Любимчик Судьбы
Шрифт:
— Вам очень идет, — закивал тощий татуировщик, но осекся, наткнувшись на взгляд Никсона.
— Поздравляю, брат, — хлопнул Майкла по плечу Масарик. — Теперь на тебе официальное клеймо нашей команды.
— И это надо хорошенько отметить, — поддержал Гунна Макс Майер. — Пора показать парню и наш кабак.
Коммуникатор Майкла неожиданно ожил, и по экрану побежало текстовое сообщение от Ралфа Филби с просьбой встретиться.
— Покажите мне ваш кабак, — согласился Никсон. — Только я вынужден буду вас ненадолго в нем оставить. Один друг просит о встрече. Но обещаю, что
— Понимаешь, Майк, этот Лукин, которого вы притащили с собой, такую деятельность развернул, что только держись, — сетовал Филби, сидящий за столиком небольшого кафе напротив Никсона. — Едва он на базе оказался, сразу начал копать архивы, собирать данные отовсюду, откуда только возможно. Представь себе, он конфискует кучу информации из самых разных источников.
— Как можно конфисковать информацию? — удивился Майкл, представляя, как злобный особист стирает каким-то хитрым устройством знания из памяти людей, предварительно обо всем их выспросив.
— Очень просто, — пожал плечами Ралф, не поняв удивления друга. — Он копирует нужную ему информацию, а первоисточник тщательно зачищает или накладывает на него запрет с высочайшими уровнями доступа. Притом я пока совершенно не понимаю, что именно его в этих файлах привлекает.
— А что за файлы? — спросил Никсон, поняв, что никто никому мозги не чистит, и успокоившись.
— Множество самых разномастных. В основном касательно результатов работы и отчетов отрядов разведки и диверсионных групп.
— И нашей?
— Ваша группа у него на первом месте по заинтересованности, — не стал успокаивать друга Филби. — Вы ему, похоже, на какую-то мозоль наступили. Отзывается о вас как об анархистах и бунтарях.
— Слушай, я тут спросить хотел, — начал Майкл, внезапно перескочив на другую тему, которая была ему непонятна. — Я тут краем уха слышал про то, что сержант мой ходил на какое-то отчетное сканирование. И, кажется, не особо в восторге от этого был. Это что такое, ты знаешь?
— Конечно, знаю, Майк, — усмехнулся Ралф, гордо подняв подбородок. — Я тут каждый день столько нового для себя узнаю и такие возможности открываю, что ни один университет такого не даст за все время учебы.
— Я понял, — поднял руку Никсон, прерывая хвастливое восхищение своей работой, которым вдруг разразился Филби. — Так что такое отчетное сканирование?
— Ладно. Это довольно просто и в то же время совершенно гениально, — с неменьшим восторгом начал объяснять Ралф. — Представь себе огромный компьютер, практически искусственный интеллект, который соединен с современнейшим медицинским оборудованием. Тебя кладут в этот аппарат и вводят в бессознательное состояние. Компьютер сканирует твою память, получая нечто подобное записи камеры службы безопасности. Все, что происходило с тобой за интересующий исследователей период времени. Притом хоть и твоими глазами, но без страхов, волнений и прочих эмоций. То есть совершенную правду.
— Это зачем? — не понял Майкл.
— Это же как раз просто и гениально. Представь, ты стал
— Кажется, понимаю. А для чего тогда нас учили пальцы у «языков» отрезать или суставы простреливать? Сосканировал его мозги и все выяснил, — изумился гигант.
— Если бы так просто все было. Может быть, когда-нибудь все так и будет, — рассмеялся Филби. — А сейчас эта процедура очень сложна. Я уж не говорю о том, что аппарат располагается в огромном зале. Сама операция занимает несколько часов. Так еще возможности сканера ограничены только довольно свежими воспоминаниями и небольшой продолжительностью записи. Все неплохо получается, только если сканирование проведено непосредственно после событий. А разведчиков иногда сканируют для того, чтобы получить максимально верную и исчерпывающую информацию по интересующему рейду.
— Теперь все ясно, — кивнул Никсон, в душе удивляясь, до чего дошел прогресс, и теряя к этой теме интерес. — Так что ты хотел от меня в отношении этого майора из особого отдела?
— Ты знаешь, я, к сожалению, ничего конкретного о чем тебе сказать не могу, — ответил Ралф, удивляясь, как его друг перескакивает с темы на тему, перемешивая ту кашу, которая находится в его голове. — Поэтому конкретных предложений нет. Но я хочу тебя предостеречь относительно Лукина. Просто будь сейчас начеку. Особенно памятуя о его болезненном интересе и к вашей команде, и к информации, полученной с ваших территорий.
— Спасибо, Ралф, — кивнул Никсон. — Я обязательно учту твое предостережение. Я и сам понял, что от этого особиста надо держаться подальше.
— Не стоит благодарности, — махнул рукой Филби. — Ты не забудь мне слить информацию, если о майоре что-то интересное узнаешь или поймешь, чем он так интересуется. Думаю, тебе стоит и своих друзей из команды предупредить, чтобы держали ушки на макушке.
— Идет, — согласился Майкл. — Может, пойдешь со мной? Мы мой первый успешный выход отмечать собираемся. Я бы тебя со всеми ребятами познакомил. Оттянемся хорошенько. Пошли?
— Спасибо, друг. Я бы с удовольствием, но в следующий раз. Мне еще сегодня надо многое сделать. Рад был тебя видеть. Оттянись там и за меня.
— Черт, мы вчера переборщили. — По лицу Масарика было очевидно, что вчера они действительно переборщили. — Башка трещит, как после контузии. Ты как, Лилит?
— Заткнись, Гунн, — отрезала девушка, прижимаясь к прохладному стеклу окна. — Просто ничего не говори.
Дверь в кубрик с грохотом распахнулась, и в нее друг за другом вошли сержант Макфлай и капрал Руков. По лицу сержанта, почти так же явно, как похмелье на лице Масарика, было видно, что он взбешен.