Лунные дети
Шрифт:
Дюран Терье проклял своего последнего сына, пообещал наказать за свершенное им злодеяние, и Бог моря вместе с Матерью Солнцем были тому свидетелями. Отныне путь в Ирру для Джели Терье был закрыт навсегда, он считался вором для всех и страшным преступником лично для своей семьи.
– Этот Джели – рисковый парень, – заявила Элиш и покрутила книжонку, словно надеялась что-нибудь вытрясти из-под обложки. – Впрочем, наверное, у детей Терье вообще выбора не было, идти на экзамен или нет.
– Скорее всего, – согласился Джет.
Он отложил амбарную книгу в сторону и чуть нахмурился. В бухгалтерские записи внезапно закралась ошибка: итоговые цифры упрямо не сходились, но он никак не мог найти причину. Последний
– Эл.
– Да?
– Сходи на склад, проверь эти бутылки, – Джет протянул кельнер список. – Пересчитай.
Она молча вышла из кабинета, Джет вернулся к подсчетам. Последние цифры вносил Лис, но в нем Джет был уверен как в самом себе. Все люди, конечно, очень разные, но Лис… Лис рохсталец, а они для бывшего, но все-таки иррийца сначала были на одно лицо. Это сейчас Джет научился различать, но Лис все равно остался каким-то собирательным образом. Угораздило же их познакомиться тогда.
– Все фигово, – заявила вернувшаяся Элиш. – У нас только две трети новых поставок. Кому надрать задницу?
– Ты девушка, – заметил Джет.
– Угу.
Он чуть улыбнулся. То, что с Эл спорить бесполезно, Джет усвоил, еще когда четырнадцатилетняя (хотя она тогда сказала, что ей почти пятнадцать) Элиш Тарлах заявилась к нему в кабинет и заявила, что хочет тут работать. Кельнером. Связываться с несовершеннолетними, да и вообще с детьми владельцу «Джохо» дико не хотелось, но куда там – Эл не переспорить, только задавить аргументами. Он и привел их тогда, да не с той связался. Элиш дернула плечом и сообщила, что нечего смотреть на возраст, соблазнять никого она не собирается, город прекрасно знает, и ей позарез нужны деньги на себя любимую. Джет согласился. Все равно тогда предыдущий кельнер ушел, и лучше пусть девочка будет работать здесь, в его таверне, чем где-нибудь еще. И да, она была похожа на молодого Лиса.
Лис, конечно, обозвал Джета придурком и пообещал намылить шею. Джет только посоветовал другу присмотреть за девочкой.
– Все равно ты ешь и пьешь за мой свет, – заметил он. – Отрабатывай.
– Ты мне зарплату не платишь, – пожал плечами Лис, но взял шефство над Элиш.
А потом они вовсе к ней привязались, незаметно для себя. Дочка, да которой ни у того, ни у другого никогда не будет.
– Значит, надо об этом сообщить Лису, – спокойно заметил Джет и постучал ручкой по бумагам. – Плохо.
– Плохо?
– Не хочу устраивать очередные разборки, – пояснил он. – Но придется. У тебя смена закончилась час назад. Домой не хочется?
– У меня еще одна работа, – скривилась Элиш. – Не хочу к ним опять.
– К ним?
– Да, – Эл неопределенно махнула рукой. – Если расскажу, Лис меня придушит. О, – она внезапно оживилась, – а ведь точно, можно Лиса использовать. Слушай, если он с племянником разберется, его могут наказать?
– Ты связалась с сыском? – Джет усмехнулся. – Знать не хочу, с чего бы.
– А я и не расскажу, – Элиш пожала плечами и тяжело вздохнула. – Скучная история, поверь, но пришлось. Ладно… мне и правда пора идти, а то вдруг этот… Кэл организует мне встречу. С оркестром. С него станется. Лису привет передавай.
– Конечно.
Племянник Лиса (который на деле племянником не был, и это удивляло Джета до сих пор. Как можно настолько просто считать родственником чужого человека?) работал в сыске. Сыщики занимались делами, связанными с применением сихир… магии, как она здесь называлась. Для всего остального существовала городская охрана. Кэл Эмонн раньше жил в столице, в начале осени переехал в Гестоль, и Джету даже стало на мгновение неуютно от мысли, что теперь племянник Лиса так близко. В Рохстале, конечно, другие законы, да и кому какое дело до хозяина таверны, спрятавшейся в переулках
– Привет.
Джет коротко кивнул вошедшему Лису. Он знал его настоящее имя, но прозвище настолько прикипело к Кеннету Барбре, что Джет не мог по-другому называть друга. Элиш, кажется, имени Лиса не знала, да и как-то не стремилась выяснить. Хорошая черта, кстати.
– Ты проверял товар перед тем, как платить?
Лис снял плащ, по привычке пряча изуродованную руку в рукав растянутой кофты.
– Конечно. Что-то не так?
– У нас на руках только две трети, – Джет чуть поморщился. – Похоже, после сделки этот ублюдок тебя обманул.
– Гармов сын, – ругнулся Лис и снова принялся одеваться. – Пойду… поговорю с ним. Только не смей пробовать вино, Джет. Я притащу этого беса сюда и ткну мордой в ящики.
– Думаешь, поможет?
– Ха!
Значит, Лис был уверен, что поможет. Джет усмехнулся и отложил записи в сторону. Он дотянулся до истории Ирры, спрятал книгу в стол. Пусть пока полежит там, потом ее все-таки надо будет выбросить.
В Гестоле царила зима, из окна было видно, как медленно падают снежинки, и это было красиво, но Джет ее не любил. С другой стороны, север Рохстала был идеальным убежищем не только от кровожадных родственников, но и от проблем в целом. Почти, конечно, вряд ли хоть в одной стране найдется место, где можно спрятаться от всего мира. Джета Гестоль устраивал. Правда, и тут нашлись конкуренты, даром, что «Джохо» располагался не в самом многолюдном месте, но ведь прознали и периодически пытались прикрыть таверну, отравить самого Джета или просто набедокурить в таверне. Впрочем, ни то, ни другое, ни третье злопыхателям сделать не удавалось – Лис со своими неведомыми людьми стоял на страже, да и завсегдатаи, как бы они ни выглядели, приняли «Джохо» под свою опеку и помогали Джету, если тот обращался к ним.
Это было наивно, Джет прекрасно понимал: создать место, где каждый мог побыть самим собой, просто невозможно. Но ему с детства осточертели разговоры о будущем, расписанном по минутам, так что теперь, заведуя «Джохо», Джет хотел помочь рохстальцам отдохнуть, снять маску и плевать с высокой мачты на планы и расписания. Получалось или нет, Джет судить не брался, но он любил свое дело, уважал посетителей и заботился о подчиненных. Только о кельнерах, по факту, Лиса попробуй заставь что-то сделать, он приказы на дух не переносит. Вроде взрослый человек, но временами Джету казалось, что это ему уже почти сорок, а не Лису. Впрочем, Лис и не был его подчиненным в прямом смысле слова.
Он поправил сползший с предплечья антимагический браслет. В зале сихир… магию ничто не глушило, зато в кабинете, на складе и в остальных комнатах антимагических кулонов, подставок, украшений хватало за глаза. Джету совсем не улыбалось, что тот же Кэл Эмонн случайно обнаружит в нем магию, отличную от рохстальской. Вернее, ничего страшного не случится, смуглая кожа и темно-карие, почти черные глаза выдавали его происхождение с головой, но о том, что он еще был сихом, Джет предпочитал умалчивать в большинстве случаев. К тому же антимагические украшения действовали исподволь, и появившийся здесь маг далеко не сразу почувствовал бы, что не владеет своей силой. Элиш, например, вообще не замечала, но ей это было и не нужно. Джет поставил кельнер условие – никакой магии в «Джохо». Эл приняла требование без возражений и держала слово до сих пор. Лис вообще не был магом, а посторонним в служебные помещения вход был запрещен. Разве что Эмонна один раз притащили, но та некрасивая история, когда Джета пытались отравить, давно закончилась, а с тех пор попыток больше не было. Впору надеяться, что «Джохо» оставили в покое.