Львиное Сердце
Шрифт:
Дровосек замолчал. Габриэлла вызывающе посмотрела на Ричарда.
– Значит, вам и здесь нельзя долго находиться, если даже простой охотник сразу догадался кто вы. Что же мы будем делать? – в голосе её звучала тревога.
– Вы поедите туда, куда мы и договаривались, а мы здесь уж как-нибудь разберёмся, – спокойно ответил Ричард. – Только вернуться, миледи, вы должны как можно быстрее, – и он многозначительно посмотрел на Габриэллу, у которой от этого взгляда не возникло желания оспаривать своё мнение.
– Ну, вот и хорошо, – сказал Ховард, – позвольте теперь вас угостить моим лесным напитком, миледи, вы совсем продрогли,
Он разлил по чашкам из дымящегося глиняного горшка ароматный грог, предложил сначала хозяйке, затем королю. Ричард принял угощение, отпил немного и расхохотался.
– С таким напитком я согласен зимовать с тобой, лесник, хоть до весны!
Мэтью Ховард был польщён похвалой короля.
– Угощайтесь, ваше величество, сейчас и хлеб поспеет. А я пока принесу дров.
С этими словами он вышел из хижины. Габриэлла придвинулась ближе к Ричарду и быстро зашептала.
– А если я не найду вашего советника у него в поместье, или он куда-нибудь уехал, что тогда?
– Самое главное, миледи, вы должны как можно скорее вернуться обратно, а не лезть, сломя голову, туда, куда вам не нужно, – также шёпотом ответил Ричард. – Если лорда Браса не окажется в замке, то он может быть при дворе герцога. Но ехать туда вам будет очень опасно. Наверно, ему уже доложили о вас. Так что советую проявить благоразумие и спокойствие, – и он сурово посмотрел на Габриэллу. Но, глядя в эти бирюзовые чистые глаза, он понял, что ни о каком благоразумии, а тем более спокойствии и речи быть не может. Миледи явно что-то задумала, и от своих идей она никогда не отречется. Ричард мог только молиться за её благополучное возвращение.
Вернулся дровосек с охапкой дров. За ним в хижину вошел мальчик, в руках он нёс что-то завернутое в белое чистое полотно. Габриэлла ахнула.
– Робин! Ты здесь?
– Да, миледи, – весело вскрикнул мальчишка и, подбежав к хозяйке, сунул ей свёрток.
В нём оказались хлеб, сыр и маленький горшочек с маслом.
– Здравствуйте, сэр рыцарь! – приветствовал Робин короля, став перед ним, он низко поклонился. В его обращении явно чувствовалась гордость и небольшое хвастовство из-за того, что это он первый увидел рыцаря и помог ему в беде.
– Приветствую тебя, мой юный спаситель, – Ричард тепло улыбнулся мальчику. От такого обращения Робин был несказанно счастлив.
– Как же ты здесь оказался? – Габриэлла не сдержалась и взъерошила на детской макушке и без того непослушные волосы.
– Да очень просто, миледи. Несколько дней тому назад дядюшка Мэтью зашел к моему отцу и попросил отпустить меня в лес на болота. Он обещал научить меня ставить ловушки на птиц и капканы на зайцев. Я тоже стану охотником, миледи, когда буду совсем большим, – глаза Робина светились радостью.
– Но сначала тебе нужно немного подрасти, малыш, – Ричард усадил его рядом с собой и протянул хлеб с сыром. Мальчик принялся уплетать еду за обе щёки.
– Значит, учиться ставить ловушки, Мэтью? – Габриэлла взяла глиняную кружку, в которой дымился ароматный напиток из лесных трав и осторожно, чтобы не обжечься, сделала глоток.
– А чем я ещё мог заинтересовать этого пострелёнка, миледи. Даже не знаю, сколько я смогу его здесь удержать. Ведь мне нужно рубить дрова, а он целый день ждёт меня возле хижины, и только под вечер я могу ему что-нибудь показать, или научить охотничьим хитростям. Скоро станет холодать, и мальчишка
– Может, я могу взять его с собой? – Габриэлла вопросительно посмотрела на Ричарда. Тот покачал головой.
– Боюсь, что ничего не получится, миледи, – его ответ был непреклонен.
– Тогда, милорд, вам придётся самому позаботиться о Робине, если не хотите быть обнаруженным раньше времени. – И обратившись уже к мальчику, добавила.
– А ты, Робин, должен неукоснительно выполнять все, что тебе велит сэр Ричард.
Мальчик молча кивнул. Наконец-то с него будет снято обещание, данное леди Габриэлле: никому не рассказывать о короле. А ему так многое хотелось рассказать, а ещё больше расспросить своего таинственного рыцаря о жестоких сражениях и легендарных подвигах. Тем естественнее было его поведение и простая болтовня, которой он уже через час изрядно надоел Габриэлле. Она только могла искренне посочувствовать королю, что ему придется терпеть этого ребёнка достаточно долгое время. Но его, кажется, совсем не тяготило, что Робин забыл о приличии и болтал без устали обо всём, что приходило ему на ум. Ричард даже старался поддерживать беседу и задавал какие-то вопросы, он весело смеялся вместе с Робином.
Так они просидели возле очага некоторое время. Габриэлла расспрашивала дровосека о тайных тропах и объездных дорогах на случай слежки, если придётся убегать от людей герцога. Ховард рассказал ей обо всём, что ему было известно в окрестностях Девонширского леса. Снэк спокойно лежал возле ног своей любимой хозяйки и лениво помахивал хвостом.
Но пришло время расставаться. Габриэлла встала, поблагодарила дровосека за теплый ароматный напиток и попросила оставить их с королём наедине. Ховард подмигнул Робину, и тот наперегонки с собакой выбежал из хижины. Дровосек вышел за ними вслед.
– Очень хороший малыш. Вам будет здесь нескучно, милорд. Только смотрите, чтобы он невздумал от вас убежать. Меня насторожил рассказ Ховарда о людях герцога. Ведь только его ищейки могут разыскивать вас по всем окрестностям. А если они его схватят?
– Этого не случится, миледи, не беспокойтесь. Я придумаю, чем занять Робина. У него и мысли не возникнет вернуться домой. Но поговорим о вас. Я написал послание лорду Брасу, миледи. Вот оно, – Ричард протянул пергамент, перевязанный голубой лентой с сургучом на концах. На сургуче было выдавлено клеймо с изображением льва. – Оно без подписи и без обращения на случай, если послание всё-таки попадёт в руки моего брата, но печать с клеймом свидетельствует, что это письмо от меня. Вы должны будете сорвать ленту вместе с сургучом, если наступит опасность. И вы не должны рисковать из-за этого пергамента, в нём нет ничего особенного, чтобы платить за него высокую цену. Прошу вас, миледи, – голос Ричарда стал нежнее и тише, – вы должны вернуться, обещайте. Иначе Англия останется без королевы. Вы обещаете?
Габриэлла почувствовала угрызения совести. За неё переживали, о ней заботились, ему было небезразлично её существование. Когда-то о ней так же заботился отец. Но теперь она хотела сделать всё сама, без его помощи. Она сможет, у неё должно всё получиться. Но короля не так-то уж легко было обмануть. За несколько дней он изучил её характер больше, чем кто-либо. И сейчас она старалась скрыть то беспокойство и смятение, которое он читал на её лице. Габриэлла улыбнулась и произнесла, как можно искренне и покорно.