Лунные дети
Шрифт:
Только вырвавшись из родного дома после школы в Академию, Кэл понял, насколько интересной может быть жизнь. Дядя Кеннет к тому времени довольно долго не появлялся, и Кэл начинал задыхаться в домашнем уюте. А тут Академия, новые знакомые, новые заклинания — все новое. Потом спустя четыре года Кеннет все-таки объявился, измененный, погрызенный жизнью, как он сам сказал, и, сказав «привет», тут же уехал куда-то на север. Впрочем, у Кэла теперь жизнь буквально бурлила, он познакомился с Алвой, попал в сыск (совершенно случайно!), пересекся с Тайгом и в итоге начал работать за два года до окончания Академии. Казалось, что жизнь интереснее быть не может, но вот, она не разочаровала своего любимца.
Таверна
— Господин сыщик? Чем-то могу помочь?
Кэл махнул рукой.
— Для начал налейте. Полагаю, сок у вас есть?
Парень кивнул.
— Какой?
— Вишневый.
После вчерашней попойки с Рианом совершенно не хотелось даже нюхать алкоголь. А сок оказался свежим, словно его только вчера выдавили в какой-нибудь задней комнате этого заведения.
— Я ищу человека, — Кэл поболтал остатками сока, и парень понимающе наполнил бокал снова.
— Какого, сэр?
— Рыжего.
Тот понятливо кивнул и все-таки улыбнулся, вполне искренно, только чуточку огорченно.
— Лис приходит значительно позже. И не знаю, объявится ли сегодня. Он… — парень замолк, глядя куда-то Кэлу за спину, и вдруг улыбнулся, теперь уже спокойно. — Кажется, я ошибся. Тебе как обычно?
Севший рядом за стойку Кеннет как-то тяжело кивнул.
— Привет, племянник.
— Привет.
Они помолчали, пока парень наливал херес. Кэл задумчиво смотрел, как льется алкоголь, и пытался не заткнуть себе ноздри, слишком плохая идея. Но запах не нравился, хоть он и понимал: здесь ничего плохого и поддельного не нальют.
— Идем в уголок пошептаться, — велел вдруг Кеннет и сполз со стула, стараясь, чтобы пола плаща не распахнулась.
Кэл послушно последовал за ним, прихватив недопитый сок. В плаще — как обычно. Как после возвращения. Немногие знали, что случилось с Кеннетом и где он пропадал, но Кэл был одним из доверенных лиц. Правда, дядя взял с него строжайшее обещание, что тот никому не расскажет услышанное, да Кэл бы и не смог. Как кому-то объяснить, что был страшный эксперимент, попытка скрестить живого человека с нечистью, привить подопытному что-нибудь от выбранного образца? Кэла передергивало каждый раз от одной только мысли об этом. Нечисть надо изгонять или убивать, она никому не несет добра, а значит, к человеку ее подпускать нельзя. Так кому пришла в голову сумасшедшая идея скрестить обычного человека и нечисть? А ведь Кеннет не был магом, он признался, что сам захотел поучаствовать в этом, ну, еще потому, что сулили немалые деньги. В итоге Кеннет чуть не погиб, началось отмирание клеток, но неожиданно остановилось, и ни один ученый или маг не мог объяснить, почему. Только теперь вместо полноценной левой руки у Кеннета было нечто покрытое одновременно шерстью гарма высшей категории, перьями хищного кухула (хотя какая нечисть не хищник?), и человеческого в этом оставалось мало. Только три пальца, вместо двух — безымянного и мизинца — скрюченный коготь. Именно поэтому теперь Кеннет ходил все время в плаще или накидке, скрывавшей уродливую руку. Он шутил, конечно, про звание пострадавшего в жестоком эксперименте, но результаты не показывал, а в слова никто не верил. Еще Кэл знал, что те деньги, которые обещали Кеннету, выплатили, а через полгода забрали, сказав, мол, человек, ты же сам на это согласился, платить мы не обязаны. Можно было упираться и умереть, а можно было отдать то, что осталось. Те, кто инициировали эксперимент, согласились
— Бесценный опыт, племянник, — изломав тонкие губы в какой-то жуткой ухмылке, сообщил дядя и затушил сигарету.
Больше Кэл ни разу не видел его курящим.
— Что случилось? — поинтересовался Кеннет, когда они уселись в темном углу за столиком на двоих.
— Слышал, что произошло?
Он молча кивнул и сделал небольшой глоток. Кэл нахмурился. Кажется, не это волновало Кеннета, а что-то совсем другое. Странно. У него тут гарм под носом бегал, а дядя спокоен? Ну, не спокоен, но беспокоится явно о другом.
— Кеннет, у тебя что-то не так?
Он хмыкнул и вдруг улыбнулся.
— Теперь уже все в порядке. Одна хорошенькая девочка вчера не вышла на работу, а сегодня утром этот гарм. Я ходил, проверял, все ли с ней в порядке.
— Она работает здесь? — уточнил Кэл, пытаясь представить девочку, о которой Кеннет так беспокоится. Дядя никогда не был женат, ни до эксперимента, ни после, с такой рукой все женщины, наверное, бежали от него, как от Серой Химеры. Девочка.
— Здесь, — Кеннет кивнул в сторону стойки. — Приходит в ночную смену. Утром у нее пары. Давно работает, с первого курса.
— А сейчас?..
— Заканчивает четвертый. — Кажется, Кеннет совсем успокоился. Он откинулся на мягкую спинку кресла и теперь лениво потягивал херес.
— Хорошая девочка-то? — помимо воли ухмыльнулся Кэл. Он пришел говорить не о женщинах, но это было так… необычно, что ли. — Сильно младше тебя?
— Почти на двадцать лет. — Кеннет ухмыльнулся в ответ. — Только не смей говорить мне о свадьбе.
— Я похож на сваху? — возмутился сыщик и одним глотком допил сок. — Просто ты после эксперимента не сильно женщинами интересовался, а тут… волнуешься так, что ходил проверять даже.
Кеннет расхохотался, но никто не обратил на него внимания.
— Знаешь что, — посмеиваясь, сказал он, — тебе, парень, жениться надо уже самому. Вы с Алвой свадьбу сыграете или как?
— Или как.
— Да девочка на тебя почти молится, — Кеннет фыркнул и отставил в сторону наполовину опустевший стакан. — Ты же видишь. Парень, тебе двадцать шесть, женись уже. Учитывая, что вы с Алвой работаете вместе, идеальная семейная пара.
Да, только перед дядей Кеннетом Кэл продолжал чувствовать себя мальчишкой. Не то чтобы его сейчас отчитали, но какие-то подозрительно знакомые нотки в голосе Кеннета прозвучали, и Кэл отмел желание виновато склонить голову и сказать «Да, мамочка».
— Ладно, — Кеннет посерьезнел и чуть понизил голос, — насчет гарма. Для меня это тоже стало сюрпризом. До этого ни намека на что-то подобное. Сплошные мелочи вроде лишая, мелких бесов — все как обычно. И тут гарм. Главное, я даже предположить не могу, кто его вызвал.
— Он сожрал нищих.
Кеннет поскреб подбородок.
— Думаешь, они вызвали и не справились? Гарм обычно призывается, чтобы съесть кого-то определенного, так что вряд ли. Да и кому нужны эти нищие? Знал я мужиков, не совсем вменяемые, но мухи не обидят. И не крали, я следил за этим. Два раза в неделю приносил им еду и выпивку. Хорошие мужики. Были. Кто гарма убил хоть?
Кэл шумно втянул воздух и невесело улыбнулся.
— А это самое интересное, дядя. Мы понятия не имеем.
— А эти ваши… — Кеннет чуть нахмурился, — остаточные нити или что-то вроде того…
— Нашли, — кивнул Кэл и сцепил пальцы в замок, — но, знаешь, дядя, они очень странные. Согласно экспертизе, гарма убили Танатосом — это самое сильное базовое заклинание, чтобы кого-нибудь уничтожить. Базовое, заметь. И маг выставлял щиты, наслаивал их, но — тоже все базовые. Как будто не знал ни одного специального заклинания.