовсе не Виктория. Глаза начали привыкать к свету, и он, щурясь, жадно вглядывался в незнакомца за приоткрытой дверью. Сонные глаза, кажется, серые, светлые растрёпанные волосы, большие круглые ноздри, веснушчатое лицо, белёсая бородка… На него смотрело его собственное лицо! Крис отшатнулся и закрыл липкими ладонями глаза, не в силах вымолвить слово. В висках гулко стучала кровь и начало тошнить от ощущения собственной беспомощности. Теперь он осознал, что голос, угрожающе звучащий из темноты до этого – был его собственным. Как такое возможно?! Дверь
– Тебя невозможно было разбудить, Крис! Ты стонал во сне… Я испугалась!
– Этот… этот сон, чёрт бы его побрал, был очень реалистичным… – смог обессиленно прошептать Кристофер. Его ноги были холодными, а на ноздрях всё ещё ощущался липкий смрад.
***
То будничное ноябрьское утро в Бруклине выдалось чудесным. Особенно, в одном из его очаровательных районов – Форт Грин. В самом сердце района расположились аккуратные оригинальные домики в итальянском стиле девятнадцатого века. Красивейшие аутентичные церкви так же являются украшением улочек Форт Грин. Район радует своих жителей густой зеленью до конца сентября, но сейчас здесь не менее живописно. На деревьях всё ещё рдеют багровые листья, а под ногами уже выстлана ароматная дорожка из тёмно-жёлтой прелой листвы. Удивительно, но между серыми булыжниками на мостовой ещё можно заметить траву. Она не такая зелёная, как раньше, а скорее – болотного цвета. Солнце в это время года не так часто радует жителей Бруклина своим появлением, но сегодня оно не только светило, но и приятно грело. Гуляющие дети, щурясь, с удовольствием подставляли ему свои щёки и носы. Собаки весело резвились в высохшей листве на радость своим хозяевам. Форт Грин Парк жил и дышал по-особенному в этот солнечный день.
Кристофер шёл вдоль огороженного теннисного корта, наблюдая за молодой парой, которая заканчивала игру. Они были почти раздеты. Он забыл, когда последний раз играл в теннис, хотя очень любил его за то, что интенсивная игра быстро помогала отвлечься от плохих мыслей. Хотя в такую погоду невозможно думать о чём-то плохом. В Бруклине вообще не принято грустить. Всё вокруг словно так и шептало: «Расслабься и отвлекись». Крис присел на лавочку, освещённую солнцем, снял душное пальто, оставшись в синей рубашке и вельветовом пиджаке. Он поставил чёрный стаканчик с кофе рядом и закрыл глаза. Дул прохладный ветер, но как только он стихал, то солнце грело плечи ещё сильнее. Он взял в руки кофе, и сделав внушительный глоток, тут же пожалел в этот момент о двух вещах: о том, что забыл дома солнцезащитные очки и о том, что не взял в кофейне дополнительную порцию сахара. Крис посмотрел на часы: до предсвадебной фотосессии оставалось ещё полчаса. Рейчел не пришлось долго уговаривать его на эту авантюру, так как он хотел повидаться с Чаком и Рози – счастливой парой, которая скоро обручиться. Он хотел обговорить с ними детали своего предложения для Рейчел. Та уже успела рассказать Крису, что Чак и Рози решили сыграть свадьбу в Бруклин Хайтс – в престижном пригородном районе. Он много слышал о нём, но бывал там крайне редко. Уникальное расположение делает этот район действительно привлекательным. Разместившись между Атлантик Авеню и улицей Клинтон, Бруклин Хайтс охватывает набережную Бруклин Променад, с которой открывается умопомрачительный вид на Манхеттен. Кроме того, Бруклин Хайтс завораживает в вечернее время, когда на другой стороне зажигаются огни поднебесных небоскребов. Отличный повод, чтобы посетить это великолепное место и начать новый виток своей жизни именно там, с предложения руки и сердца. Кристофер представлял, как спустя годы им будет так приятно возвращаться в Бруклин Хайтс, чтобы предаться приятной ностальгии и освежить свои чувства. С этими сладкими мыслями его кофе казался не таким уж и горьким.
– Кристофер, дружище! Рад тебя видеть! – раздался позади раскатистый бас. – Ты выглядишь, как лондонский денди!
– Привет, Чак! Сегодня прекрасный повод принарядиться, не так ли? – Крис крепко пожал руку приятелю и кивнул миловидной девушке, стоящей рядом с ним. Роуз кивнула в ответ. Сегодня на ней было лёгкое винтажное платье молочного цвета с высоким воротничком, волосы собраны в низкий пучок, а длинная волнистая прядь спадала
– Она скоро подойдёт, они с фотографом украшают букет в цветочной лавке у входа в парк. – сказал Чак.
Кристофер счёл это прекрасной возможностью для обсуждения своего замысла. Рейчел точно не ожидает такого поворота на свадьбе у своих близких друзей. Чак, услышав намерения Кристофера, искромётно пошутил на тему того, что Рейчел уже словно готовится к собственной свадьбе. Роуз рассмеялась и сказала, что та и правда ответственно подходит к подготовке их торжества, и она только могла мечтать о такой подружке невесты.
– Кристофер, тебе с ней так повезло! – она прильнула к плечу Чака и по-кошачьи заглянула в глаза своему жениху. – Если ты чувствуешь, что это твоё, – то дерзай!
– Да, Крис, мы тебя поддержим! – отозвался Чак.
– Будем дружить парами, а потом – и семьями! – воодушевилась Рози.
– Форт Грин – прекрасное место для того, чтобы создать здесь семью, дружище. – подмигнул ему Чак. Роуз еще сильнее прижалась к плечу будущего супруга.
Кристофер обезоружено улыбнулся и, сжав кулаки, победоносно выдохнул.
– Ребята, я ваш должник! Я не хотел бы перетягивать одеяло на себя на вашем торжестве, и я знаю, как это может выглядеть со стороны… но Рейч это оценит! Рад, что вы не против. Теперь – Крис деловито поднял палец вверх – мы должны это обсудить подробней.
– Согласен, до свадьбы ещё две с половиной недели, можно пересечься где-нибудь.
– Я вас понял! Какую кухню вы любите?
– Итальянскую! – в один голос сказали ребята и все трое рассмеялись.
– Тогда решено: я вас угощаю лучшей пастой и пиццей в Форт-Грин, и мы обсуждаем всё в деталях. Подыщу нам прекрасный ресторанчик.
Все так увлеклись обсуждениями, что не сразу заметили Рейчел в компании фотографа. Увидев Кристофера и друзей – она издалека помахала собравшимся ребятам букетом в руках. На её лице играла улыбка, свободной рукой она придерживала коричневую кожаную куртку на плечах. Кристофер заметил, как выбранный ею букет для невесты подходил к её синему шифоновому платью до колена. Но, при этом, среди васильковых цветов гармонично смотрелись такие же бутоны, как и в волосах Роуз. Все радостно приветствовали пришедших.
– Ну что, пока не село солнце – начнём? – с южным-американским акцентом проговорил фотограф. Он выглядел, как студент третьего курса в самый разгар сессии: растрёпанные кудрявые волосы, большие очки в чёрной оправе, потрёпанная куртка-бомбер, джинсы и потёртые красные конверсы. Если бы не увесистый фотоаппарт марки Сanon на шее, то сложно было бы поверить в то, что перед ними – фотограф. Пока ребята готовились к первым кадрам, Кристофер тихонько отпустил шутку про то, что теперь каждый тинейджер в Бруклине может называться фотографом с Сanon в руках и получать с этого немалый доход. Он всё ещё был в эйфории от недавнего разговора и в душе «потирал ладошки». Ничего не подозревающая Рейчел только шикнула на Криса и ответила вполголоса, что парню уже двадцать пять, и он состоявшийся профи в мире свадебных фотосессий. «Он будет за кадром, а не в кадре, поэтому молчи!» – парировала Рейчел. Следующие полтора часа все четверо усердно меняли позы, выражения лица и локации. Кристофер понял, что и впрямь недооценил фотографа: парень с первых минут начал руководить процессом, деловито заглядывая в свой Сanon после каждого снимка, сдувая кудрявую прядь с глаз. Он требовательно махал руками в разные стороны, то и дело меняя молодых людей местами. Компания не задерживалась на одном месте более пятнадцати минут. Они словно преследовали солнце по всему парку, которое так и норовило спрятаться за пожелтевшими кронами дуба и клёна. На солнце листья словно горели: они так красиво отливали золотом и медью, что ребята были не единственными, кто решил устроить себе памятную фотосессию в этот день.
Последние полчаса были уделены Чаку и Рози. Наблюдая со стороны за процессом, Кристофер всё же не удержался от едкой шутки: фотограф так комично показывал невесте её позы, женственно касаясь Чака двумя пальцами за плечи, что Крис засомневался в его ориентации.
– Тебе только и вешать ярлыки на людей…– обиженно произнесла Рейчел. – Надеюсь, что на нашей свадебной фотосессии ты не будешь ёрничать.
Кристофер поспешил сделать серьёзное лицо:
– Ты что? До нашей свадьбы я вообще не позволю лапать себя чужим мужикам.