Люблю... И больше ничего

Мартон Сандра

Мэтью разделся, вошел в душевую кабинку, пустил воду и прислонился к стене. Струи стекали по плечам и груди, не мешая думать. Сегодня ему предстояла встреча с язвительной и, скорее всего, мало что понимающей Сюзанной… как ее фамилия? Кажется, как у какого-то из президентов. Впрочем, какая разница? Все равно вскоре она будет уволена, как и все остальные сотрудники редакции. И все-таки: как она посмела отзываться пренебрежительно о незнакомом человеке да еще при этом посылать поцелуи какому-то Питеру? Очевидно, сексуальную революцию она понимала как способ добиться неограниченных прав для женщин.

Мэтью вышел из душа, вытерся, направился в спальню и, открыв зеркальный

шкаф, остановил выбор на светло-голубом костюме. Мысли о Сюзанне почему-то не шли у него из головы. Она слишком легко бросалась словами и к тому же считала, что ее не повышают в должности только потому, что она женщина. Мэтью просмотрел архивы журнала и пришел к выводу, что Сюзанне следует не возглавлять его, а писать тексты для комиксов. Значит, ее давным-давно пора было выставить за дверь. И нелестные отзывы о нем самом в личной переписке здесь ни при чем. Мэтью был готов простить Сюзанне даже пренебрежительные замечания о его подругах.

Он вовсе не был мстительным человеком, хотя знал, что половина его подчиненных успела прочесть письма Сюзанны и теперь при встрече с ним давилась от смеха.

— Но мне это абсолютно все равно, — резким тоном сообщил Мэтью своему отражению в зеркале, взял черный кожаный кейс и вышел в коридор. — Да, все равно! — повторил он и хлопнул дверью так, что стекла зазвенели в окнах.

ГЛАВА ВТОРАЯ

В давние времена, когда Сюзанна училась в колледже и еще не остановила свой выбор на английской литературе, она прослушала курс популярной философии. У профессора Уилера была своя теория относительно того, как достичь счастья. Он утверждал, что все взлеты и падения в жизни подчиняются неким неписаным правилам. Стоит открыть для себя эти правила, и можно смело шагать по жизни, не боясь сбиться с курса. И незачем ждать, когда вам, как Ньютону, на голову свалится яблоко: Ваши собственные Правила сами найдут вас. С тех пор Сюзанна успела составить целый список персональных правил и убедиться, что они неспособны помочь ей достичь цели. Правило номер один: если надеть белое шелковое платье в итальянский ресторан, тебе на колени непременно упадет лазанья. Правило номер два: предменструальный синдром — не выдумка, а суровая действительность. Правило номер три: обезжиренное мороженое все-таки существует.

Этим прохладным и ясным осенним утром ее список правил пополнился еще двумя: «Ни за что не доверяй будильнику в те дни, от которых зависит твое будущее» и «Только супермену под силу пересечь чуть ли не весь город за двадцать минут в час пик».

Втиснувшись в вагон подземки между толстухой, которая недавно наелась маринованного чеснока, и мужчиной, который изо всех сил работал локтями, охраняя восемь дюймов своего индивидуального пространства, Сюзанна хмуро уставилась на пол, уверенная, что сардины в консервной банке должны чувствовать себя гораздо комфортнее.

Поезд, набитый живым грузом, мотало из стороны в сторону, колеса грохотали на стыках и скрежетали, но пассажиры, все, как один, из племени нью-йоркских стоиков, не проявляли недовольства. Сюзанна тоже ничем не отличалась от других. Она сознавала, что чудовищное опоздание неизбежно, но готовилась с апломбом появиться в зале совещаний, переполненном подчиненными. Да, ей следовало тщательно спланировать это утро, завести запасной будильник, запастись шнурками, заранее выбрать одежду, которая подчеркивала бы ее уверенность в себе… Искупить свой промах она могла лишь одним способом: швырнув на стол блестящий план реанимации журнала. Все выходные она просидела за

статистическими выкладками, а разумнее было бы заняться разработкой идей. Между тем поезд приближался к ее станции. Осталось пройти пешком минут десять, и…

— Идею мне, идею! — шепотом взмолилась Сюзанна.

— Лечиться вам надо, — возмущенно посоветовала толстуха, обдав ее чесночной вонью.

Сюзанна скорбно кивнула. Поезд подошел к платформе, и она заработала локтями, пробираясь к двери. Едва оказавшись на улице, Сюзанна припустила бегом.

Водитель остановил машину, подъехав вплотную к тротуару. Мэтью расплатился, подхватил кейс и выбрался из такси. По бетонному каньону улицы гулял ледяной ветер. Мэтью поднял воротник плаща и окинул взглядом здание, где размещалась редакция журнала «Шик».

По нью-йоркским меркам здание было старое. Его построили, вероятно, еще в тридцатых годах, в эпоху арт деко. Закопченный фасад отличался изяществом линий. Мэтью вспомнил, что когда-то издательский дом Элерби процветал. В те давние времена такой особняк, наверное, очень подходил ему. Мэтью прошел через вестибюль к лифтам, размышляя, как распорядиться зданием после того, как журнал будет упразднен. Вынув из кармана диктофон размером с кредитную карточку, он поднес его к губам и произнес:

— Покупка офиса.

Двери лифта плавно открылись. Мэтью сунул диктофон в карман и шагнул внутрь. Сегодня утром участь «Шика» будет решена, редакционные бухгалтеры вздохнут с облегчением. Сотрудников надо разогнать быстро и без шума. Если бы не эта Сюзанна Линкольн! Но он вовсе не намерен мстить ей, напомнил себе Мэтью.

Сюзанна свернула за угол. До офиса рукой подать. Еще минута в вестибюле, минута в лифте… В общем, через какие-нибудь пять минут она уже будет за своим столом, и у нее останется несколько секунд, чтобы наспех записать совершенно невероятную идею, которая родилась у нее, пока она мчалась по улице. Давно бы надо привыкнуть носить с собой записную книжку, а еще лучше диктофон.

Сюзанна влетела в здание, метнулась к лифтам и, увидев свое отражение в отполированной бронзовой двери, ахнула. Бог знает, на что она похожа. Ветер не просто высушил ее волосы. Теперь они стояли дыбом. На пиджаке, который Сюзанна, не глядя, впопыхах вытащила из шкафа, недоставало трех пуговиц. На джинсах засохла краска. Булавки потерялись где-то по пути от метро до офиса, поэтому при резких движениях кроссовка грозила соскочить с ноги. Обреченно вздохнув, Сюзанна вошла в лифт и нажала кнопку четырнадцатого этажа.

Да, вид у нее далек от высокой моды. И пунктуальность — не ее сильная сторона. Ну и что? Глупо обращать внимание на такие мелочи. Пусть ей недостает организованности, зато свежих идей у нее хоть отбавляй. Сам старина Элерби охотно признавал это. И ей совсем ни к чему поражать сотрудников редакции своей внешностью. Главное — вселить в них уверенность, вдохновить их. А для этого пригодится ее новая сногсшибательная идея. Сюзанне не терпелось изложить ее Клэр и послушать, что она скажет.

Лифт остановился, Сюзанна вошла в приемную. Странно… В ней было пусто. Даже секретарша Джуди куда-то делась. Может, она ждала в зале совещаний? Заметив на приставном столике кофейник и блюдо с пончиками, Сюзанна радостно улыбнулась. Несмотря на раннее утро, Джуди оказалась на высоте. Взглянув на часы, Сюзанна бросилась в свой в кабинет, тихонько повторяя: «Опоздала, опоздала». Впрочем, опоздала она ненамного: часы показывали двадцать пять минут девятого. Сюзанна подумала, что еще легко отделалась.