Лунара
Шрифт:
Большинство тех, кто постоянно находится в зоне комфорта, не поймут тех ощущений, которые испытывала я, идя к заветной двери. Меня от нее отделяли несколько шагов, но длились они, как им и полагалось, целую вечность. Если все книголюбы такие же добродушные, как библиотекарь, то и нечего бояться. Правда, верилось мне в это с трудом.
Нужно ли стучать перед тем, как войти? Или можно позволить себе небольшую дерзость и открыть дверь с ноги? Повернувшись в сторону милейшей женщины-библиотекаря, я поняла, что дикарство она не одобрит.
Что ж, во всяком случае, все собравшиеся - люди. А это уже хорошее начало. Их шестеро: три девушки и три парня примерно одного возраста. Они сидели за круглым столом: одни держали в руках книгу бумажную или электронную, а другие делали записи в блокноте. Один парень, сидящий как раз напротив входа, громко стучал по клавишам ноутбука, крышка которого была обклеена стикерами с аниме-персонажами. Я успела рассмотреть только Наруто и Лайта из Тетради смерти. Натали поднялась и вскинула руку, чтобы привлечь всеобщее внимание.
– Ребята, это Лунара, - она взглянула на меня так, словно была не уверена, что правильно произнесла имя. – Я пригласила ее к нам на экскурсию.
– Экскурсии бывают в зоопарке, - съязвил худощавый рыжеволосый парень, сидящий напротив Натали. Она, будто на автомате, показала ему средний палец и продолжила говорить.
– Лунару заинтересовала одна книга, и она бы очень хотела обсудить ее с нами. Все остальное она расскажет сама, - она села обратно, мол говоря: «Выкручивайся теперь как хочешь».
Когда все они выжидающе посмотрели в мою сторону, я поняла, что мне здесь не место. Сейчас начнутся вопросы из серии: сколько за год книг ты прочла, а какая из них любимая, а какое произведение ты можешь посоветовать нам? Кошмар. Урок литературы, только в тысячи раз хуже.
– Это книга Даниэлы Стил у тебя в руках? – поинтересовался парень за ноутбуком с уложенными кудрявыми волосами. Похоже, что он здесь главный, вид у него именно руководящий.
– Ну, так здесь написано, - я кивнула и посмотрела на книгу, подаренную Савой, из-за которой и оказалась в этом месте.
– Мы не обсуждаем любовные романы, - он говорил тихим, но властным голосом.
– Можешь читать их дома в обнимку с банкой мороженого, но не здесь. Еще вопросы?
Я нервно сглотнула, не понимая, что он хочет услышать.
– То есть никаких шансов, что мы ее почитаем и вместе обсудим? – я понятия не имела, откуда во мне столько смелости, но не уходить же мне вот так с позором. Хотя из-за подобных вопросов яма, в которую мне придется падать, становилась все глубже.
– Никаких, - уверенно ответил кудрявый, а Ната быстро кивнула, подтверждая его слова. Одними губами она беззвучно произнесла «прости».
Что ж, сама виновата, что сразу не сказала, о какой книге пойдет речь. Но в тот день в парке я даже ничего не помнила о ней. Только знала, что
– Я не знала, - в моем голосе звучала горечь, потому что, попав в очередной тупик, я снова не понимала, куда идти.
– Извините, что побеспокоила.
– Лу! – окликнула меня Натали, когда я уже открыла дверь, чтобы уйти.
– Может, подождешь меня, а потом сходим в кафе перекусить?
Не знаю, сделала она это из жалости или чувства вины, но мне до этого не было никакого дела.
– С удовольствием, - я с облегчением выдохнула и приземлилась на свободное место за столом. – Никто не возражает, что я тут посижу?
Кудрявый бросил быстрый неморгающий взгляд на Нату, та в ответ лишь нервно улыбнулась и пожала плечами, явно стараясь на него не смотреть. После того, как он буквально прожег ее насквозь глазами, его взор вернулся ко мне.
– Только сиди тихо, - процедил он, цепко всматриваясь в мое лицо.
***
Обсуждаемой на встрече оказалась книга Сесилии Ахерн «Клеймо». Хоть и мало, что понимая, я все же смогла выцепить суть. Это произведение в жанре антиутопия. Действие разворачивалось в предполагаемом будущем, где всем заправлял некий Трибунал, во главе которого стоял нехороший человек, по совместительству отец парня главной героини. За уголовные преступления наказания не изменились, но появилась система, следящая за нравственной составляющей жизни горожан. За каждый проступок в зависимости от нарушения людей клеймили в разные места: язык, ладонь, висок и куда-то еще. Они становились изгоями, с ними было не принято даже здороваться. Главная героиня Селестина помогла больному заклейменному старику в автобусе, боясь, что он умрет. И за это она попала под суд.
Между ребятами развернулись настоящие дебаты, все поддерживали Селестину и одобряли ее поступок. Основной вопрос стоял в том, кто из них смог бы сделать нечто подобное?
– Я бы никогда не стал одним из таких моральных уродов, которые ставят одних людей выше других, - с особой брезгливостью истерично высказался рыжеволосый (кажется, его звали Артем).
– По тебе этого не скажешь, друг мой, - подколола его Ната.
У меня сложилось впечатление, что это привычный для них стиль общения, и обоих он вполне устраивал.
– Ты слишком импульсивный. Для поступков, способных изменить мир, нужно иметь большое сердце и острый ум, - в разговор встряла девушка, сидящая рядом со мной. От нее пахло свежей выпечкой (может, днем она работает в пекарне?).
Все принимали активное участие в обсуждении. Кроме одного. Парень за ноутбуком лишь иногда поднимал глаза и смотрел в чью-то сторону, одобрительно кивая или осуждающе качая головой. Один раз он предупреждающе поднял руку, когда третий парень из группы, Влад, выдал отборный мат.