Львица

Гарвуд Джулия

На следующий после приема день Лайон отправил записку барону с просьбой перенести их встречу на три дня из-за болезни Кристины. Барон в ответ выразил надежду на то, что дочь скоро поправится. Тем же вечером Ричардс заехал к Лайону и сообщил, что барон заказал билет на корабль, направлявшийся в Вест-Индию. Корабль отплывал через два дня.

Барон не собирался больше встречаться с дочерью. Вот вам и отцовская любовь, подумал Лайон.

Он торопливо одевался в темноте, изо всех сил оттягивая

момент, когда придется будить Кристину.

Когда отъезд уже нельзя было больше откладывать, он склонился над кроватью, тяжело вздохнул и lотронулся до плеча жены.

– Любимая, проснись и поцелуй меня на прощание. Я уезжаю, – прошептал он, осыпая ее лоб легкими поцелуями.

Кристина вздрогнула и проснулась.

– Ты должен подождать меня, – сказала она охрипшим от сна голосом.

Она резко села, но вновь со стоном откинулась на подушки. Тошнота накатывалась на нее огромной волной.

– О Боже, меня сейчас опять вырвет, Лайон!

– Повернись на бок, милая. Вчера это помогло, – напомнил ей Лайон полным сочувствия голосом. – Дыши глубоко, – велел он, растирая ее плечи.

Через пару минут Кристина прошептала:

– Уже получше.

Лайон сел на край кровати.

– Вот именно.

– Что «именно»? – переспросила Кристина. Она не осмеливалась повысить голос, боясь, что это усилие вновь вызовет тошноту.

– Именно поэтому ты и останешься дома, Кристина, – заявил Лайон. – Тебе стало плохо после встречи с отцом. После того приема тебя тошнит по два раза в день.

– – Во всем виновата эта дурацкая постель, – солгала она.

Лайон раздраженно поднял глаза к потолку.

– Ты сказала мне, что деревянные планки уже не дают матрасу проваливаться, – напомнил он ей. – Ты никуда не поедешь, любовь моя, а ляжешь обратно в постель.

– Ты обещал, что я поеду! – воскликнула она.

– Я лгал.

– Лайон, но я поверила тебе!

Лайон улыбнулся: эти слова прозвучали так жалобно!

– Ты по-прежнему доверяешь мне, жена? Я добьюсь от него признания, обещаю.

– Мой больной желудок, – это всего лишь отговорка, да, Лайон? Ты ведь даже и не собирался брать меня с собой, разве не так?

– Да, – признался он. – Я не намерен был брать тебя. – В голосе его появились ворчливые нотки. – Ты думаешь, я могу подвергнуть тебя опасности? Кристина, если с тобой что-нибудь случится, моя жизнь кончена. Ты ведь лучшая моя половина, любимая.

Кристина повернула голову так, чтобы он увидел ее нахмуренное лицо, и Лайон понял, что его нежные слова не поколебали ее решимости и ему придется попробовать другой способ.

– Разве воин племени дакота берет с собой свою пару, чтобы она помогла ему в бою? Разве Черный Волк брал с собой Мерри?

– Да.

– Ты

говоришь не правду, – заявил Лайон, недовольно нахмурившись.

Кристина улыбнулась:

– Если бы пострадала семья Мерри, Черный Волк взял бы ее с собой, чтобы она видела, как восторжествует справедливость. Лайон, я обещала отцу с матерью.

– Черному Волку и Мерри?

Кристина кивнула. Она медленно села, радуясь, что боль прошла. Затем, не обращая внимания на протесты Лайона, она осторожно встала.

– Черт возьми, Кристина, ты теперь моя пара. С того момента, как мы поженились, твои обещания стали моими. Ты ведь принадлежишь мне, да?

В его голосе звучал такой вызов, что невозможно было не ответить, и Кристина кивнула.

– Ты уж слишком сильно начинаешь походить на воина, на мой вкус, – пробормотала она. – Не мог бы ты принести мне чашку чая перед отъездом? Это самое меньшее, что ты сейчас можешь для меня сделать, – добавила она.

Лайон улыбнулся, решив, что одержал верх.

– Я сам его приготовлю, – сказал он.

Кристина подождала, пока он покинет комнату, потом стала поспешно одеваться, делая глубокие вдохи, чтобы успокоить спазмы в животе.

Когда Лайон вернулся в спальню, он увидел жену, уже одетую в черный костюм для верховой езды. Тихо выругавшись, он покорно вздохнул.

– Я должна сделать это для Джессики, Лайон. Пожалуйста, пойми!

Лайон кивнул. Лицо его было мрачнее тучи.

– Ты будешь делать только то, что я тебе скажу и когда скажу? – рявкнул он.

– Буду.

– Обещай!

– Я обещаю!

– Проклятие!

Она не обратила на это внимания.

– Я возьму с собой нож. Он под подушкой, – сказала Кристина, направляясь к постели.

– Я знаю, где он, – заявил Лайон, снова протяжно вздохнув. – Мне бы очень хотелось, чтобы ты не клала нож в постель. Стол достаточно близко.

– Я подумаю над твоим предложением, – ответила Кристина. – А теперь ты должен дать мне слово, Лайон. Ты не будешь рисковать, ладно? Не поворачивайся к нему спиной даже на секунду. И не полагайся целиком на Ричардса. Я доверяю ему, но все же больше надеюсь на твою интуицию.

Она бы продолжила перечень своих требований, если бы Лайон не притянул ее к себе, чтобы поцеловать.

– Я люблю тебя, Кристина.

– Я тоже люблю тебя, Лайон. Вот, возьми. Ты достоин его: этот нож был сделан воином, которого я люблю. Мой брат хотел бы, чтобы он был у тебя.

Лайон взял нож и сунул его в правый сапог. Кристина удовлетворенно кивнула и направилась к двери.

– Лайон! – позвала она через плечо.

– Ну, что теперь? – проворчал он.

– Мы должны заставить его признаться.