Люби меня!

Бэрд Жаклин

— Я думаю, что не мой отец является причиной твоего скрытого раздражения, которое видно в твоих выразительных глазах. Но это и не Марго. Я спрашиваю себя, что же ты скрываешь?

Он был слишком близко. Легкость, с которой он проникал в ее чувства, беспокоила ее.

— Я ничего не скрываю. — Лиза сделала паузу и добавила:

— Если ты не считаешь разговор с твоей будущей мачехой секретом.

Он откинул голову, и в его глазах заплясали опасные огоньки.

— Фиона? Объясни, — потребовал он.

—

Ну, что ж. По мнению Фионы, у нас с ней много общего. Если бы она не уехала на модельный показ после шестидесятилетия твоего отца, она сейчас была бы твоей подружкой. Фиона поздравила меня с тем, что мне удалось так быстро тебя окрутить… —Лиза деликатно замолчала, слегка улыбнувшись. Алексу явно не понравилось, что женщины обсуждали его, и она осталась довольна собой. — Дай подумать, по-моему, она сказала «подцепила». Фиона считает, что тогда ты уже устал от Марго и подыскивал ей замену.

Он фыркнул от отвращения, и это было для Лизы как музыка.

— Фиона хочет, чтобы мы с ней были друзьями. Она считает, что в вопросах скручивания мужчин я ей ни в чем не уступаю. Но она мне не завидует, в основном потому, что подцепила твоего отца и все деньги в семье.

— Ничего другого я от нее не ожидал.

— Я не очень разбираюсь в женщинах легкого поведения, но если бы Фиона была блондинкой, то она получила бы первый приз. Она радостно заметила, что не любит Лео, а ей нравятся его деньги. — Почти выкрикнув это, Лиза не могла скрыть свой гнев, который прорвался в ее голосе.

— Лиза. — Он поймал ее руку. Она с бешенством взглянула на него и попыталась вырвать руку. Его лицо исказила гримаса, он отпустил ее руку и тут же обнял за талию, прижимая к себе. — Забудь Фиону. Я сделаю так, что она больше никогда тебя не побеспокоит. А теперь пора ложиться.

Лиза в возбуждении крепко сжала зубы, ее голубые глаза полыхали. Она не хочет ложиться. Она ненавидела даже саму мысль об этом, но что можно было поделать. Хорошо еще, что он принял ее объяснения и не стал копать глубже.

— Я надеюсь, — пробормотала она.

Его сверкающие черные глаза наблюдали за ней, и он мягко засмеялся, как будто знал, что у нее на уме.

— Ты такая юная, Лиза. Ты все видишь только в черно-белом цвете. К сожалению, жизнь такова, что существует еще и много оттенков серого. Не беспокойся о Лео, он прекрасно знает, за что платит, — цинично закончил Алекс.

Лиза протестующе пожала плечами.

— Я не такая юная и не нахожу это удивительным, но мне кажется, что твоя мать тоже так считала, когда это произошло впервые.

Алекс вздрогнул, как от боли. Ее стрела попала в цель.

— Хорошо. — Он умоляюще поднял руки. — Я больше ничего не скажу. Идем спать. Ты напомнила мне, что я должен позвонить. Нужно сказать маме, пока известия о последней выходке Лео не появились в прессе.

Лиза

не колебалась. Она повернулась на каблуках и направилась в туалетную комнату.

Быстро выбрав белую хлопковую рубашку, Лиза пошла в ванную комнату. Подготовившись ко сну, она вошла в спальню. Когда Лиза взглянула на кровать, ей привиделась Марго, стоящая прошлой ночью на том же самом месте.

Это ужасно, она не могла заставить себя лечь в постель с Алексом и ничего не могла с этим поделать. Лучше она не будет ложиться. Повернувшись, Лиза направилась к двери.

— Мне нужно принять душ и побриться, но я скоро вернусь, — сообщил Алекс, выглядывая из туалетной комнаты.

Лиза остановилась, услышав голос мужа, и взглянула на него. Глаза ее расширились при виде его обнаженного тела. Горячая краска залила ее щеки, она была не в силах отвести от него взгляд. Она смотрела на его гладкую кожу и тугие мускулы. Тело покрывали легкие завитки черных волос, спускающиеся вниз по его плоскому животу и уходящие под черные плавки, скорее подчеркивающие, чем скрывающие его мужское достоинство. Она глубоко вздохнула и посмотрела вверх.

Алекс тут же оказался возле нее.

— Почему ты покраснела? Ты уже видела меня обнаженным.

— Да, как и множество других женщин, в чем я не сомневаюсь, — парировала она, отталкивая его.

— Не спеши. — Он крепко обхватил ее руками. —Что теперь тебя беспокоит? — требовательно спросил он, и его глаза гневно прищурились.

— Ничего, совсем ничего. Но я не буду спать с тобой в этой кровати, — упрямо заявила Лиза. — Я вдруг поняла, что на этой кровати уже негде ставить зарубки, и я не собираюсь опять стать одной из многих, — с горьким сарказмом добавила она.

— Господи, Лиза, это же только кровать!

— Я вижу, но у меня все равно существует мнение, что супружеская постель должна быть особенной. А эту ты делил со столькими женщинами, что вряд ли всех сумеешь пересчитать. — К своему глубокому удовлетворению, она увидела, как тень набежала на его лицо. Она сумела пробиться через его самодовольное превосходство и досадить ему.

— Ты слишком чувствительна, — сказал Алекс и, отпуская ее руку, продолжил:

— Но я принимаю твою точку зрения Чтобы ты знала, я не собьюсь со счета, и их совсем не так много, как ты себе вообразила.

— Это меня не касается. Я ничего не воображаю. —Лиза смотрела на него с гневом и болью. — Одно дело — знать, что твой муж в прошлом имел любовниц, и совсем другое — увидеть одну из них обнаженной около своей постели.

— Нашей постели, Лиза, — уточнил он. — Марго и прочие — в прошлом. Пойми это.

Ее кровь закипела. Она не понимала, почему ей хочется защитить незнакомую женщину, но его слова сводили ее с ума.

— Эта женщина любит тебя, я поняла это по ее глазам.