Любимое тело
Шрифт:
МАРИНА. Это еще зачем?! Поднимись!
ГРИГОРИЙ. Не поднимусь, пока не простишь.
МАРИНА. Ну ладно, ладно. Прощаю. Вставай!
ГРИГОРИЙ(тщетно пытается встать). Не могу!
МАРИНА. Перетренировался. Давай руку. (Помогает Григорию встать.) Завтра ноги будут болеть с непривычки – хоть вешайся! Это нормально.
ГРИГОРИЙ. Значит, на сегодня всё?
МАРИНА. Нет. Мы еще… кое-что не сделали.
ГРИГОРИЙ. Да. У меня полно мышц, которые меня еще слушаются. На руках, на шее, на спине…
МАРИНА. Нет. Я о другом. О твоем «панцире», который надо снять.
ГРИГОРИЙ. Я его уже снял.
МАРИНА. Докажи!
ГРИГОРИЙ. Пожалуйста! Дверь замкнул без разрешения жены!
МАРИНА. Для тебя это, может, и достижение, но надо двигаться дальше!
ГРИГОРИЙ. Куда? В другую комнату?
МАРИНА. К пофигизму.
ГРИГОРИЙ. Что ты имеешь в виду?
МАРИНА. Темнота! Пофигизм – это решительность, раскованность, уверенность в себе.
ГРИГОРИЙ. Я и так решителен, раскован и уверен в себе!
МАРИНА. Неправда!
ГРИГОРИЙ. Почему?
МАРИНА. Вот скажи, я тебе нравлюсь?
ГРИГОРИЙ(оглядывается на дверь). Ты такой личный вопрос задаешь…
МАРИНА. Вот! Даже ответить не можешь, не то, что действовать, как нормальный мужик!
ГРИГОРИЙ(окончательно стушевался). А как этот мужик должен действовать?
МАРИНА. Сам сообрази. Ты говорил, что я молодая и красивая. Так?
ГРИГОРИЙ. Так.
МАРИНА. А что делает нормальный мужчина, когда остается один на один с красивой женщиной?
ГРИГОРИЙ. Ну, сначала вешает лапшу на уши.
МАРИНА. То есть, находит общую тему для разговора. Что дальше?
ГРИГОРИЙ. Старается навести мосты.
МАРИНА. То есть, установить более близкий контакт. Что потом?
ГРИГОРИЙ. Клеится.
МАРИНА. Пытается добиться физической близости. Всё правильно. А ты? Что ты сделал? Только лапшу вешал, да и то по глупости. И это ты называешь решительностью, раскованностью и уверенностью в себе?!
ГРИГОРИЙ. Да, но что если женщина откажет? Вдруг ей не нужны эти… ухаживания?
МАРИНА. Не нужны – значит, сама объяснит популярно, типа: «Отвали, козел!».
ГРИГОРИЙ(усмехается). Не хотелось бы, чтобы меня в козлы записали!
МАРИНА.
ГРИГОРИЙ(оглядывается на дверь). Пытался.
МАРИНА. Как-то очень незаметно! За футболку свою цеплялся, как будто она золотом расшита. Не отберу я ее у тебя, не бойся!
ГРИГОРИЙ. Ты же знаешь, я – женатый человек… У меня моральные принципы есть!
МАРИНА(передразнивает). Моральные принципы! Все так говорят. До первой проститутки.
ГРИГОРИЙ. Я не такой! И ты не проститутка.
МАРИНА. Откуда ты знаешь?
ГРИГОРИЙ. Это же видно!
МАРИНА. По чему видно? На лбу надпись, что ли?
ГРИГОРИЙ(поражен). Так, значит, ты… это… представительница самой древней профессии?
МАРИНА. Конечно… нет! Что бы я тогда целыми днями делала в тренажерном зале?
ГРИГОРИЙ. Ну, не знаю… Клиентов подбираешь?
МАРИНА. Глупый человек! Стань вечером у дороги, и они сами тебя подберут!
ГРИГОРИЙ. Не знаю, не знаю… Я много раз стоял у дороги. Ни одна машина не остановилась.
МАРИНА. Значит, ты недостаточно женственный. Радуйся! И моральные принципы вправду есть. Другой бы давно попытался меня полапать. Не знала, что на свете еще бывают такие джентльмены. Твоя тренировка закончена! Давай померяю пульс. Если всё в норме, ты свободен.
ГРИГОРИЙ. Но я никуда не спешу…
МАРИНА. Зато я спешу. Руку!
Григорий со вздохом протягивает ей руку. Марина меряет пульс и качает головой.
ГРИГОРИЙ. Ну, как?
МАРИНА. Повышенный. В таком состоянии я не могу тебя отпустить. Запрещено Министерством здравоохранения. Придется подождать пару минут, пока пульс не придет в норму. Посиди здесь, а я пока позанимаюсь. Потом сделаем замер еще раз. Согласен?
ГРИГОРИЙ. Конечно! (Садится.)
МАРИНА. Вот и хорошо. Садись поудобнее, расслабься, на меня не обращай внимания. Можешь помедитировать по своей системе… хапха-юпха-лоха.
Марина включает музыку и делает упражнения, повернувшись к нему спиной. Григорий сидит, глядя на нее.
МАРИНА. Ну, ты пришел в норму? (Меряет ему пульс.) Не поняла. Ты сейчас что делал?