Луна для Дракона 3
Шрифт:
— Что стоишь? Раздевайся, — велел он и прищурился, осматривая ее словно товар. Девушка не шелохнулась. Сердце колотилось в бешенном ритме, она кажется совсем перестала дышать, желудок сжался в камень. — Не хочешь? — усмехнулся он. — Хочешь поиграть в недотрогу? Ну мне это по душе, — он вытянул руки потирая ладони, передернул плечами и пошел на девушку. Арина застыла не в силах понять, что он от нее хочет, как тут же он привлек ее к себе и впился своими мокрыми, жадными губами в ее рот. Арину затошнило, и она оттолкнула его. Все внутри воспротивилось до такой степени, что девушку затошнило и она отрицательно покачала головой.
— Сопротивляться мне удумала?! — он
Нет. Нет… — кричало все сознание и инстинкты. НЕТ!
Как она это сделала, и сама не поняла, но она резко откинула голову назад тут же услышав хруст и вой, одним рывком скинула его с себя, развернулась и ударила в солнечное сплетение, а потом по лицу кулаком, да так, что его голова откинулась. Ее действия были машинальны словно она уже так делала.
— ТЫ! — вытирая с носа капающую кровь зашипел начальник тюрьмы сидя на полу и ошарашенно смотрел на кровь на своих руках, потом поднял на нее яростный взгляд. — Пожалеешь об этом. Жозефина… — заорал он и в комнату вбежала мадам и мигом оценив обстановку тут же подошла к девушке, и залепила ей пощечину. — Неблагодарная, — прошипела она.
— В темницу ее, пусть одумается и уже сама приползет покорная и уступчивая, — погано усмехнулся начальник тюрьмы вставая и доставая платок из кармана. А потом застегнул брюки при этом Арина от отвращения содрогнулась. — Я тебя проучу и научу как быть послушной, — он приложил платок к носу. — Мадам Жозефина, — недовольно высказал он, — я недоволен вами, но после того, как она посидит и поумнеет, вы отдадите ее мне.
— Спасибо вам господин Уилинс, спасибо, что дали еще шанс… девчонка непокорная, но посидев в темнице все переосмыслит… вы уж извините… — раскланивалась женщина.
— Деньги верните, — протянул он руку.
Скрепя всем своим существом мадам вернула мешочек с деньгами и гневно смотря на девушку прошипела: — Идем. — Если бы взглядом могли убивать! Так смотрела мадам на девушку и швырнула ей плащ. — Прикройся, ты отправишься в городскую тюрьму, посидишь, подумаешь.
Арина прибывала словно во сне, ее куда-то повели, потом повезли в закрытой карете, потом грубо толкнули и повели по гулким холодным, каменным коридорам, и втолкнули в темницу. Ее заперли внизу, в одной из старых камер, которыми не пользовались неизвестно сколько времени. Каменные стены. Каменный пол. Койка. Ведро для того, чтобы сходить по нужде. Впрочем, она им не пользуется, потому что не ест и не пьет. Это все равно неправильно! Она не животное, даже если она ничего не помнит и ничего не может поделать с этим. И сидит в клетке, где вместо дверей — тюремные решетки.
Арина присела на койку и опустила глаза на свои руки ахнув.
Все ее тело обвивали золотисто-серебряные узоры, сплетающиеся в непонятные символы и знаки, выводя на коже никому не известные письмена. С мягким светом они угасали, будто растворяясь в ней.
— Что это? — прошептала она и замерла, ей было страшно. Она вспомнила чувство не только страха, но и одиночества, боль, а еще туман с тварями и задрожала крупной дрожью. Запахи вгоняли ее в состояние агонии, она не могла выносить темноту, вонь и что-то страшное давило и сковывало ее, что-то внутри нее рвалось на свободу словно требуя пробуждения. Девушка часто задышала с усилием замедляя вдохи и выдохи. Постепенно
Она лежала на койке столько, сколько себя помнила. Она ничего не знала, кроме этого холодного каменного помещения. Она Пустая. И не знала, зачем продолжала свое существование. Сколько она так провела времени — не знала, но постоянно дрожала и не могла унять дрожь, тело покрывалось испариной, ее бросало то в холод, то в жар. Наконец она услышала скрип открываемого засова, приподнялась и без всякого выражения с пустующим, безразличным взглядом посмотрела на открывающую дверь. В ее камеру входил начальник тюрьмы.
— Одумалась?
Она молчала и напряглась, а потом резко поднялась и, как только сил хватило, и посмотрела на мерзкое существо, — Лучше я сдохну, чем позволю тебе до меня дотронуться.
Он подскочил и ударил ее, но девушка не шелохнулась. Гнев зарождался в ней, пробуждался поднимаясь в районе груди, и она медленно склонила голову набок чуть прищуриваясь. Она видела мужчину несколько иначе… ярче, красочнее и втянула носом, и заметила, как тот в ужасе отпрянул от нее и попятился.
Что он увидел? Чего так испугался?
Арина вздрогнула от его крика.
— Ведьма… ведьма, лунная ведьма… — прохрипел он. — Казнить ведьму! — заорал он. Вбежали двое стражников и схватив девушку связали ей руки, а потом насильно поволокли из камеры, хотя она даже и не сопротивлялась.
Туман. Ее мозг обволакивал туман. Она закрылась. Не хочу ничего вспоминать. Не хочу такую жизнь. Она мне не нужна. Кто бы мог подумать, что смерть может быть так долгожданна и прекрасна? Так соблазнительна. Всепоглощающа.
И вновь Пустота. Безэмоциальный, пустой, потухший взгляд смотрел на все происходящее вокруг. В глаза ударил яркий дневной свет, и девушка зажмурилась. А потом увидела толпу людей, очень много людей. Заполнена вся площадь, те кричали, орали, поднимали руки вверх выкрикивая что-то, она видела, как подводили к плахе мужчин. Насильно укладывали и отрубали им головы, а потом бесцеремонно выкидывали их безжизненные тела в общую телегу. Девушка закрыла глаза думая о том, что лучше смерть, любая, но только бы не существовать так, как она.
Ее подтолкнули, приказывая подниматься вверх по ступеням на саму казнь.
Скорее бы… Освобождение. Свобода.
И тут она услышала окрик ее палача, он показывал в толпу рукой отдавая громко приказ, и девушка открыла глаза смотря на беснующую толпу.
Почему они медлят? Почему ее не казнят?
К месту казни, к самой плахе стремительно приближался, рассекая толпу человек, полностью в закрытой одежде. И толпа расступалась перед ним, отскакивая в страхе, на него нападали стражники, но он молниеносно наносил удары и с холодным выражением лица убивал, не щадя, быстро, стремительно и целенаправленно шел туда, где стояла она. В его явлении была какая-то неотвратимость, что пугало как некий страшный сон наяву. Он будто не принадлежал этому солнечному миру. Было в нем что-то нереальное, тревожащее, и сам он казался сгустком прошлой ночи, явившимся среди бела дня.
«Боже правый, как может человек так быстро двигаться?» — промелькнуло в голове у девушки.
Глава 2
Глава 2
Тихо, как тень скользящий, как призрак, он погружался все дальше в туманную Тьму. И туман расступался перед ним. На белом фоне воин казался огромной, мрачной, зловещей тенью. Выражение его красивого лица было холоднее льда. Он двигался, излучая силу и уверенность, как призрак погружался все дальше в туманную тьму.