Львица
Шрифт:
– Да.
– К тому же вы забыли сообщить о своем присутствии нашему хозяину, – сбивчиво добавила Кристина. – Вы забыли о правилах приличия?
– Нет.
Она попыталась обойти его, но Лайон не собирался дать ей ускользнуть. Его большие руки легли ей на плечи.
– Я знаю, что вы не говорили с лордом Бейкером, – сказала Кристина. – Или говорили?
– Нет.
– О, – прошептала Кристина, почти задыхаясь. – Ну, тогда это просто неучтиво.
– Да.
– Мне действительно пора вернуться в
Его отрывистые ответы начинали тревожить ее. А его близость возбуждала. Он совсем смутит ее, если она ему это позволит. И тогда она забудет все, чему ее учили.
– Прошу вас отпустить меня, сэр, – потребовала она.
– Нет.
Внезапно Кристина поняла. И как ни старалась, так и не смогла сдержать улыбку.
– Вы пытаетесь говорить со мной так же односложно, как я с вами, так ведь, Лайон?
– Вот именно. А вам нравится на все ваши вопросы получать в ответ только «да» и «нет»?
– Это иногда бывает целесообразно, – пробормотала Кристина, уставившись в грудь Лайона.
Она неверно произнесла слово «целесообразно». И ее акцент сейчас стал более заметен. Лайон уловил в ее голосе нотки тревоги и решил, что она боится его. Он медленно приподнял ее подбородок, молчаливо требуя, чтобы она подняла на него глаза.
– Не бойся меня, Кристина, – прошептал он.
Она молчала.
Лайон долго смотрел в ее глаза, прежде чем до него дошла правда.
– Я ведь совсем тебя не пугаю, а? Ей подумалось, что в его голосе звучит разочарование.
– Нет, – Призналась она с улыбкой. Она попыталась снять его руку со своего подбородка, а когда попытка не удалась, сделала еще один шаг назад и обнаружила, что уперлась спиной в тонкие перила.
Путь к бегству был отрезан, и Лайон улыбнулся.
– Пожалуйста, дайте мне вернуться в дом, – снова попросила она.
– Не раньше, чем мы нормально побеседуем. И вот как это будет происходить, Кристина. Я буду задавать вопросы, и ты можешь меня спрашивать. И ни один из нас не будет отвечать односложно.
– Зачем?
– Чтобы получше узнать друг друга, – пояснил Лайон.
По его решительному тону было ясно, что он готов оставаться на балконе лорда Бейкера хоть до утра, если потребуется. Кристина решила, что следует как можно быстрее одержать над ним верх.
– Вы сердитесь потому, что я не боюсь вас? – спросила она.
– Нет, – ответил Лайон с ленивой усмешкой. – Я вообще не сержусь.
– Да нет же, сердитесь, – сказала Кристина. – Я чувствую гнев внутри вас. И вашу силу. Я думаю, вы такой же сильный, как лев.
Он покачал головой.
– Ты говоришь такие странные вещи.
Казалось, он был не в силах заставить себя перестать касаться ее. Он дотронулся пальцем до ее нижней губы. Ее мягкость зачаровывала, манила его.
– Я вовсе не хочу говорить странные вещи, –
– Моя тетя Патриция не хочет, чтобы я разговаривала с вами, Лайон. Если она узнает, что я здесь, с вами, она будет чрезвычайно недовольна.
Услышав эти слова, Лайон приподнял бровь.
– Значит, она может проявить недовольство, да?
– Она говорит, что вы слишком проницательный, – объяснила Кристина.
– А это что, недостаток? – спросил Лайон, сдвинув брови.
– И слишком богатый, – добавила Кристина, когда он недоверчиво посмотрел на нее.
– А что плохого в богатстве? – поинтересовался Лайон.
– Вами невозможно будет управлять, – повторила Кристина мнение тети.
– Чертовски верно.
– Вот видите, вы все же согласились с тетей Патрицией. Вы ведь не такой, как другие, Лайон, правда?
– Какие другие?
Она не ответила на этот вопрос.
– Я не гожусь в любовницы. Тетя сказала, что вы интересуетесь только безнравственными женщинами.
– И ты веришь ей? – удивился он.
Его руки вновь стали гладить ее плечи, и ему уже было трудно вспомнить, о чем они говорили. Он чувствовал жар ее тела сквозь тонкую ткань платья. Это было чудесное ощущение.
Как он хотел дотронуться до нее губами! Она смело смотрела ему в глаза, и на лице у нее было такое невинное выражение. Лайон решил, что она сознательно пытается опрокинуть все его представления о женщинах. Но он-то, конечно, не так прост. И все же Кристина настолько интересовала его, что он решил поиграть в эту игру еще немного. В этом ведь нет никакого вреда, сказал он себе.
– Нет, – ответила Кристина, прерывая его мысли.
– Что «нет»? – переспросил Лайон, пытаясь вспомнить, о чем он ее спросил.
– Нет, не думаю, что моя тетя права. Я вас явно привлекаю, Лайон, а я ведь не безнравственная женщина.
Лайон рассмеялся. От этого неожиданно мягкого звука сердце Кристины учащенно забилось. Теперь она понимала, какая ей грозит опасность. Лайон мог сломать все ее с таким трудом воздвигнутые барьеры. Она знала, что он немедленно увидит все ее притворство, и от этой уверенности у нее внутри все похолодело.
– Я действительно должна вернуться в зал, – выпалила она.
– Ты хотя бы представляешь, насколько приводишь меня в замешательство? – спросил Лайон, пропуская мимо ушей ее требование. – У тебя это очень хорошо получается, Кристина.
– Я вас не понимаю.
– О, думаю, прекрасно понимаешь, – протянул Лайон. – Не знаю, как тебе это удается, но из-за тебя я веду себя словно мальчишка. Вокруг тебя такой ореол таинственности. Это ведь все специально, да? Ты думаешь, что станешь мне менее интересна, если я буду больше знать о тебе?