Львиное сердце

Баркли Сюзанна

Меган вспомнила, что у него четыре сестры.

Крошечная надежда, жившая внутри ее, разрослась. Интересно, какова будет жизнь на юге, около такого великолепного города, как Эдинбург, в замке, среди людей, обвиняющих ее семью в смерти Лайона? Теперь у нее есть способ понравиться им.

– Я с радостью… – начала было она, но тут толпа любопытных расступилась, и Крисси опустилась на землю рядом с ней.

– Ты ушиблась, Меган?

– Вы – Меган? – спросил Росс. – Меган Сатерленд? – Она кивнула, а он отпрянул от ее руки, как от раскаленного камня, и вскочил на ноги. Мягкий

взгляд голубых глаз стал холодным, словно озеро зимой, заморозив ее до костей. Резко повернувшись, он произнес: – Пусть Сатерленды сами позаботятся о своих родных, – и стремительно отошел.

Меган застонала и закрыла глаза.

– Где ты ушиблась? – продолжала свое Крисси.

– Сердце… оно разбито.

– Прекрати эту комедию. – Крисси отшатнулась.

– Я бы сама этого хотела. – Меган села и уставилась вслед уходящему Россу, глядя на его прямую, напряженную спину. – Я почему-то не думаю, что он любит меня, – заметила она.

– И это еще мягко сказано, – поправила ее Крисси.

Меган распрямила плечи. Если сидеть и ждать, что трудности разрешатся сами собой, ничего не добьешься. Тут надо действовать, и то, что она восстановила свою ногу, научило ее этому.

– Несмотря ни на что, я должна убедить его, что он совершил ошибку.

– Удачи тебе. – Крисси протянула руку и помогла Меган встать на ноги. – Это трудный случай, – мрачно добавила она.

– Но не невозможный.

Меган надеялась на это и о том молилась.

Глава вторая

Черт подери отца за его набеги, а короля – за то, что вмешивается не в свои дела. И будь проклята Меган Сатерленд. Такие мысли бродили в голове у Росса, когда он обтирал вспотевшего Зевса.

Будь прокляты ее страстные карие глаза, приятная застенчивая улыбка и еще… эти куклы. Слыханное ли дело, чтобы взрослая женщина играла в куклы? А может быть, она придурковатая? Росс нахмурился. Что, если хитрый Эаммон пытается спихнуть ему дурочку?

Росс с силой нажал на скребницу, которой чистил коня, весь кипя внутри. Все как раз вписывалось в подлый план, который этот слизняк придумал, чтобы отплатить Кармайклам за набеги.

– Заставить меня жениться на его юродивой дочери и наплодить кучу недоумков, чтобы испортить нашу родословную, – бормотал он, забыв, что в любом случае не собирается жениться на девушке.

– Думаю, Зевсу не нравится выносить на своей шкуре ваш гнев, – скривив губы, заметил Оуэйн.

Росс с недоумением посмотрел на жеребца, который обернулся к хозяину. Глядя на свои руки, он был поражен, что совершенно размельчил пучок соломы, которым счищал пыль с коня.

– Прости, друг, – виновато проговорил он, погладив лоснящийся бок. Огромный, серой масти боевой конь, выведенный английскими родственниками Соммервиллями, не заслужил подобного обращения лишь из-за того, что он, Росс, был зол на Меган Сатерленд.

На самом деле он сердился на себя, вспоминая боль в карих глазах Меган, когда он оттолкнул ее. В то мгновение ему очень хотелось утешить ее – женщину, которую он приехал с презрением отвергнуть. И все из-за того, что она оказалась красива. И не только красива, но и соблазнительна.

Уголки ее миндалевидных глаз под изогнутыми бровями были приподняты к вискам, придавая нежному лицу сладострастное выражение. В сумерках глаза казались почти черными. Это были страстные глаза, притягивающие мужчин и заставляющие забыть о долге и чести и поддаться на соблазн их многообещающего взгляда.

От притягательной силы ее прелестей у него напряглись мышцы внизу живота и трепет пробежал по телу. Похоть. Он еще не знал, кто эта женщина, но уже возжелал ее. Возжелал страстно. Неожиданная волна вожделения, охватившая его, застала врасплох и ошеломила. После того, что произошло между ним и Рианнон, он поклялся всегда обуздывать горячую и тем опасную страсть, затмевавшую его разум. Но, вероятно, с этим врожденным свойством ничего не поделаешь так же, как невозможно изменить цвет волос.

– Страсть – это проклятие рода Кармайклов, – про себя пробормотал Росс. Так было с его родителями, так было и с Лайоном, когда он встретил Сьюзан на этом проклятом сходе клана.

«Она возбудила меня, словно самца-оленя», – объяснял брат. Он не повиновался отцу, пренебрег советом Росса и отправился прямо в объятия смерти.

И все эти мысли из-за девушки с глазами как вишни и ртом… Вздрогнув, Росс заставил себя не думать о ней – ведь Меган всего лишь вторая Рианнон. И хотя внешне они совсем не были похожи, он чувствовал, что это родственные души. Обе – ведьмы, настойчиво старающиеся обольстить мужчин ради собственных дьявольских целей.

Но теперь этого не будет. Росс усилием воли подавил нежеланный жар, разлившийся в жилах и чреслах.

– Сатерленды ждут вас к ужину, – сказал Оуэйн.

– Подождут. – Прошло уже несколько часов после их прибытия, а Росс еще не вступил в замок Кертхилл. Тряхнув головой, он выбросил вон мысли о пленительном личике Меган и снова стал вытирать Зевса.

– Вы не откушаете с ними?

– Не имею желания, хотя полагаю, что сейчас появится лорд Найджел и препроводит меня в зал, – сказал Росс.

Свидетельством того, какое значение король Давид придавал этому союзу, который поможет ему избежать войны, служило то, что он послал своего дядю Найджела вместе с женихом в Кертхилл. Пока они плыли на север, старик восхвалял будущую невесту, но Росс намеренно не слушал его прельстительные речи. Он едет не жениться, поэтому нет надобности что-либо знать о ней. Но, ощущая постоянное присутствие Его светлости, Россу будет намного труднее найти выход из этого адского сговора.

– Странно, что Эаммон Сатерленд не пришел на пристань, чтобы приветствовать нас, – сказал Оуэйн, вытаскивая солому из хвоста Зевса.

– Хоть в этом мне повезло. – Несмотря на все свои красивые слова о необходимости найти доказательства, от одной мысли, что он увидит этого человека, кровь закипала у Росса в жилах. – Я готов удавить его.

От такой несвойственной Россу горячности у Оуэйна брови полезли на лоб, но он промолчал.

– Почему Эаммону понадобилось убивать Лайона после того, как он согласился на помолвку, которая связала бы его ничтожный клан рыбаков с могущественными Кармайклами?