Любишь — беги
Шрифт:
— Не торопись утверждать это, Эмма. Хотя, конечно же, у людей все иначе: глубины чувств вам недоступны. И все же…Счастье прячется в праве на забвение, — задумчиво произнесла королева. — И, возможно, скоро ты будешь мечтать о нем.
— Пусть так, — согласилась я, не раздумывая, — Но тогда в забвении потеряюсь я. Мне важно помнить все, что было в моей жизни. Мне нужна память, в которой живет Арделл. Не жалей меня, не оберегай, не нужно! Забвение страшит меня больше, чем предстоящие черные дни. Прошу тебя, Элен!
На моих глазах выступили
Коротко кивнув, Элен обняла меня и прошептала:
— Ты ничего не забудешь, даю слово!
Это было все, что я хотела услышать.
— Держись, детка, — добавила она с грустной полуулыбкой и отерла слезы с моей щеки. Преисполненная благодарности, я только кивнула, после чего мы с Элен разошлись по комнатам. Надо ли говорить, что сегодня я стала еще большей поклонницей Милен Фор!
…Как оказалось, Ильмарэ и Филипп покинули резиденцию еще ночью, Бертены отправились домой на рассвете, так что утром нас провожали только Элен и Сен-Жермен. Мы вышли на улицу вчетвером и остановились у тех же пышных кустов, под которыми еще вчера мы беседовали с Арделлом. У входа нас ждал роскошный мерседес королевы-певицы, стекла которого, и без того идеально чистые, протирал невозмутимый шофер.
Элен и Сен-Жермен, приобнявшись, наперебой шутили и желали нам доброго пути. Я смотрела на эльфийских правителей с грустью, мне хотелось запомнить и сохранить в памяти их жизнерадостные улыбки. Еще вчера я до смерти боялась встречи с ними, а сегодня мне было бесконечно жаль расставаться.
— Не кисни, Эмма! — весело сказал Сен-Жермен. — Конечно, мы все до крайности надоели тебе, но потерпи еще пару дней.
— Что ты! Ничуть не надоели! — горячо заверила его я.
— Ну, и славно! Эх, будь императрица Екатерина жива, я бы, пожалуй, с вами прокатился! Какая была женщина, какие шутки шутила! Приглашала, кстати, меня на Масленицу, да я так и не выбрался. Люди, люди, как же быстро вы живете!
— Да уж! — с удивленной улыбкой произнесла я.
— Жак, заводи машину! — крикнула Элен шоферу и подошла к Арделлу.
Они молча смотрели друг на друга, и я решила, что они ведут мысленный диалог, так как Арделл несколько раз кивнул Элен, а после поцеловал ее руку. Затем Арделл и Сен-Жермен отошли в сторону, а Элен с ласковой улыбкой обратилась ко мне:
— Ты очень хороший человек, Эмма. Я ценю все, что ты делаешь для нас.
— Ничего особенного я не делаю, — отозвалась я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
Элен покачала головой, не соглашаясь со мной, и добавила тихо:
— И спасибо тебе… за Арделла…
— Поскорее выпусти новый альбом, — попросила я сквозь слезы. — Прощай, Элен.
Вместо ответных слов Элен просто крепко обняла меня.
Мы ехали по извилистой дороге, и я старалась в мельчайших подробностях запомнить всю сказочную красоту, проносившуюся мимо. Я открыла окно и помахала рукой горячему ветру и жаркому солнцу. Корсика — чудесное место.
Глава 16
—
— Девушка, мне очень надо! Пожалуйста, подойдет любой рейс! — Я настойчиво протягивала ей документы.
— Ничем не могу помочь, — бесстрастно произнесла она и отвела взгляд: — Следующий!
— Подождите! — в отчаянии воскликнула я, но стоящая за мною в очереди женщина больно толкнула меня локтем:
— Отходите, вам же сказали! — и тут же заняла мое место у окошка кассы.
Мы были в России. Я узнавала мою страну в самых разных мелочах — в хмурых лицах и озлобленной ругани в очереди за билетами, в полицейских, напускающих на себя важный и неприступный вид, в объявлениях о возможных терактах. Как же быстро я отвыкла от всего этого!
Я подошла к Арделлу и уныло покачала головой:
— Улететь невозможно. Может, поездом?
Нам было необходимо выбраться из Москвы на Кубань, что, в самом деле, было очень трудно в разгар отпусков. И, несмотря на мое предложение, я была уверена, что и на поезд ситуация с билетами ничуть не лучше. Арделл подарил мне короткий утешительный поцелуй и сам отправился в кассу. Мы снова отстояли очередь, но я не видела в этом никакого смысла и не сомневалась, что и Арделл получит тот же неутешительный ответ, что и я.
— Краснодар или Анапа? — переспросила та же самая блондинка Арделла, говорившего с нею по-английски. — Минуточку!
Она щелкала гелевыми ногтями с рисунком под гжель по клавиатуре, заинтересованно поглядывая на Арделла. В ответ он широко ей улыбался. Не знаю, были ли в магическом арсенале эльфов особые обольстительные уловки, но девушка-кассир, была явно очарована.
— Есть дополнительный рейс на Краснодар, постараюсь найти два места, — сказала девушка по-английски, и с томной улыбкой взмахнула ресницами. — Надеюсь, нам повезет.
Нам?!
— Мы вам так благодарны! — обрадовалась я, заглядывая в окошко.
Мое повторное появление заметно расстроило девушку, но документы она все-таки взяла и, перестав хлопать ресницами, принялась за оформление. Вскоре мы получили билеты, и, довольный собой, Арделл воскликнул:
— Видишь, Эмма, как все просто!
— Для кого как. Пользовался магией?
— Не пришлось.
— Тебе, наверное, девушки часто так улыбаются?
— Эмма, у нас есть билеты, при чем тут девушки?!
— Я просто спросила. Удивительно, как быстро ты умеешь очаровать!
— Я не стремлюсь всем понравиться.
— Твоих усилий и не требуется. Поразительно, как это до сих пор тебя не окрутила какая-нибудь красотка?! — По этому поводу я действительно искренне недоумевала.
— Должен признаться, Эмма, что одна красотка меня все-таки окрутила. — При этих словах глаза Арделла так многозначительно блеснули, что я в один миг покраснела.
— Нам на регистрацию пора, — пробубнила я, уставившись в билеты.