Лунный Ветер
Шрифт:
Он, наконец, тоже посмотрел на меня.
— Что такое?
— Я уже видела это сегодня. Пока принимала ванну. Картинка просто промелькнула у меня перед глазами. Она была настолько жуткой, что я никогда еще так сильно не пугалась.
— Я тоже, — кивнул он. Все, что я помнила — это страх.
Я встала.
— Это ошибка, нам не стоило даже думать, чтобы это начинать.
Обещание отцу обретало смысл.
— Елена, у нас нет выбора. У большинства людей в этой комнате есть кто-то близкий в Итане. Ты сама родилась в Итане.
— Блейк,
— Смелые называются смелым не потому, что они не боятся, Елена, то же самое с храбрецами и героями. Все эти люди, вписанные в историю, имеют общее качество: страх, огромный страх, — но именно в этом и проявляется мужество, — он говорил чертовски мудро, что меня бесило.
— В Священной Пещере ты рискнула своей жизнью, зная, что оттуда никто не возвращается.
— Да, потому что я всем сердцем верила, что смогу это сделать.
— И Ирэн говорила, что мы сможем.
Меня пробрало на смех.
— Пока ты не сказал, что один выживет, а другой нет.
— Если мы не найдем отсутствующий ингредиент…
— Ты знаешь, что это такое, где его вообще искать? У нас нет ни малейшего понятия, Блейк.
— Я верю, что мы поймём, когда настанет час, — сказал он и вышел из столовой.
Все на меня так посмотрели, что мне стало стыдно за свои слова.
— Извините, понимаю, как это прозвучало.
— Не стоит. Никому из нас не дано понять, какого это, когда над тобой довлеет подобного рода предназначение, Елена. Но Блейк прав, вам всего лишь нужно найти недостающий ингредиент.
— Вы так говорите, будто это мука или щепотка ванилина. Мы даже не знаем, что это такое, Дэвид.
— Я тоже верю. В нужный момент вы поймёте.
— Я даже не представляю, как нам пробраться через лианы.
— И это вы тоже поймёте, наберись терпения, — сказал Дэвид, встал и вышел из столовой.
Я вернулась в свою комнату. Мне было неловко за свою вспышку по поводу нежелания исполнять предназначение.
Я вспомнила моего отца, и как он говорил со мной во время моего восхождения. Тогда он был жив. Но я не знала, был ли он жив сейчас.
Мне никогда не следовало давать ему это обещание. Оно столько раз заставляло меня сомневаться в себе, и сейчас я понятия не имела, как смогу его выполнить.
Я забралась в постель, даже не поужинав, и просто думала о видении, которое мы оба видели. Почему я увидела его первой, я не знала.
Оно запечатлелось в моем разуме, и я уснула, думая только о нем.
Видение ко мне пришло и во сне. Как будто я держу в руке фото. А потом оно оживает. Фотография меняется, и я вижу все точнее, словно движется камера, и тогда понимаю, что передо мной. Длинное змеевидное тело, слишком маленькие для него крылья, четыре крошечные лапы и длинная борода. Элементальный дракон, но он не походил на Херби, Дасти, Торнадо или Кирби. Он отличался от них. Такого я уже видела
Глава 38
Я проснулась и пару секунд не могла понять, где я, черт побери, пока не вспомнила ту ужасную гору, как едва не погибла, карабкаясь по ней, и как тогда Блейк держал меня. Потом пришло воспоминание о гадкой русалке, которая практически утопила меня, пока он искал свою дурацкую сферу, а потом вспомнила Элементального дракона, как я поняла, Саадедина, и летающего рядом с ним Блейка размером с огнедышащего ворона. Нам ни за что не победить его, если не найдём недостающий ингредиент.
Опять же, Блейк меня уже дважды спас, потому что Рубикон дал драконью клятву. Это все время напоминало мне уроки профессора Фейцер. Наша связь так сильно отличалась от связей других, очень сильно. Блейка я воспринимала как хранителя Рубикона, пытающегося держать нас подальше друг от друга.
Вчера я снова видела по его лицу, что он переживает. Я не знала, переживает ли он из-за первой части, в которой говорилось, что «узы прочного прочей вас свяжут», или из-за той, где говорилось, что сердце одного из нас «вечный ждёт покой», а может быть, из-за всего вместе.
О себе я больше не переживала — я все ещё помнила, каково это, когда я думала, что убила его. Так жить я не смогу. Рубикон нужен Пейе. А все, что ей нужно от меня, это моя кровь, а ее мне не жалко.
Все было предельно понятно до тех пор, пока он не высказался о «смелых и отважных». Он совсем меня запутал.
Закинув руки за голову, я как следует потянулась. Кровать была мягкой и просто идеальной. Вылезать из нее не хотелось, но другого выбора не было.
Я встала, оделась и спустилась вниз.
В столовой увидела Дэвида с Конни. Оба мне улыбнулись.
— Завтрак, принцесса? — спросила Конни. — Как вы спали прошлой ночью?
— Как бревно, — соврала я. — И можно просто Елена. Позавтракать было бы отлично.
Я села за стол и огляделась вокруг. Блейка нигде не было видно, и я решила, что он мог вымотаться после дороги, или же не хотел пересекаться со мной после того жуткого видения. Он по-прежнему не знал, что это означало, и мне нужно было ему рассказать.
Конни поставила передо мной тарелку с яичницей, беконом, тостом и оладьями.
— Приятного аппетита.
— Спасибо, выглядит превосходно.
Я с удовольствием принялась за еду, но на середине порции поняла, что больше не съем и кусочка, поэтому попыталась завязать беседу о лианах, и как местные жители могут жить так близко от них, не обращая внимания на шелест.
Мы проговорили почти час. Когда заметила, что Блейк так и не появился, я начала вставать.
Дэвид улыбнулся.
— Он ушел рано утром с рюкзаком и пообещал принести рыбу на ужин. — Мужчина улыбался так, словно мог читать мои мысли.