Лунный Ветер
Шрифт:
Я оглянулась назад на место происшествия, где лежали драконы.
Ученые убили пиявкообразное создание и поместили его в стеклянный бокс, вероятно, для дальнейших исследований. Им пришлось буквально срезать его со спины дракона.
Один из драконов заворочался.
— Эмануэль, — сказал один из ученых, и я ахнула. — Можешь превратиться обратно?
Эмануэль. Я знала, что он помогал Рубикону, Констанс говорила об этом, а Рубикон много раз упоминал рыжего Солнечного Взрыва. Я попыталась подойти, когда он закряхтел и попытался пошевелиться, но у него
Потом со щелчком тело дракона исчезло, явив человека, которого я однажды чуть не поцеловала. Он ещё никогда не выглядел таким измученным. Обнажённый, он попытался встать на ноги и пошатнулся. Ему передали плащ, пока доктора сгрудились рядом с другим драконом.
— Что, черт побери, произошло, почему он оказался так близко к Лианам?
Это была Лиана?
— Я действительно должен отвечать на этот вопрос? — зло спросил Эмануэль, хотя выглядел очень, очень истощенным.
Репортёришки оттеснили меня в сторону — это оказался Кевин с парой своих коллег.
— Рубикон пытался совершить суицид? — спросил Кевин.
— Придурок! — закричала я, а пара людей рядом ахнули и стали переговариваться.
— Он практически потерял всякую надежду.
— Вы думаете, принцесса мертва? — спросила какая-то женщина.
Я оглянулась, но парень просто пожал плечами. Нет, не поэтому он подлетел так близко.
Эмануэль выхватил камеру у одного из репортеров, сделавшего снимок второго дракона, и разбил ее о землю.
Я знала, кем был второй дракон, ведь это та пиявка оставила отметину на спине у Блейка. Я попыталась встать на цыпочки, чтобы увидеть его.
Но слишком много людей перекрыли мне дорогу, и я могла разглядеть лишь часть его крыла. Оно было огромным и зарывало почти всю территорию, которую они перекрыли.
Эмануэль поссорился с репортером, чью камеру сломал, и я услышала, как он ударил парня. О чем он только думал? Я знала, что парень заботился обо мне, как и прежде. Публика все еще снимала видео на Кэмми.
Я подошла поближе, пробравшись через толпу, чтобы увидеть моего дракона.
Ученые изо всех сил старались привести в чувства Рубикона, и с его губ сорвался низкий рык.
— Блейк, тебе нужно превратиться обратно, — услышала я и замерла. Почему они назвали его Блейком?
Я подошла к нему поближе и присела. Я видела его прекрасные голубые глаза. Он смотрел прямо на меня.
— Елена, — тихо стонал он, и мне захотелось заплакать и сказать, что я здесь, но вспомнила, что это прошлое.
— Ее здесь нет, тебе нужно превратиться.
Рубикон поднялся, и люди снова разбежались. Я осталась, потому что знала, насколько большим он стал. Запрокинув голову, я смотрела, как он встаёт на лапы. Рубикон стал огромным.
Он покачивался из стороны в сторону, и большинство людей отступили подальше, пока я смотрела, как он рухнул снова, сбив еще одно дерево. Земля дрожала и гудела, и я должна была удержать равновесие, чтобы не упасть на задницу снова.
Эмануэль превратился обратно и помог ему подняться.
Я больше не могла смотреть и отключилась.
И
Блейк был в своем человеческом обличье, с Эмануэлем.
Блейк кричал от боли. Я знала, что он будет так взбешен.
Он оторвал еще одну шипящую пиявку и сжег ее своим огнем.
Она не хотела умирать, но только тогда, когда он разорвал её на куски с помощью Эмануэля, им это удалось
— Нам нужен врач, сейчас же, — сказал Эмануэль, держа тело Блейка. Тот все еще был в сознании и стонал от боли.
Я увидела его бок, где к нему присосалась пиявка. Это была большая рана как от ожога, вроде того раза, когда меня оцарапал лавовый червь. Но, тем не менее, другая. Это была отметина на его спине. Я хотела выйти, зная, что он начнет говорить гадости и сквернословить о том, зачем Рубикон с ним это делал, но тут Кевин задал вопрос.
— Блейк, что это значит? — Кевин спросил еще раз. Он не знает тебя, идиот, он только что трансформировался обратно.
— Принцесса мертва?
Я уставилась на него, он был невероятен и даже не обращал внимания.
Блейк развернулся и чуть не врезался в Кевина. Он умолял его перестать задавать глупые вопросы и вызвать врачей. Блейк ухватился за воротник рубашки.
Фонарики осветили лица их обоих, глаза Кевина были широко распахнуты.
— Хватит задавать гребаные вопросы и помоги мне найти ее, — завопил он, и я застыла на месте. Блейк никогда не просил о помощи, на самом деле его даже не волновало, что он в ней нуждается. Я вышла, перемотала и вернулась обратно. Это было то же самое высказывание. Ему нужна была помощь Кевина, чтобы найти меня. Меня, Елену Уоткинс. Это был Блейк, а не Рубикон. Это не имело никакого смысла, он скрывал Рубикона от меня, почему…
Я просмотрела пару других записей.
Блейк не был ранен, как в других случаях, но очень расстроен и раздражен, когда его нашли репортеры в человеческом обличии.
Он сломал камеры, когда Кевин задел самые больные точки.
Было круто видеть, как Блейк наконец-то врезал ему, и репортер упал в толпу. На него посветило еще больше фонариков, и люди помогли тому подняться на ноги.
Он закричал Кевину, что однажды разорвет его на кусочки.
Он действительно искал меня. Они оба.
Я пролистала дальше: страницы и страницы, заполненные событиями, пока была в Итане.
Остановилась на заголовке: «Выписка Елены».
Потом вспомнила, что тогда не было проныр-журналистов, но захотела узнать, что они сняли.
Я открыла видео и обнаружила вокруг себя кучу папарацци.
Кевин стоял на противоположной стороне.
Такого не было. Я помнила, что тогда меня встречал только Эмануэль, когда я вышла.
Дверь открылась, и вышла Бекки в огромных солнечных очках за руку с Джорджем.