Луна вуду
Шрифт:
ее с ног с помощью своей силы, и та, перевернувшись, упала за
дверью.
Пайпер кинулась вперед и захлопнула дверь, как раз перед тем как
Хелена начала вставать.
Габриэлла моргнула, слегка ошалевшая.
– Что произошло? И где Хелена?
Словно решив ответить ей, Хелена всем весом налегла на старую
деревянную дверь с другой стороны, а потом принялась ломиться в
нее и громко, неистово вопить. У Прю по спине пробежал холодок:
ужасные
– Хелена?
– Габриэлла побежала к двери.
– Не надо!
– Прю задержала ее, схватив за руки.
– Она... не совсем
Хелена, - как могла спокойно, сказала она Габриэлле.
– Нельзя сейчас
открывать дверь, это опасно.
Габриэлла отпихнула Прю в сторону и бросилась к двери.
– Она все-таки моя сестра!
– прорыдала она.
Прю вновь схватила ее и потащила назад.
– Пайпер, Фиби, а ну-ка помогите мне!
Все вместе они повалились на пол. Ее сестры сумели все же совладать
с мечущейся из стороны в сторону Габриэллой, издававшей крики
боли и ярости.
– Ты ей сейчас ничем не поможешь!
– крикнула Прю.
– Неужто не
видишь, что она хочет тебя убить!
– О, Хелена!
– простонала та.
– Как такое могло случиться? Как они
сумели с тобой такое сделать!
– Сделать - что?
– спросила ее Пайпер.
– Что с ней такое?
По щекам Габриэллы потекли обильные слезы.
– Секрэ сосьетэ, - всхлипывала она, - убили ее, моя сестра теперь
никогда не вернется ко мне.
Прю пыталась заставить свой голос звучать твердо.
– Габриэлла, мне кажется, тебе надо немного успокоиться, что ты
имеешь в виду, что она никогда не вернется? Что они с ней сделали?
– Секрэ сосьетэ, - ответила она.
– Они превратили ее в зомби.
– Зомби?
– ошеломленно повторила Прю, переводя взгляд с ее
искаженного лица на шокированных сестер.
Они все знали, что такое зомби.
Так называли живого мертвеца, бездушное ходячее тело.
Происшедшее больше походило на фильм ужасов, но не на то, что
колотилось сейчас о дверь с другой стороны.
Габриэлла продолжала всхлипывать, сначала в истерике, но все более
и более успокаиваясь, в то время как звуки воплей и ударов о дверь
не стихали.
Внезапно все смолкло. Она ушла, - плакала Габриэлла.
– Моя бедная,
бедная сестренка.
Фиби застыла на своем месте на кушетке.
– Но как такое могло произойти?
– спросила она.
– Простите за не
слишком тактичный вопрос, но каким образом они обратили ее в
зомби?
–
Габриэлла.
– А когда с кем-нибудь такое проделывают, такие люди
кажутся мертвыми, их обычно и хоронят. Но колдун вуду, отравивший
жертву, поднимает тело из могилы и «оживляет его», используя
всякие травы и заклинания. Жертва находится в некоем подобии комы
и способна только подчиняться приказам отравившего. У нее нет
своей собственной воли, своего живого духа, она более не личность, а
раб. Ее тело будет использовано своим новым хозяином на короткое
время, пока не умрет.
– И нельзя избавиться от такого состояния?
– спросила Фиби.
– Я не помню такого случая, - ответила Габриэлла.
– Чтобы получить
зомби, нужно использовать очень сильную магию и вызвать очень
сильного духа.
Прю погладила ее по голове, зная, что лучшего для нее она сейчас не
сделает.
– Что будем делать?
– тихо спросила Пайпер, нервно поглядывая на
дверь.
– То есть, а что, если она все еще там - прячется?
Прю поднялась на ноги.
– Прю, я надеюсь, ты туда не собираешься?
– с тревогой спросила
Фиби.
– Нет.
Она медленно прошла к двери и отодвинула старые плетеные
занавески, скрывавшие под собой маленькое окошко. Заглянув в него,
она не нашла ни единого признака Хелены.
Тогда Прю подошла к окну, выходившему на улицу, и проделала то же
самое: Хелены и там не было. Но в свете уличного фонаря она
увидела что-то шевелившееся от ветра в кусте азалии слева от двери:
кусок материи.
Она замерла, узнав в материи кусок от синего платка Ивонны,
которым она утром покрывала голову. Неужто старая карга тоже
присутствовала здесь, последовав за Зачарованными к Габриэлле?
Видела ли она Хелену?
Или, может, она приняла участие в ее обращении? Могла ли она
сделать такое собственноручно? Входила ли она в число тех, кто
управлял сейчас Хеленой?
Поразмыслив, Прю пришла к заключению, что, хотя сестры и уехали
из Монтэгью-хаус, они не могли считать себя в безопасности, даже на
таком расстоянии.
– Зачем нам возвращаться к мадам Ля Ро?
– спросила Прю у Пайпер,
когда они обе бежали по хорошо освещенной людной улице. Кто-то
осыпал толпу разноцветными зернышками, на углу уличный ансамбль
исполнял диксиленд: какую-то из наиболее отвязных песенок, которая