Львица

Гарвуд Джулия

– Но все же вы не возмутились бы, если эта маленькая женщина умела защитить себя сама? Вы бы не посчитали это неженственным… а?

– Это твоя комната? – спросил Лайон, намеренно уходя от ответа.

Он толкнул дверь первой спальни, увидел мрачную обстановку, почувствовал застоявшийся запах старых духов и сам понял, что вторгся во владения графини. В комнате было очень темно, ну просто идеальное место для пауков. Или для старой ведьмы, подумал Лайон нахмурившись.

– Это комната тети, – сказала Кристина и заглянула

внутрь. – Тут ужасно мрачно, правда?

– Тебя это удивляет? Ты разве не была здесь раньше?

– Нет.

Когда Лайон закрывал дверь, он увидел множество запоров и цепочек на ее внутренней стороне.

– Твоя тетя, должно быть, неспокойно спит. От кого она запирает дверь, Кристина?

Он знал ответ и уже заранее злился. Лайон помнил слова Мика о том, что графиня боялась маленькой красивой мисс.

С точки зрения Лайона, запоры находились не с той стороны двери. Это Кристине нужно было защищаться от графини, а не наоборот.

Как жила Кристина, вернувшись на родину, к своей родне? Наверняка она одинока. Что же это за женщина, которая сторонится своей единственной родственницы?

– Тетя не любит, чтобы ее беспокоили, когда она спит, – объяснила Кристина.

Услышав грусть в ее голосе, Лайон прижал Кристину к себе.

– Тебе нелегко пришлось с тех пор, как ты вернулась домой, так ведь, милая?

Он почувствовал, как она пожала плечами.

– Моя комната в конце коридора. Вы ведь ее ищете?

– Да, – ответил он. – Но еще я хочу проверить все окна.

– В моей комнате два окна. – Кристина отодвинулась, взяла его за руку и поспешила в свою спальню.

Когда они вошли, Лайон быстро огляделся. По меркам большинства женщин, спальня была обставлена скудно, но ему это чрезвычайно понравилось. Никакие безделушки не загромождали полки комодов. Ничего Лишнего. Один стул в углу, ширма рядом с ним, кровать под пологом, накрытая ярким белым покрывалом, и два небольших комода. Вот и все, что было в большой квадратной комнате.

Кристина явно любила порядок. Комната была безупречно убрана, за исключением одного одеяла, которое кто-то забыл на полу у окна.

– Сад как раз под моими окнами. Через стену легко перелезть. Плющ вьется до самого окна. Думаю, что плети плюща вполне выдержат человека.

– Я бы не хотел, чтобы они появились через окно, – заметил Лайон рассеянно, затем он проверил прочность рам и выглянул в сад. Он пожалел, что луна светит так ярко – слишком много было света.

Лайон взглянул на Кристину. Как он переменился!

Кристина чуть было не улыбнулась. Он и вправду был настоящим воином. И лицо его было таким же невозмутимым, как у индейского воина. Она не могла догадаться, о чем он сейчас думает, но по его сосредоточенности поняла, что он готовится к схватке.

– Насколько я помню, в гостиной всего два окна, выходящих на улицу. Есть ли еще какой-нибудь вход, помимо парадного?

– Нет.

– Хорошо.

Оденься, Кристина. Ты можешь подождать в своей комнате, пока все кончится. Я постараюсь, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.

– Каким образом?

– Я закрою окна и двери, – пояснил Лайон.

– Нет. То есть я хочу сказать, мне будет не по себе, если я буду заперта.

Горячность ее тона удивила Лайона. Но потом он вспомнил, как плохо она чувствовала себя внутри кареты, и ему стало так жаль ее!

– Если я сумею сделать запор изнутри, чтобы ты знала, что сможешь выйти, если…

– О да, этого будет вполне достаточно, – перебила его Кристина, энергично кивнув головой. Она явно испытала облегчение. – Спасибо, что вы поняли.

– Так, а теперь ты почему хмуришься? – спросил Лайон, теряя терпение.

– Теперь у вас есть еще одно оружие против меня. Я только что призналась в своей слабости.

– Нет, ты только что оскорбила меня, – возразил Лайон. – Я не знаю, многим ли мужчинам или женщинам понравилось бы оказаться запертыми в комнате. А теперь прекрати отвлекать меня. Одевайся.

Она поспешила выполнить его распоряжение.

– Думаю, мне вовсе не захочется дожидаться одной в комнате, – бормотала она, хватая первый попавшийся наряд и направляясь за ширму. Она поняла, насколько неудачен ее выбор, когда сняла халат и надела ярко-голубое платье.

– Лайон! Все застежки на спине. Я не могу сама с ними справиться.

Лайон повернулся от окна и увидел, что Кристина стоит, прикрывшись голубым платьем.

Когда она повернулась к нему спиной, первое, на что он обратил внимание, – на ее великолепную кожу. В свете свечей она выглядела так соблазнительно, что ему было трудно совладать с собой.

Он заметил и еще кое-что. Под платьем у нее ничего не было, черт побери! И это тоже смутило его покой. Руки дрожали, когда он начал застегивать пуговицы, пальцы двигались неуклюже уж слишком ему хотелось погладить ее.

– Где твоя служанка, Кристина? – спросил он, надеясь, что разговор отвлечет его от не подобающего джентльмену желания немедленно отнести ее в постель и совратить.

– Я буду одна всю эту неделю, ведь я отпустила Беатрису отдохнуть.

Ее легкомысленность рассердила Лайона.

– Ради Бога, ведь ни одна леди не остается в доме в одиночестве, пробормотал он.

– Я прекрасно справляюсь одна. Я вполне самовластная.

– Самостоятельная, – поправил Лайон со вздохом. Он никак не мог поймать последнюю пуговичку. Ее шелковистые волосы все время мешали ему.

– Прошу прощения?

Лайон приподнял ее волосы и перекинул через плечо. Он улыбнулся, когда увидел, как ее кожа покрылась мурашками.

– Самостоятельная, милая моя, а не самовластная.

– А какая разница? – спросила она, пытаясь повернуться, чтобы взглянуть на него.