Любить немодно
Шрифт:
Как же я скучаю по побережью океана, по звёздным тусовкам, по небоскрёбам…
Мой папочка жил и работал на две страны, мама всегда таскалась за ним, а за собой таскала меня; постоянные перелёты… туда-сюда… Раньше меня это раздражало, а сейчас понимаю, что даже по этому я скучаю.
И вот у меня ничего не осталось.
Зато появилась халупа, скрипучие двери и линолеум!
Чёрт. Кажется, мигрень начинается.
И кофе смерть как хочется.
– Простите, – обращаюсь к дворнику, очищающему тротуар от палой листвы, –
И чего это он на меня так смотрит? Будто я из ума выжила.
– Ась?
– Стар-бакс? – повторяю по слогам.
– Чаво-о-о? Вбарыжить мне чаво-та хочешь?! – рявкает, один глаз прищурив.
– Что?.. А! Не-не-не! Я имею в виду: не подскажете, где поблизости можно кофе купить? Кофе, ну… такой, в стаканчике… Ко-фе.
Дядечка с хмурым видом указывает граблями на противоположную улицу:
– Клевер. За тем углом.
– А-а-а… – с тупым видом. – Клевер. Хорошо. Спасибо. Клевер.
«Клевер» – гласит зелёная вывеска над деревянной дверью старого двухэтажного здания с крохотными квадратными окнами и малюсенькими балкончиками.
– А в маленьких квартирках на маленьких кухоньках, на маленьких стульчиках сидят гномики и маленькими ротиками пьют чай из маленьких чашечек, – бурчу себе под нос, скептически разглядывая столь древнее строение, что чудо, как его до сих пор не определили под снос.
И вновь смотрю на вывеску, где рядом с буквами нарисован большой четырёхлистный клевер.
– Ну, или лепреконы чаёк попивают.
К большому удивлению, но внутри оказывается многолюдно. Просторный зал с множеством квадратных деревянных столов в своём оформлении больше напоминает спортивный бар, где вот на таких же массивных и наверняка неподъёмных стульях сидят мужики, пьют пиво и смотрят чемпионат по футболу. Только вместо застоявшегося запаха табака, кафе «Клевер» наполняет аромат кофе и корицы, что даже слегка в замешательство вводит.
Не сразу до меня доходит, какой атмосферы пытался добиться дизайнер этого кафе, а затем вновь название вспоминаю, что помогает обнаружить гораздо больше сходства с ирландским пабом.
«Ну, во всяком случае, они пытались.»
Зелёный и коричневый преобладают во всём интерьере, строгая обстановка в мягких, не режущих глаз тонах, играет тихая ненавязчивая музыка. Мебель массивная и, возможно, даже удобная. Никаких галогенных ламп, только светильники, имитирующие люстры со свечами, а с балочного потолка свисают неброские плафоны на длинных проводах. Природные текстуры, приглушенные тона и всё такое…
– Не «Aroma Cafe» конечно, но…
– Что, простите?
– Прощаю, – даже не оглянувшись, двигаюсь к одному из пустых столиков и ещё несколько минут наблюдаю за тем, как у… бара(?), – именно так бы я назвала этот странный прилавок, – столпилась куча народа.
«А за вон той чёрной ширмой прячутся
Закидываю ногу на ногу, достаю телефон и без особого интереса пролистываю фотки моих друзей, выложенные в Инстаграм. У них там тепло, хорошо, весело… А я… А мне…
Ненавижу всё это. Вот прям вообще н е н а в и ж у!
– Эй? – окликаю парня в зелёной фланелевой рубашке у соседнего столика. – Мне, пожалуйста… эм-м… мне в общем самый лучший кофе, что здесь есть.
И вновь взглядом в дисплей утыкаюсь.
Вот Линдси и Чак на пляже: весёлые, счастливые, улыбаются, целуются.
А вот Брендон за рулём своего новенького мерседеса.
А вот Кайл с… Стоп. Какого хрена Кайл с этой дрянью белобрысой обнимается?
Слышу, как над головой кто-то негромко откашливается, поднимаю голову и сперва утыкаюсь взглядом в клетчатую зелёную рубашку, очевидно не первой свежести, а следом нахожу лицо её владельца.
Я сказала лицо?.. Где раздают такие «покерфэйсы»? Я бы взяла себе парочку.
А это что? Татуировка на виске? Крестик? Ага, крестик на виске, ну ладно. И из-под рубашки какие-то чёрные завитки к шее тянутся, на плющ похоже, или на виноградную лозу только с шипами; далеко тянутся – аж к самым ушам. Меня таким удивить сложно (в Лос-Анджелесе полно таких персонажей), удивляет меня всегда то, что люди добровольно себя уродовать позволяют.
– Уже принесли? – вопросительно вскидываю брови, но кофе в руках парня не обнаруживаю. И вот совершенно не понимаю, чем заслужила такой пристальный взгляд официанта. Теперь слегка глаза щурит, будто я ему заказ на китайском сделала, а у него в голове автоперевод не сработал.
– Что? – выключаю телефон и кладу на столик. – Кофе закончился? – Я девочка вежливая и возмущаться некомпетентности персонала не особо люблю, но этот парень реально напрягать начинает.
Руки в карманы джинсов спрятал, слега ссутулился, голову набок склонил, так что тёмные рваные локоны тень на лицо бросили, и вдруг взглядом по мне бродить начинает: рассматривает с головы до ног! Нагло, пристально.
– Вы не местная?
– Что-то не так? – вопросом на вопрос.
А парень вновь усмехается, вытаскивает забитую татуировками руку из кармана и с задумчивым видом почёсывает подбородок.
– Кофе? – вдруг спрашивает.
– Ну, да. Кофе. – Вообще не понимаю к чему этот разговор. В нормальных заведениях официанты просто выполняют заказ, принимают чаевые и с улыбкой удаляются, а этот…
– А! Здесь чаевые заранее дают?
– Чаевые? – брови официанта лезут на лоб.
– Прости, но я немного опаздываю, – терпеливо вздыхаю. – Не мог бы ты уже принести мне кофе, получить чаевые и заняться другими посетителями? Я, правда, спешу. И уж поверь, желания разговаривать с твоим начальством, у меня абсолютно никакого. Как и настроения, собственно.