Люба

Даниленко Жанна

— Да, я с апреля после защиты заведую отделением терапии. Я их на дежурства приглашал, ни один студент не пришел. Я дежурю практически через день в приемном покое, а это колоссальная практика. Они не понимают смысла работы врача.

— Господи, зачем вы так много работаете?

— У меня семья, жена студентка, сын вот. Их кормить надо, одевать, обувать.

Валерка заплакал, Саша взял его на руки.

— А ваша жена на каком курсе? — Татьяна сгорала от любопытства.

— На вашем, на четвертом.

— А кто она?

—

А зачем вам?

Валерка разорался во весь голос. Саша пытался его успокоить, но ничего не получалось. Мальчик дрыгался, кричал, по его щекам катились слезы.

— Может, он кушать хочет? — спросила Танина мама.

— Нет, он к маме хочет, — сказала появившаяся как будто из неоткуда Люба. И взяла ребенка. — Здравствуйте. Таня, Маша, вы тут какими судьбами?

— Да мы с мамой в универсам ходили. Обратно идем, встретили Александра Борисовича, разговорились. Люба, так ты его жена?

— Ну, если у нас ребенок общий, выходит да.

— Люба, а мы при тебе чего только не говорили, мы же не знали.

— Зато я все выслушивал каждый день. Ладно, девочки, может, зайдете к нам на ужин? Люба, зови подруг.

— А правда, пойдемте. Папа с Катериной тоже сейчас придут. Саша, поможешь накрыть в гостиной?

Все направились к дому. Таня и Маша переглядывались между собой, мама смотрела на них немножко с укоризной, Саша нес ребенка на руках, а Люба катила коляску.

Девочки были поражены квартирой, особенно их впечатлила библиотека. Саша с Любой накрыли на стол. Все сели ужинать.

— Люба, а кто играет на рояле? — спросила Танина мама.

— Мой отец, раньше я тоже любила играть, а сейчас некогда.

— Мама, а ты знаешь, Люба лучшая студентка на курсе. Я не знала, что она замужем, думала, просто зубрилка.

— Мне иначе нельзя, а то подведу папу и мужа.

Саша заулыбался.

— Честь семьи дороже всего. Люба еще говорит на пяти европейских языках и прекрасно готовит.

В дверь позвонили. Саша пошел открывать. Люба поставила еще три прибора. В гостиную вошли Корецкий, Катерина и маленький Сашка. Люба всех усадила за стол, представила друг другу.

— Дочка, я очень рад, что у тебя наконец появились подруги, — сказал Корецкий. — Вы знаете, в школе с ней никто не дружил, хотя понятно, она десять классов закончила в двенадцать лет. Потом пять лет жила в Америке, но не потянула нагрузку, она еще была маленькая. Я ее забрал, так она сразу замуж вышла.

— Сильно жалеете? — с ухмылкой спросил Саша.

— Нет, если она рожать будет в меру. А то замахнулся на пятерых детей. А когда она реализуется как специалист?

— В промежутках.

— Ну вот видите, какой мне зять достался.

Девушки от души смеялись. Танина мама с восхищением разглядывала Любу.

В комнату вбежал маленький Сашка, в руках у него была новая модель машинки.

— Папа, смотри, что мне Люба купила.

— Тебе нравится?

—

Очень, это же в мою коллекцию! А Валерка все в рот тянет. Я ему дал палец, он тоже в рот затянул и укусил, а у него зубы.

— Саша, давай, мы с Александром Валерьевичем останемся с внуком, а вы пойдете проводите Любиных подруг? Домой можете не торопиться, мы справимся.

— Вот за это спасибо, Екатерина Семеновна.

Девушки вышли на улицу, Саша с ними, Люба еще одевалась и давала последние указания по поводу сына.

— Александр Борисович, так академик Корецкий — Любин отец? — спросила Танина мама.

— Да, и мой научный руководитель.

— А это Любина мать или сестра?

— Нет, ни то и ни другое. Любина мать умерла, а это его вторая семья.

— Мальчик совсем маленький.

— Ну и что? Зато любимый.

— Вы живете все вместе?

— Да, там места хватает. Люба, ну наконец-то! Пошли.

Они проводили своих гостей до их дома, оказалось, что они не очень далеко друг от друга живут. Танина мама пригласила их к себе в гости в субботу, потому что Саша не дежурил.

— Люба, а правда, давай дружить? — предложили Таня и Маша.

— Я не против, только на Сашу не заглядывайтесь.

Таня выглянула из окна во двор, мама стояла рядом с ней. Саша с Любой целовались.

— Красивая пара, — сказала мама, — очень гармоничная.

— Мама, а мы всегда Любу серой мышкой считали и зубрилкой. А она и вправду очень способная. И как она все успевает? Ты знаешь, мы в прошлом году даже не поняли, что она беременная, еще хихикали, что она толстеет не по дням, а по часам. Но она особо ни с кем не общалась, только по учебе. Она пришла сразу на третий курс, дружить ни с кем не стала, сразу после занятий убегала домой. Отвечает она классно, преподаватели млеют, но она очень замкнутая. Ее все спрашивали, кто она академику, но она говорила, что это недоразумение, просто однофамильцы. Мама, она ведь даже красивая, если приглядеться. А как тебе Борисов?

— Без комментариев, он ее очень любит, и сына тоже. Хорошая пара, было бы хорошо, если бы ты с ними дружила. Они серьезные люди. И присмотрись, может, у Борисова есть друг неженатый.

Так началась дружба Любы с Татьяной и Машей. Больше с Татьяной, так как у Маши был парень, который учился в архитектурно-строительном институте. Маша много времени проводила с ним в его компании. Любе было хорошо с подругой, они вместе сидели на лекциях, болтали на переменах. Люба даже перестала слушать, что говорят девочки о Борисове. Татьяна часто бывала в гостях у Любы. Танина мама была рада их общению. Татьяна на глазах становилась серьезней, собранней, стала больше читать, лучше готовилась к занятиям. Два раза в неделю они с Любой стали ходить на дежурства в приемный покой. Корецкий оставался с внуком на ночь и отпускал дочь.