Люби меня, девочка
Шрифт:
— На здоровье, — хмыкнул тот, встав и направившись к стоящей у окна кофемашине за новой порцией. — Есть яичница с беконом, каша, хлопья, блинчики. Что будешь?
Уставилась на мужика с удивлением.
Он серьезно для меня завтрак нескольких видов заказал?
— Что ты так на меня смотришь? Я не знал, что ты любишь, поэтому попросил домработницу приготовить всего понемногу, — пожал плечами. — Так что выбираешь?
— Блинчики, пожалуйста, — озвучила свой выбор, все еще пребывая в небольшом удивлении.
Смысла
— Тебе с чем? — уточнил, открыв холодильник.
— А что есть? — поинтересовалась ответно, перехватывая удобнее чашку и делая новый глоток горьковатого напитка.
— Варенье, сгущенка, сливки, сметана, — принялся перечислять.
— Ммм… — все, что смогла произнести, так как разум непонятно с чего принялся рисовать совсем иные и жутко пошлые способы употребления обозначенных продуктов.
И, кажется, не у меня одной фантазия разыгралась. Мужские брюки в районе паха заметно натянулись. Вспомнилось, как горячо ощущался его член между моих ног и стало совсем невыносимо душно и жарко.
Черт, нужно было изнасиловать его вчера все-таки, чтобы не сидеть сегодня с ощущением глубокой неудовлетворенности. И плевать на гордость и мораль. Уж с самой собой я бы как-нибудь договорилась потом.
— Так что ты выбираешь? — вывел из своеобразного транса мужской голос.
«Тебя», — едва не ляпнула, но вовремя прикусила язык.
— Варенье, — ответила вместо этого, усевшись за стойку, где чуть ранее сидел он сам, поставив чашу чуть в стороне от себя.
И постаралась действительно сосредоточиться на своем завтраке. Точнее, на поданной мне вазочке с клубничным лакомством и его размазыванию по блинам.
Выходило откровенно паршиво. Потому что мужчина уселся ровно напротив меня, и теперь наши колени соприкасались под столом. Я искренне пыталась заставить себя убрать их, но моя сила воли сегодня явно решила взять отпуск после вчерашнего. Да и шарахаться от него из-за подобной мелочи — последнее дело. Вот только с каждой минутой эта мелочь становилось все весомей.
Тепло чужого тела проникало в мое и оседало внизу живота уже знакомой приятной тяжестью. Еще немного, и, кажется, я все-таки соглашусь на его предложение. Хотя бы ради того, чтоб уже наконец избавиться от этого ноющего ощущения между ног. Хуже всего то, что мужчина прекрасно видел мое состояние, отчего на его губах играла понимающая усмешка. Так бы и стерла ее чем тяжелым, но вряд ли после подобного я получу свободу. А значит, молчим, едим и терпим.
Не знаю, как я не подавилась под его изучающим взглядом. Чудо, не иначе. Так пристально он следил за всеми моими манипуляциями. Как я размазываю чайной ложечкой варенье по блину, скручиваю его в трубочку и подношу к губам.
И столько голода светилось в его потемневшем взоре…
Не по себе стало.
И
На последней мысли строго оборвала себя.
Мало мне вчерашнего его срыва, когда он меня реально чуть не изнасиловал, я о новом думаю?
Ненормальная…
Лучше есть и молчать.
И ни в коем случае не смотреть в голубой лед мужских глаз, который ощущался горячее любого жара огня.
— Тебе идет, — заметил Дамир негромко.
— А? — вынужденно подняла на него свой взгляд.
— Моя рубашка на тебе, — пояснил он с кивком. — Мне нравится. Будешь всегда так ходить здесь.
Чуть не подавилась.
— Я победила, — напомнила на всякий случай.
— Только в одной битве. Не в войне, — ухмыльнулся брюнет.
Смелое заявление. На которое я не стала отвечать. Ни к чему. Пусть верит, во что хочет. Я-то знаю, что мы видимся в последний раз. Да и звонок в домофон не позволил бы вставить слова.
Дамир пошел открывать, а я продолжила есть. Вернулся он через пару минут с ворохом пакетов, которые поставил на диван.
— Доедай, переодевайся, и я отвезу тебя в твою квартиру, — велел, прежде чем уйти в коридор за лестницей.
В сторону кабинета, если правильно запомнила направление.
Я же, позабыв о еде, сидела и смотрела на покупки, раздумывая, стоит ли идти и смотреть на них, или лучше сразу заочно отказаться от подобной обходительности. Мало ли, чем мне аукнется мое любопытство. Припишет еще один долг. А я от текущего не до конца избавилась. Надеюсь, что он все-таки сдержит обещание и действительно не станет меня больше донимать.
Размечталась…
— Тебе помочь? — донеслось с долей насмешки от остановившегося у лестницы мужчины.
Поджала губы, бросив на него хмурый взгляд.
— Нет. Не хочу пачкать твои вещи, — подняла руки, показывая, что они все испачканы блинами с вареньем.
Брюнет понимающе ухмыльнулся.
— Тогда точно нужно помочь, — добавил в предвкушении.
Нервно сглотнула. Так ярко воображение нарисовало момент его помощи. По телу дрожь волнения прокатилась, угнездившись внизу живота.
Нет, нам определенно точно пора расставаться!
От греха подальше.
Моего.
Потому что Дамир действительно подошел к дивану и принялся перебирать пакеты, доставая из них с десяток новых вещей, и я уверена, далеко не самых дешевых. Платье, блузка, брюки, юбка, пиджак… Все классического кроя, достаточно скромное, спокойных тонов. И в противовес им нереально красивое нижнее белье из тонкого кружева, поражающее своей откровенностью.
Никогда не видела такого вживую.
Только по интернету про себя вздыхала, глядя на картинки, и поспешно закрывала вкладки, чтобы не дразнить себя. А тут…