Люблю... И больше ничего

Мартон Сандра

Сюзанна вскинула голову. Таким тоном можно извиниться перед человеком, которого нечаянно толкнул локтем! Наверное, она лишилась рассудка. Как еще объяснить эти поцелуи на заднем сиденье такси? Подумать только, они с Мэтью Романо знакомы всего четыре часа! Это она во всем виновата. Сюзанна снова одернула юбку, пытаясь прикрыть колени и сгорая от стыда. В эту минуту ей хотелось залепить Мэтью пощечину. Он ворвался в ее жизнь, превратил ее в хаос, а теперь делал вид, будто ничего не произошло!

Одновременно повернувшись, они смотрели

друг на друга в упор. Сюзанна смерила Мэтью негодующим взглядом, но вдруг вспомнила, как он ласкал ее языком, и густо покраснела.

— Сюзанна, — вдруг заговорил Мэтью, — мы вели себя безрассудно. Но больше такого не повторится, наши отношения должны быть деловыми, и не более того. — Мэтью удивлялся сам себе: эти слова он произносил тоном прыщавого юнца, который убеждал свою подружку, что не потеряет уважение к ней даже после всего, что случилось на заднем сиденье автомобиля после вечеринки. — Послушайте, почему бы нам просто не забыть…

— Мы совершили ошибку, — перебила Сюзанна.

— Да, отчасти потому, что водитель резко затормозил. Примите мои искренние извинения.

Сюзанна уставилась на него: мнимое извинение прозвучало оскорбительно. Очевидно, Мэтью считал, что за все случившееся она несет не меньшую ответственность, чем он. И это было справедливо. Значит, остается только забыть обо всем и впредь вести себя осмотрительнее. Она кивнула, и он вежливо улыбнулся в ответ.

— Наши планы изменились, — обратился Мэтью к водителю. — Отвезите нас обратно в город, в отель «Башни Манхэттена»…

— Ни в коем случае! — перебила Сюзанна, и в ее глазах сверкнуло нескрываемое презрение. — Всего хорошего, мистер Романо. Уж лучше продавать свитера у Мейси, чем очутиться вместе с вами в отеле!

— Что вы несете, черт возьми?

— Вы ни разу не упомянули о медицинской страховке и выплате пенсий, но сразу вознамерились затащить меня в постель! Пустите меня!

— Сюзанна…

— Никакая я вам не Сюзанна! — выкрикнула она и попыталась перелезть через него, чтобы открыть дверь.

— Простите, — Мэтью попытался сдержать смех, — но, когда женщина полулежит у вас на коленях, как-то нелепо обращаться к ней по фамилии.

— Понимаю, вам смешно, но я не вижу в том, что происходит, ничего забавного!

— Увидите, когда успокоитесь и выслушаете меня. Во-первых, я довезу вас до Манхэттена…

— Если вы сейчас же не прекратите ломать мне руку, вам придется побывать у дантиста!

— Ох, напугали! — издевательским тоном отозвался Мэтью. — Сядьте и успокойтесь. Прежде всего в случившемся виноваты мы оба…

— Джентльмену и в голову не пришло бы обвинять даму! — выкрикнула Сюзанна, высвобождая руку. — Впрочем, вы не джентльмен, вы врун и негодяй.

Мэтью понимал, что дразнить Сюзанну несправедливо: она была оскорблена, ее щеки горели, в глазах блестели слезы. Но удержаться не мог. Больше всего ему хотелось снова поцеловать ее. Кто бы мог подумать, что Сюзанна Мэдисон —

настолько сложная натура? Она казалась то робкой девственницей, то деловой женщиной, то обольстительной сиреной, а теперь вот разыгрывала возмущение обманутой невинности. Было бы забавно узнать, на что еще она способна. Но Мэтью предпочитал не смешивать бизнес с развлечениями. К тому же его неприязнь к Сюзанне не улетучилась. А он не спал с женщинами, к которым испытывал неприязнь. Мэтью нахмурился. Да какое ему дело до Сюзанны? Важно лишь то, что случившееся больше никогда не повторится.

— Вы ошиблись, — холодно заявил он. — Я вовсе не приглашал вас к себе в отель. Я просто хотел сам вернуться туда, — и, поймав выжидательный взгляд таксиста, добавил, обращаясь к нему: — Наши планы опять изменились, но скоро мы примем решение.

— Быстро же меняются ваши планы, мистер Романо! — не преминула съязвить Сюзанна, поджав губы.

— Черт побери, между нами не произошло ничего особенного! Подумаешь, поцелуй!

После минутного молчания Сюзанна шепотом согласилась, что почему-то вызвало безотчетное раздражение Мэтью. Она взглянула на него, опасаясь, что он поймет, какое неожиданно потрясающее впечатление произвел на нее этот поцелуй. Ничего подобного она еще никогда не испытывала.

— Тот парень, что играет в карты с вашей матерью, когда-нибудь целовал вас так? — невозмутимо осведомился Мэтью. Щеки Сюзанны запылали. Он пояснил: — Я говорю о Сэме, том самом, который играет в карты с вашей матерью, вместо того чтобы заниматься любовью с вами.

— Вы не имеете никакого права расспрашивать меня!

— А Питер? Тот, которого вы просили поцеловать?

— Питер? — ошеломленно переспросила Сюзанна.

— Отвечайте же. Вы целуетесь с ним так же, как со мной?

Сюзанна подавила смешок. Ее подмывало объяснить, что Питер — это всего-навсего кот, и увидеть, как покраснеет Романо, но внутренний голос советовал ей промолчать.

— Как и с кем я целуюсь, вас не касается.

Мэтью кивнул: конечно, Сюзанна права. Наверное, за свою жизнь она перецеловалась с сотней парней, издавая тихие стоны, приоткрывая губы, извиваясь в мужских руках… Мэтью кашлянул, чтобы прервать неловкую паузу.

— Итак, решено. Ваши идеи неплохи, и я дам вам шанс осуществить их. А ведь мог бы назначить главным редактором кого-нибудь другого! Нечего возмущаться, Мэдисон. План ваш, но журнал мой.

— Пожалуй, я все-таки должна признаться, что вы мне не нравитесь, мистер Романо, — произнесла Сюзанна, чопорно сложив руки на коленях. — Вы надменный и бессердечный негодяй.

Мэтью вздохнул, положил ногу на ногу и покачал ею.

— Отвечайте коротко и внятно. Вам нужна работа? Быстрее, у меня мало времени.

— Конечно, нужна! Но я бы предпочла никогда не встречаться с вами.

— Вы хотите сказать — не целоваться со мной?

— Целоваться? А разве мы целовались?