Лунный Ветер
Шрифт:
Энни села рядом со мной. Зачем она сказала это, ну, я могла придумать несколько причин. Весь это город был адом.
Лошади резко тронулись, и корсет впился в ребра. Я едва могла дышать.
Я не знала, что меня ждёт сегодня ночью, или точнее кто, но знала, что совершенно не хотела этого.
Надо было принять наказание, или что там ещё мог придумать Совет, а не убегать и встревать в неприятности. Однако дневники матери все ещё были со мной. Все ее истории о гордо поднятом подбородке и нахождении способов выжить. Все они врезались мне
Повозка остановилась во внутреннем дворе перед красивым зданием. Я не поняла, что это, отель или дом — так много там было комнат.
Мы вышли и поднялись по ступенькам. Сердце готово было вырваться из груди. Я совсем не хотела стать одной из этих женщин.
— Как он скажет, так и будет. Если он ее не захочет, она вернётся со мной, — сказала мне европейка.
— Ох, он возьмёт ее, — сказала я, а женщина стиснула зубы, но ничего не ответила, взглянув на меня.
Я подняла подбородок и последние ступеньки прошла вместе с Энни.
Дверь открылась, и мы вошли.
Холл был отделан хрусталем и мрамором. Мадам Мезоуза шла позади нас.
— Сообщите лорду Крептону, что приехала мадам Мезоуза с новым заказом, — сказала она, словно мы были чем-то вроде еды.
Встретившая нас женщина поклонилась и исчезла.
Сразу после этого из другого холла вышла другая женщина в черном. В руке она держала бутылку спиртного и выглядела заплаканной. Она была в полном раздрае.
— Почему ты тут все время появляешься со своими шлюхами, меня не касается, — сказала она мадам Мезоузе. — Это из-за них умер мой муж, а отец и братья последуют по его стопам.
— Я не виновата, что твой муж не мог удержать своих рук от собственности отца.
— Собственности отца? — женщина посмотрела на нас. — Вам самим не противно? — она плюнула и ушла.
Я смотрела в ту сторону, куда она ушла. Мне было жаль ее, и я чувствовала то же самое.
— Они понятия не имеют, откуда вы берете этих девушек, так?
Мадам Мезоуза взглянула на меня.
— На твоём месте я бы прямо сейчас попридержала язык.
— Ева, — послышался с лестницы мужской голос.
Я повернула голову и увидела мужчину около шестидесяти лет с волосами цвета соли с перцем. Его плечи укрывала какая-то звериная шкура. Он выглядел дружелюбно, но я сомневалась в этом.
Энни глубоко вздохнула, и я увидела, что ее руки немного задрожали.
Я хотела подойти и обнять ее, но она покачала головой.
— Лорд Крептон. Надеюсь, я не заставила вас ждать слишком долго.
— Ни в коей мере. Так, и что у нас тут? — сказал он, взглянув на меня, а потом на Энни. — Эту, — указал он на Энни, — не надо, а эту давай, — он посмотрел на меня.
— Эта пойдет только вместе со второй, — кивнула я в сторону Энни и с трудом сглотнула. Пожилой мужчина на несколько секунд задержал на мне взгляд, а потом посмотрел на мадам Мезоузу, которая всем своим видом показывала, как натерпелась
— А она ничего так говорит, — произнес он.
— Я сделаю что угодно, если вы будете так добры взять и ее тоже, — стояла я на своем.
Он прищурился.
— Что угодно?
Я сглотнула ком и, слабо улыбнувшись, кивнула. Я уже не была так уверена в «чем угодно», но нас никто не разделит.
— Хорошо, полукровка может остаться.
Я ненавидела это слово. Энни прекрасна, в ней смешаны две расы, как и у Снега. Она кто угодно, только не полукровка.
— Анастасия, — эхом отразился от стен его голос.
— Да, милорд, — подбежала к нему крошечная горничная.
— Забери… — он снова посмотрел на меня и указал рукой на Энни.
— Энни, — подсказала я.
— Забери Энни и покажи ей ее комнату. Уверен, у нас найдется место для ещё одной горничной.
— Да, милорд. Спасибо, милорд, — она поклонилась, взяла Энни за руку и вывела ее из холла.
Лорд Крептон протянул мадам Мезоузе конверт, который та приняла обеими руками.
— На этот раз тебе удалось меня удивить. Хорошая работа.
— Спасибо, милорд, — она тоже поклонилась. — Доброй ночи.
Женщина развернулась и исчезла.
— А теперь пошли ко мне в комнату посмотрим, за что я заплатил.
Сердце грохотало, когда я обнаженная стояла в комнате лорда Крептона. Я изо всех сил старалась не проронить ни слезинки, но не знала, сумею ли. Он уставился на мою метку, расположенную на внутренней поверхности бедра чуть выше колена.
Он нахмурился.
— Хотел сказать, что у тебя, моя дорогая, боевой дух, — он улыбнулся.
Он взялся за свои штаны, и сердце едва не выскочило из груди. Но он остановился.
— Расслабься, — сказал он и приспустил только часть штанины, чтобы показать свою метку.
Теперь нахмурилась уже я.
— Я тоже был одним из драконианцев, очень, очень давно, — он натянул штаны, развернулся и подошёл к бару на колесах. — Как тебя зовут?
— Элль, — на этот раз имя далось легче.
— Элль? — спросил он, и я кивнула. — Дай угадаю, ты с севера?
Я снова кивнула.
— Да.
Я помнила из дневника матери, что всегда нужно отвечать, когда говоришь с мужчиной или женщиной выше тебя по положению. Хотя он не был выше меня.
— Тебе налить чего-нибудь?
— Да, это очень мило с вашей стороны.
Если я напьюсь, тогда, возможно, я не вспомню всего этого ужаса.
Он ухмыльнулся.
— Вид и манеры у тебя безупречные. Я не солгал, когда сказал мадам Мезоузе, что на этот раз она оправдала мои ожидания. Я сыт по горло женщинами, которые готовы делать все, что я скажу, а потом используют мои тайны в своих целях. Ты для меня как глоток свежего воздуха.