Люблю... И больше ничего

Мартон Сандра

— Не беспокойся, Мэтью с нами не будет, — предупредила она. — У него другие планы.

Ну разумеется! Зачем проводить вечер в обществе подчиненных, если можно потанцевать с Клодетт или Ивонной? И не только потанцевать. Наверное, они пьют шампанское, ужинают при свечах, а может, уже…

— Прекрати! — сердито одернула себя Сюзанна. Какое ей дело до Мэтью? Пусть развлекается с кем угодно и как угодно. Ей все равно. Нельзя смешивать бизнес с удовольствием. На глаза Сюзанны навернулись слезы, и она сердито вытерла их ладонью, не понимая, почему

она плачет. У нее впереди блистательная карьера. Именно об этом она мечтала всю жизнь.

В дверь постучали. Должно быть, вернулась Клэр. Сюзанна метнулась в ванную, схватила бумажную салфетку, вытерла глаза, пригладила волосы, изобразила приветливую улыбку и направилась к двери.

— Клэр, прости, но мне сейчас не по себе… — начала она, открывая дверь. Но на пороге стояла вовсе не Клэр. Мэтью, неотразимый в своем темном костюме и с букетом…

Цветы? Для нее? Сердце Сюзанны учащенно забилось, как несколько недель назад, в «Летящей карусели».

— С вами все в порядке? — спросил он, склонив голову набок. — Похоже, вы плакали.

— Я? Плакала? Глупости. Просто в глаза попал шампунь.

— Вы позволите мне войти? — Мэтью взглянул на часы. — Только на минутку. У меня назначена встреча.

Слабый проблеск надежды в душе Сюзанны угас в мгновение ока.

— А чем намерены заняться вы? Провести вечер с одним из финалистов? — бесстрастно спросил он.

— Вы забыли, что отпугнули их всех? — грустно улыбнулась Сюзанна.

— Это радует. Завтра у нас трудный день.

Вымученная улыбка исчезла с лица Сюзанны.

Почему ее сердце бьется так судорожно? Почему в присутствии Мэтью она теряет власть над собой?

— Сказать по правде, Алехандро спрашивал, на самом ли деле мы с вами встречаемся. Я сказала, что вы просто пошутили, и сегодня попозже он собирался зайти ко мне.

— А Сэм не станет возражать? — прищурившись, полюбопытствовал Мэтью. — Или вы забыли про него? Он не расстроится, узнав, что вы провели вечер с другим?

Сюзанна вспыхнула.

— Понимаю, вам трудно в это поверить, но, если я разрешила Алехандро зайти в гости, это еще не значит, что он проведет у меня ночь. И кроме того, мы с Сэмом… понимаем друг друга.

— А с Питером?

— Вы пришли сюда, чтобы расспрашивать про Сэма и Питера?

— Мне просто любопытно, Мэдисон. Похоже, ваши возлюбленные отличаются широкими взглядами на верность и обязательства.

Она рассмеялась.

— Не вам судить!

— Мы говорим о вас, а не обо мне, — напомнил Мэтью. Между прочим, Сюзанна ошибалась: он не любил разбрасываться. Если женщина нравилась ему, на пару месяцев она становилась его единственной подругой. Однажды, читая Мэтью нотацию по поводу того, что он до сих пор неженат, бабушка упрекнула его в страхе перед ответственностью. Но и она ошибалась. Просто он еще не пресытился прелестями холостяцкой жизни. — По крайней мере, я не имею обыкновения держать на крючке сразу двух женщин, — холодно возразил он.

— Вас еще не причислили к лику святых, мистер

Романо? К счастью, я не обязана отчитываться перед вами. Всего хорошего. — И она попыталась захлопнуть дверь, но Мэтью просунул ногу в щель.

— По-моему, вам нужен мужчина, который не удовлетворится подобным ответом.

— Такие отношения меня не интересуют.

— Почему же? — Он улыбнулся, и от этой улыбки кровь Сюзанны быстрее заструилась по жилам. — Боитесь, что с таким человеком вам не справиться? — Он протянул руку и легко провел пальцем от виска до шеи Сюзанны. — Ручаюсь, еще никому не удавалось по-настоящему воспламенить вас.

Уверять, что воспламенить ее невозможно, было бы бесполезно. В объятиях Мэтью она каждый раз горела как в огне, но даже себе не смела признаться, что теряет голову от любого его прикосновения. Они взглянули друг другу в глаза, и мир вокруг внезапно перестал существовать. Исчез насмешливый блеск его глаз, с губ слетела улыбка. Стоило ей сделать шаг, приподнять лицо… Сюзанна в ужасе отпрянула. Ее сердце неистово колотилось.

— Вы пришли по делу, Романо? Если так, я слушаю вас. Если же нет — уходите.

Ее голос дрожал. Мэтью хотелось бы думать, что он дрожит от желания, но он не стал обманывать себя. Сюзанна вздрагивала от гнева. У нее не было к нему иных чувств. Черт побери, что происходит? Он пришел извиниться за то, что узурпировал ее полномочия, доставил ей немало хлопот, нарушил все планы, и только потому, что не мог видеть, как она кокетничает с четырьмя глупыми мускулистыми мужчинами. Но заставить себя выговорить эти слова он не мог.

— Я жду, Романо, время идет.

Мэтью пристально смотрел на нее. Босиком Сюзанна едва доставала головой ему до подбородка. Он видел ее влажные волосы, видел, как судорожно она комкала на груди отвороты халаты. Мэтью почувствовал, что где-то глубоко внутри него возник тугой горячий узел. «Убирайся отсюда, — советовал ему внутренний голос, — и поживее!»

Мэтью попятился.

— Это вам, — выговорил он, протягивая ей букет. Сюзанна взглянула на него с ужасом, словно ей предложили пчелиный улей.

— Что это?

— А как по-вашему, Мэдисон?

— Цветы? — Она озадаченно прикусила губу. — Мне?

— Я стою у вас на пороге с букетом. Кому же еще он может предназначаться? — разозлился Мэтью.

— Видите ли, я думала, что это цветы для одной из тех девушек… для той, с которой вы встречаетесь сегодня…

— А, вы про моделей! — Он провел ладонью по волосам. — Я ни с кем не встречаюсь, разве что завтра с Бернадеттой… — Ему вспомнилось собеседование: сущий кошмар, множество самоуверенных женщин в декольтированных платьях и с изысканными прическами… — Послушайте, давайте считать этот букет знаком примирения, ладно? Нам ведь незачем ссориться. Нас обоих тревожит судьба журнала, верно? — Сюзанна кивнула. — Тогда возьмите цветы. Мы пожмем друг другу руки, я уйду, а вы дождетесь Барта… то есть Зика. Или Алехандро. Не помню, которого из них.