Лунный вариант

Березин Федор Дмитриевич

Остатки упали в австралийской пустыне.

Потом в космосе доминировал «Мир». Но теперь с Земли поднимались принципиально новые вещи – многоразовые «шаттлы». Куда до них пенсионерам «Аполлонам». Да и вообще, внизу, на планете, стали происходить совсем неожиданные и непредусмотренные космогацией процессы.

Ну

а сейчас нет уже ни «Салютов», ни «Мира». Они тоже затоплены. И, значит, в космосе совсем не осталось меток о тех славных временах.

Хотя…

Таблички с их именами прикреплены к Кремлевской стене на Красной площади в Москве. Под ними – прах. Возможно, это действительно их собственный прах. Может, кого-то еще или сплавленный алюминий посадочной капсулы. Кто знает? Прах есть прах. Ничего по нему не узнать. Может, его раскидало ветром еще там, в стратосферных высях? А может, там, в Индийском океане, пережив подорванные поблизости килотонны, лежит, присыпанная песком, илом, отходами жизнедеятельности моря и находящейся наверху цивилизацией, капсула еще с чьим-то прахом? Кто знает? Кто видел?

Их именами названы кратеры на Луне. С чего бы это? Хотя почему нет? Ведь и кратер Гагарина там тоже существует.

А еще есть астероиды – малые планеты: номер 1789 – Добровольский, номер 1790 – Волков, номер 1791 – Пацаев. Кажется, они это заслужили, хотя и не смогли добраться так далеко.

Ничего, доберутся те, кто придет после. Если, конечно, придут.

Ну а здесь, на Земле?

Да кто помнит-то? Те, кто сидел в Центре управления и ведал о многом? Те, кто включал-выключал сцепления луноходов? Большинство, в связи с возрастом и нервной жизнью, уже не являются свидетелями. Отдельные, дотянувшие в сегодняшнее светлое завтра? Кто будет слушать каких-то одиноких стариков? И с чего бы это они заговорили только сейчас?

А местные аборигены? Они смотрят на исполинов

всего лишь как на часть ландшафта. Возможно, вообще не видят. Или, выезжая на пикник, на шашлык под пиво, с разгоряченными и оживающими мозгами, в восхищении задирают головы кверху, отслеживая тысячетонность вонзившихся в небо исполинов и развязавшимися языками сыплют прижившимися чужими словами, мелют какую-то чушь, выпотрошенные сказки о назначении зависших над головой шарообразных защитных коконов-антенн. А ведь это всего лишь второе поколение после! Что будет дальше? Опять же, если хоть какой-то из исполинов сохранится. Ибо лучше такая, мистическая аура-прикрытие, чем деловитое, прагматичное распиливание сваркой на небольшие, помещающиеся в грузовик, ошметки. Аура, в конце концов, может перерасти в религиозное поклонение или, на крайний случай, в сохранение в виде музейной ценности и памятника старины. И тогда – стрела времени через века, в светлое завтра, к благородным потомкам, которые зальются слезами и смогут оценить дерзновенность срубленного на взлете порыва.

В вариации сварки… Этих «залежей» металла хватит на несколько лет. Да и то не для своей – для чужих экономик. И даже не для их подъема – они не в падении. Всего лишь для создания стратегических запасов. Вот и вся память. И влияние на благородных потомков равно нулю. Связь времен нарушена, повторяем ошибки сначала.

И тогда надежда только на то, что там, на пыльных тропинках далеких планет, что-то сохранилось. Если и не ржавый от радиации и температурных перепадов луноход, то хотя бы следы подошв и отпечатки перчаток. Там, в лунном мире, нет ветра и время заморожено. А значит, вся надежда на связь поколений возложена на шестеренку – Луну.

Вслушайтесь! Вероятно, вы заметите, как она скрипит!