Любимая, прости...

Берристер Инга

Несколькими неделями ранее просьба о разводе рассматривалась в суде, но точная дата события осталась неизвестной Дженетт, находившейся в слишком расстроенных чувствах, чтобы внимательно следить за этой процедурой. Насколько она знала, от решения суда до окончательного вступления его в силу должно пройти шесть недель плюс один день. Однако Дженетт была уверена, что этот срок еще не истек и осталось немного времени на то, чтобы Висенте передумал и решил остаться женатым человеком…

– Дженетт! – резко окликнула ее Элизабет.

–

Да-да, подожди немного, – ответила Дженетт.

Ей вовсе не хотелось обсуждать сейчас с сестрой перспективы своего бракоразводного процесса. Но, почувствовав смутное беспокойство, она положила трубку и вышла в холл, где на столике лежала почта, перенаправленная по новому адресу. Однако в небольшом запечатанном конверте оказался лишь каталог семян. Разумнее всего, подумала она, будет откровенно рассказать Элизабет о том, что произошло между нею и Висенте.

– Бетти, послушай, – без предисловий сказала она, снова взяв трубку, – сегодня мы с Висенте уезжаем в Испанию.

– Правда? Я очень рада за тебя, – ответила сестра на редкость довольным тоном.

Столь внезапная смена настроения несколько удивила Дженетт.

– Действительно рада?

– А почему бы и нет? Кстати, должна тебе кое в чем признаться, – продолжила Элизабет все так же жизнерадостно. – После твоего отъезда я перепутала банковские счета и случайно заглянула в твой. Оказывается, Висенте положил на него огромную сумму денег.

Зеленые глаза Дженетт широко раскрылись в удивлении.

– Боже мой, ты в этом уверена?

– Ты попросила у него денег, и, надо отдать ему должное, он выполнил твою просьбу в тот же день. Двести пятьдесят тысяч фунтов! – восторженно воскликнула сестра – Четверть миллиона!

Дженетт в буквальном смысле слова окаменела от неожиданности.

– Так много! Ты не шутишь?

– Это чудесная новость дли нас обоих. Мне не терпится начать все снова, а теперь ты имеешь возможность предоставить мне беспроцентную ссуду.

– Ссуду? – машинально повторила молодая женщина.

– Ты ведь вернулась к Висенте… Теперь тебе ничего не стоит одолжить мне сто тысяч.

Дженетт тяжело вздохнула.

– Но я не вернулась к Висенте… Во всяком случае, не в том смысле, какой ты имеешь в виду. Мы с ним вполне можем разойтись вновь, – грустно призналась она. – Мне очень жаль, Бетти, но вряд ли я смогу одолжить тебе принадлежащие ему деньги.

– Но почему, черт побери? У него их куры не клюют! – возмутилась Элизабет. – Ты ведь снова спишь с ним, не так ли?

Покраснев, Дженетт решила проигнорировать бестактный вопрос.

– Прежде всего эти деньги предназначены для того, чтобы разрешить мои финансовые проблемы и обеспечить достойное воспитание Карен. В настоящий момент у меня нет никаких источников дохода. Кроме того, хоть я не живу в своем доме, приходится платить по счетам и закладным, – напомнила она сестре. – А ситуация, в которой я нахожусь, может быть временной…

–

Неужели? Хочешь сказать, что являешься лишь временной любовницей Висенте? Это правда? – перебила ее Элизабет с презрительной насмешкой в голосе.

Ее реплика резанула Дженетт словно ножом.

– Я действительно хотела бы тебе помочь Однако в данный момент…

– Как бы не так! Ты всегда была эгоисткой! – воскликнула разъяренная отказом сестра. – Висенте делает с тобой все, что хочет. Просто не верится! Еще три года назад ты переспала с ним только после свадьбы…

– Бетти, пожалуйста, замолчи! – взмолилась Дженетт.

Но Элизабет было не остановить.

– А теперь, стоило ему заплатить тебе кругленькую сумму, как ты повела себя как настоящая шлюха!

И на другом конце линии бросили трубку.

9

– Дом тебе наверняка понравится, – пообещал Висенте.

Ожидая увидеть маленький дворец и заранее представляя бронзовые канделябры, мраморные полы и позолоченную мебель, обтянутую шелком, Дженетт решила сделать все возможное, что выказать свое восхищение. По правде сказать, выросший на фамильной вилле и в особняке Висенте слишком любил роскошь. Она же в атмосфере излишней пышности чувствовала себя не в своей тарелке, но вряд ли он принимал во внимание ее желания.

Дорога, идущая через освещенную ярким солнцем оливковую рощу, свернув направо, вывела их на просторный луг, усыпанный полевыми цветами. На другом конце луга, на фоне далеких гор, виднелся старый белый дом под черепичной крышей и с выступающим вторым этажом, окна которого были закрыты жалюзи затененная терраса, опоясывающая дом была выложена каменными плитками.

Увидев все это, Дженетт с трудом удержала вполне искренние слеза восхищения. Дом был совсем не в стиле Висенте, зато такой, какой она видела в своих мечтах.

Вышедшая навстречу подъехавшему лимузину прислуга занялись багажом и Карен, которая побежала исследовать свое новое жилище. Ее, естественно, сопровождал Робин.

– Завтра утром прибудет Мария Пьедад, чтобы помогать тебе присматривать за дочерью, – сообщил Висенте.

Недоуменно моргая, Дженетт повернулась к нему лицом.

– Что ты сказал?

– Было не так уж трудно отыскать ее по телефонной книге. Я позвонил Марии и спросил, согласится ли она работать на тебя на постоянной основе.

– Но мне не нужно…

– Все уже организовано, – отрезал Висенте. – Мария была рада и сказала, что соскучилась по Карен. Ей не терпится приступить к работе.

Пытаясь сдержать рвущийся наружу протест, Дженетт глубоко вздохнула.

– Тебе, наверное, даже не пришло в голову, что следовало бы сначала посоветоваться со мной, как с матерью?

– Пришло… Однако, подумав, я решил, что этого делать не стоит, – последовал поразивший ее ответ.

Дженетт бросила на него недоверчивый взгляд.