Лялька
Шрифт:
– До встречи, цветочек, – замки снова щёлкнули и я, наконец, выбралась наружу.
– Спасибо вам за помощь, но встречи больше не будет. Прошу вас, удалите мой номер, – захлопнула дверь и отчего-то испытала разочарование.
Тонированное стекло опустилось вниз и мне в след донеслось:
– Встреча будет обязательно! Я тебя снова похищу!
Фыркнула и тихо засмеялась, но оборачиваться не стала.
*****
Девчонка огонь, конечно. Меня так давно уже никто не цеплял. Тем более, такая малявка. Тем более, с первого взгляда. Словно по башке кто стукнул. Никак
А её попытка оставить меня без номера телефона и вовсе спровоцировала на глупость. Надеюсь, не сильно испугал ляльку. Но как бы там ни было, а номерок у меня её теперь имеется.
Жаль, был день и я не смог определить, в какой квартире живёт мой Цветочек.
Утром следующего дня ждал её у подъезда. Можно, конечно, было бы пойти по квартирам, в четырехэтажке их не так много, но так, боюсь, испугаю её ещё больше.
С другой стороны я не знал о ней ровным счётом ничего. Неизвестно, когда она выйдет, выйдет ли вообще и имеет ли смысл ждать её. Увидев бабулек у подъезда обрадовался. Эти Божьи одуванчики лучше всякой справочной. Уже не раз выручали меня, когда даже ищейки из уголовного розыска не могли добыть нужную информацию.
Надел пиджак, причесался и направился к старушкам.
– Добрый день, красавицы! – чем глупее и вульгарнее комплимент, тем качественнее от него эффект.
Бабульки захихикали, аки девицы, и сразу настороженность, возникшая при виде незнакомца, исчезла.
– Здравствуй, милок, здравствуй. Потерялся, чтоль? – первой заговорила бабуля с розовой химией, судя по всему, главарь этой банды.
Кстати, да, у бабулек на лавочках есть своя иерархия и кого попало туда не пустят. У каждой бабули есть вверенная ей территория (уж как это происходит у них, право, не знаю), за которой она ведёт наблюдение почти что круглосуточно. Именно поэтому они лучшие борцы с криминалом, проституцией и вандализмом.
– Да нет, не заблудился. Влюбился, – покаялся, поджав губы. Что самое интересное, в этот раз я почти не врал.
– Да что ты? Не в меня ли влюбился-то? Так ты учти, у меня Петрович очень ревнивый, с поликлиники сейчас придёт, костылём тебе задаст!
Бабули дружно захохотали, а я пожал плечами.
– Да за такую женщину не жалко и по морде получить. Так и быть, дождусь Петровича.
Бабульки ещё похихикали и, похоже, приняли меня за своего.
– Ну ладно, насмешил. Давай теперь, спрашивай, чего хотел, – главная дала добро, сложив руки на пышной груди.
Долго мяться не стал, выложил всё как есть, пока бабки в добром расположении духа.
– И что ж ты, дурень, фамилию-то ейную не спросил? – сокрушалась главная. – У нас в подъезде аж две Лильки. Одна проститутка бесстыжая, а вторая хорошая девочка, всегда сумку донести поможет, дверь придержит… – бабуля продолжила расписывать достоинства той, что «хорошая девочка», а я озадачился.
С одной стороны, моя лялька явно не проститутка. Проститутки не смущаются и не краснеют перед мужиками. А с другой… Бабки ведь и преувеличить могут, если имела глупость однажды не поздороваться.
– Ой, да не проститутка она, Михална! – подала голос вторая бабка. –
– Ага! Здрасьте! А эскорт ентот разве не проституция? – авторитетно парировала Михална, чем тут же заткнула рот оппонентке. – Так какая тебе нужна? Проститутка или Цветок?
Цветок?
Она сказала Цветок?
– Моя цветок! Точно!
– Уверен? – бабуля прищурилась, расслабленность её вмиг прошла.
– На все сто уверен.
– Ну тогда паспорт мне покажи, а то хрен тя знает, кто таков. Может маньяк какой? Обидишь ещё девочку.
А вот за это уважаю. Умница бабка.
– Не обижу, – протянул ей документ, а Михална достала из кармана очки и начала изучать мои данные, после чего паспорт вернула и кивнула в сторону подъезда.
– Ландышева Лилия. В двадцать первой квартире томится красавица. Если не ускакала ещё. Работу девочка ищет вот и носится с утра до вечера по собеседованиям. А ты учти, я твои данные запомнила, у меня память фотографическая.
Ландышева? Ну точно цветок.
Поблагодарив бабулек, достал из машины букет лилий и пошёл на встречу с судьбой. В тот день я, конечно, не размышлял настолько пафосно, просто шёл, куда тянуло.
ГЛАВА 3
Проклятая боль в ноге не давала покоя всю ночь и уснуть я смогла лишь под утро. Разбудил звонок в дверь, настырный такой, противный. Поморщилась, но решила не вставать, сегодня я болею и пусть весь мир подождёт. Но мир, увы, ждать не собирался. Кто-то, кого уже ненавидела всей душой, продолжал трезвонить, а злость во мне набирала обороты. Вот сейчас встану и пойду убью гада, который мне поспать не даёт. Хотя гады ко мне не приходят, лишь подружки или соседка Михална. Родители приезжают только по выходным, значит, точно не они.
– Кого там принесло ни свет, ни заря… – зло ворчала, хромая и хватаясь за стены, чтобы не упасть.
Доковыляла до двери и, открыв её, застыла в позе испуганного суриката. Передо мной стоял вчерашний знакомый. Державин, кажется. Стоял и нахально так улыбался, разглядывая мою серенькую пижаму с пандами. В руке огромный букет лилий. Надо же… Как романтично. Было бы, если бы этот мужик чуть меньше меня пугал. Как-то на маньяка он смахивает…
– Привет, Цветочек! Как нога? – наконец, поднял взгляд повыше, а я натянула футболку пониже.
– Вы что здесь делаете? – дар речи вроде вернулся, но тело отчего-то отказывалось двигаться. По-хорошему, захлопнуть бы дверь сейчас перед его наглым носом и больше не открывать, не спросив, кого там принесло. Вот же дура. Так однажды отворю дверь серийному убийце.
– В гости пришёл, – ответил на полном серьёзе, протянул букет. – Это тебе. Надеюсь, не очень банально?
Да куда уж банальнее…
Я молча забрала цветы и, уткнувшись в них носом, силилась сообразить, что делать дальше. Поблагодарить и закрыть дверь? Или просто швырнуть букет ему в лицо и опять-таки закрыть дверь? Жалко… Ну, цветы, в смысле, жалко. Наглого мужика – нет. А цветы классные. Очень. Мне сто лет никто их не дарил.