Любить вопреки
Шрифт:
– Отец хоть пока не знает? Я хочу сама сказать.
– В отношении Маалока вообще что-либо сложно сказать с уверенностью. Но думаю, он сумеет изобразить удивление, чтобы не расстраивать любимую дочурку.
Я вздохнула и поплелась в сад. Бдительная Малка последовала за мной, набрасывая на плечи легкую шаль.
– А Ровейн в поместье?
– поинтересовалась я у девушки, спустя пару минут.
– Нет. Они с Вашим отцом в столице.
– А Император?
– Наверху.
Навестив Ветра, я скормила любимцу припасенные
Муж появился лишь к ужину. Меня в детали не посвящали, но по воодушевившемуся Императору поняла, что надвигается очередной переворот.
Из соображений безопасности меня из поместья не выпускали.
Малка ни на шаг не отходила, тогда как Бьёрн тенью следовал за мужем. Отец тоже пропадал в столице, готовя почву для ближайших событий.
Беспощадный сдержал слово и позаботился о нашем доме, его обитателях и приюте. Даже леди и лорд Горские теперь были под его защитой.
Я же получала новости в основном от Малки и мужа, да и то, лишь самое основное.
Муж уходил на рассвете и возвращался заполночь. Очень уставал и практически не ел. Я переживала за него, но понимала, что это необходимо.
Маалок также был редким гостем дома, предоставив мне распоряжаться его обитателями.
С Колбриком нам наконец удалось найти общий язык.
Мы столкнулись с ним в один из дней, который я проводила в библиотеке, и разговорились.
Мужчина оказался интересным собеседником, хоть и немногословным. Много знал, лишнего не говорил и был абсолютно ненавязчив.
Подчиненными отца он управлял железной рукой, не допуская ни малейшей поблажки. Здесь все было еще строже, нежели в армии. За ничтожную провинность карали безжалостно и тут же.
Стоило одному из воров Фарта выказать недовольство тем, что Император находится в поместье, Колбрик решил проблему радикально, лишив вора, ослушавшегося приказа Маалока, языка.
Гости Беспощадного были неприкосновенны и Колбрик наглядно это продемонстрировал.
А вот меня как ни странно приняли как свою абсолютно все. После истории с Шанитой, в доме не осталось тех, кто был недоволен моим присутствием.
Меня оберегали, защищали, развлекали и всячески подбадривали в отсутствие мужа и отца.
Хотя возможно причина была все же в моем положении, о котором узнавали все больше обитателей поместья, за исключением Ровейна, Маалока и Бьёрна.
??????????????????????????
Этим троим было не до чего.
Глава 39
И я не спешила их обременять еще и этим знанием.
Практически все свободное время посвящала чтению полезной литературы, поскольку к домашним делам меня не допускали. Стоило кому-то заметить меня, плетущую бытовое очищающее плетение или перезаряжающую светильник, тут же докладывали Крамеру или Колбрику и меня принимались отчитывать. А того хуже, если заставала
– Малка, я прекрасно себя чувствую и не могу все время проводить за книгами. Я не болею, пойми это.
– Вам нельзя перенапрягаться.
Вот и весь разговор, после этого меня обычно провожали в беседку, закутывали в плед и вручали чашку чая, либо книгу.
А тому несчастному, чью работу я пыталась выполнить, влетало за халатное отношение к своим обязанностям.
– Леди Шарлин, к Вам гостья, - нарушил мое угрюмое молчание Крамер, вскоре после ухода Малки.
Я обернулась, радостно бросившись в объятия леди Горской.
– Как я рада Вас видеть.
– Я тоже, девочка. Как ты?
– Все хорошо. Какие новости?
– Ничем не могу тебя порадовать. Муж говорит мне не больше твоего. А то может и меньше. Вижу тебя можно поздравить?
– Так заметно?
– Если не приглядываться, то нет. Но я ведь тебя уже достаточно знаю. Ты целителю показывалась?
– Нет, еще. Я прекрасно себя чувствую. Да и Ровейн с отцом еще не знают. Я хочу им сама сказать, как уляжется вся эта история с Императором. А так целитель непременно им сообщит.
– Нет, если это будет не человек Маалока.
– И как Вы себе это представляете? Ко мне же никого не допускают кроме Вас.
– Что-нибудь придумаем, - уверенно ответила леди Горская и принялась выспрашивать как изменились мои предпочтения.
Этим вечером муж с Беспощадным вернулись раньше.
Как я поняла, до переворота оставались считанные часы и им предстояло все еще раз обсудить.
Проследив, чтобы в столовой накрыли поздний ужин, оставила мужчин одних, устроившись в гостиной с книгой. Там меня и нашел Колбрик.
– Как Вы себя чувствуете?
– Все прекрасно, благодарю. А ты почему не с остальными?
– Моя задача на время предстоящей операции понятна итак. Я буду с Вами. Как и подавляющая часть обитателей особняка.
– Разве есть такая необходимость в моей защите? По-моему если что и грозит, так это Императору.
– Вот именно. А он-то находится здесь с Вами. Значит и Вы под ударом. Он-то как раз за себя постоять в состоянии.
Я не ответила, признавая его правоту.
В комнату один за другим вошли мужчины.
Я улыбнулась Ровейну, подавая ему руки.
Муж поцеловал меня в лоб, устраиваясь рядом.
– Как ты, родная?
– Все в порядке. Вы все обсудили?
– И не один раз, - поморщился отец, передавая мне очищенное яблоко.
– А как ведет себя на престоле новоявленный правитель?
– поинтересовалась я у собравшихся.
– Упивается властью и вседозволенностью. К счастью, до казны этот паршивец добраться так и не смог. Родовые артефакты не принимают его, поскольку нынешний Император жив. Так что ему приходится довольствоваться расхищением дворцовых убранств.