Лука
Шрифт:
— Объясни, — потребовал Данте.
— Тебе нужны были доказательства, прежде чем ты захочешь войны... — Дверь снова открылась, и Сэл ввел связанного и слепого человека. — Вот они.
Деформированный и истерзанный человек был еще одним зрелищем, которого многие не видели. Шедевры Луки были произведениями искусства, а он был настоящим художником.
Откинувшись в кресле, Данте улыбнулся.
— Это тот самый человек, который ворвался к Неро, пытаясь добраться до Марии?
— Да, но он был там не ради Марии.
Данте
— Тогда ради кого?
Лука посмотрел вниз на свою недоедающую собаку, которая молчала.
— Хлои Мастерс.
— Маленький испуганный друг подружки Неро?
Лука снова поправил свой костюм, эти слова вывели его из себя.
— Ты не будешь говорить о ней в таком тоне.
Данте понял это.
— Ты, блядь, несерьезно, — насмехался он.
— Я чертовски серьезен. — Слова были произнесены низким рыком.
— Она еще практически ребенок, Лука. — Лицо его отца стало яростным, по одному только взгляду его глаз он понял, как серьезно его сын относится к ней. Данте был в недоумении, и это его разозлило. Лука не проявлял чувств к собственной семье, не говоря уже о девушке.
— Ты ожидаешь, что она будет поддерживать тебя и справляться с жизнью, которую ты ведешь? Она ущербна и слаба.
— Я просил тебя не говорить о ней в таком тоне. В следующий раз я позабочусь о том, чтобы эти слова стали для тебя последними, —предупредил он его в последний раз. — Она не покалечена и не слаба, и она научится стоять рядом со мной.
Босс покачал головой, давая понять, что никогда не даст своего благословения.
— Ты кое-что забыл...
— Что она не итальянка? — Лука улыбнулся. — Этому правилу придет конец, когда я займу твое место.
— Что ты только что сказал? — Ледяные глаза Данте впились в него.
— Ты слышал меня. Мы устали выбирать женщин по крови.
— Ты думаешь, я чертовски глуп? — Данте надулся. — Я знаю это, но высшие члены нашей семьи всегда должны быть полнокровными итальянскими мужчинами. Ты, в первую очередь.
— Сейчас у нас нет на это времени, —прорычал Лука. Он и так потратил достаточно времени, чтобы добраться до Хлои.
Быстро введя отца в курс дела, он рассказал ему о том, что именно Люцифер нанес Хлое шрамы, что он защищал ее и держал в доме, что Драго пошел на дно ради нее и что теперь Люцифер держит ее в плену.
Данте слушал рассказ, понимая, как далеко в кроличью нору зашел его сын, и все ради девушки.
— Мои люди не пойдут на войну за тебя прямо сейчас из-за какой-то девчонки, когда мы даже не знаем, жив Драго или нет! — Он повысил голос, ударив по столу, прежде чем снова взял свой гнев под контроль. — Даже если бы я приказал им это сделать, мы уже много лет живем в мире. Они не будут рисковать этим и своими жизнями. Они будут мстить нам.
Лука пнул слепого по ногам.
— Скажи ему, почему он пометил ее.
— Он хотел, чтобы Максвелл был в его кармане, чтобы дать ему информацию о тебе или обо всем,
Ярость, которую Данте сдерживал, теперь перешла от Луки к Люциферу.
Лука продолжил объяснение сам:
— Единственная причина, по которой он до сих пор не добрался до тебя, заключается в том, что Сэл перехитрил его, а Драго блокировал его все эти годы. Тогда мы просто не знали, что это Люцифер. Когда мы заподозрили его, нам понадобились доказательства.
— Черт. — Данте сделал глоток своего напитка, пытаясь успокоиться. — Мы должны хорошо подумать и еще более тщательно все спланировать. Я не поведу своих людей на войну прямо сейчас, не ради нее. Это цена за то, что ты ставишь ее выше Драго и остальных членов семьи.
Я знал, что он так и скажет.
Именно поэтому Луке понадобился последний кусок, поэтому он должен был ждать и тщательно все спланировать, как и говорил его отец. Иначе он сделал бы смерть Люцифера еще более неминуемой.
Его призрачный голос подал команду: — Сэл...
Сэл нажал кнопку на своем телефоне.
— Не волнуйся: я не причиню ей вреда... как причинил твоей матери.
Данте наклонился вперед, и когда он встал, его ледяные глаза обещали возмездие.
— Семья Карузо идет на войну. Сейчас.
Сорок один
Тьма в ее истинной форме
Хлоя вернулась туда, где все началось четыре года назад, на холодный склад, расположенный в глуши. Те же люди, которые похитили ее раньше, привели ее сюда, за исключением одного из трех людей Люцифера, того, кто носил кольцо с подковой.
Этот момент снился ей в кошмарах с тех пор, как он впервые отпустил ее. Я всегда знала, что этот день настанет.
Ее запястья и лодыжки были связаны тугими веревками. Ее руки постоянно двигались, подрагивая, отчего веревки только жгли кожу.
Дьявол положил ее замерзающее тело на стул, стоявший в центре заброшенного здания. Когда он смотрел на нее сверху вниз, она видела победу в его больных, черных глазах.
— Они здесь, — сказал дьяволу один из его людей, когда она услышала, как вдалеке подъехало несколько машин.
— Лука? — беспомощно прошептала маленькая девочка, обращаясь к единственному мужчине, способному ее спасти.
— Ты действительно думаешь, что он спасет тебя? — Люцифер достал из кармана длинный кусок ткани и повязал его вокруг ее головы, чтобы закрыть ей рот, пока она боролась с ним. — В прошлый раз тебе это не помогло, не так ли?
Надеяться было опасно. Надеяться на спасение в этот раз, когда никто не пришел за ней в прошлый. Однако на этот раз она знала, что такой человек, как Лука, существует, и чувство, которое они разделяли, снова и снова говорило ей одно слово. Верь.