Лука
Шрифт:
Насколько невыносимым это может стать,
И насколько блаженным оно может быть,
Или где-то между ними.
Только время покажет,
Когда месяц подойдет к концу,
Стоит ли повторять это ради нее,
И если это все, о чем он думал.
Будет.
Двадцать
Я иду, Хлоя
Прошел месяц в этих стенах, и то, что раньше казалось тюрьмой, теперь стало казаться убежищем. На протяжении многих лет Хлоя просыпалась каждое утро в страхе перед тем, что принесет день в школе и даже дома. Ее изо дня в день мучили ужасные люди, которые заставляли ее чувствовать себя уродом. Однако монстр, который держал ее здесь, никогда не причинял ей вреда и лишь с каждым днем все меньше заставлял ее чувствовать себя уродом.
Хлоя продолжала проводить свои дни, занимаясь онлайн-уроками, а ночи - с Луккй. С ним было хорошо, спокойно, даже безопасно, и она доверяла ему с тех пор, как узнала, что ее привезли сюда не только потому, что он так захотел.
У нее была причина быть здесь, и это было очевидно для тех немногих, кто знал, что она здесь, а также для ее нутра. Поэтому она останется здесь до тех пор, пока не выполнит свою часть сделки с бугименом. Проблема заключалась в том, сможет ли она уйти, когда все закончится? Даже она сама не знала.
Она привыкла ко многим вещам, но самое страшное из всех...
Лука взял ее за запястье, не давая выйти из кухни.
— Я хочу, чтобы ты кое-что попробовала.
С каждым днем он прикасался к ней все чаще, и она все больше привыкала к этому. Его цель - помочь ей преодолеть страх прикосновений - работала.
Вначале он всегда спрашивал разрешения или предупреждал ее о предстоящем контакте, но с течением месяца время от времени он прикасался к ней без предупреждения. Сначала это пугало ее до смерти, но чем чаще он это делал, тем лучше она распознавала и запоминала его прикосновения. На долю секунды ее охватывал ужас, но потом она понимала, что это Лука, и страх утихал.
Рука, обхватившая ее запястье, стала тверже, напоминая ей, что это только он.
— Что это?
Подведя ее к плите, он отпустил ее, чтобы открыть кастрюлю. Он окунул ложку в смесь и поднес ее к губам, охлаждая горячее содержимое легким дуновением.
— Ты приготовил мне чили? — спросила она, удивленная таким добрым жестом.
— Не надо так волноваться. Я нашел рецепт в интернете и не уверен, что получится хорошо.
— Пахнет вкусно. — Ей стало теплее уже от одного только запаха.
Когда Лука поднес ложку к ее губам, она позволила ему накормить себя.
Чили был теплым, но...
Прочитав выражение ее лица,
— Плохо, да?
Да.
— Н-нет, это... другое.
Положив ложку обратно в кастрюлю, он зачерпнул еще немного чили и откусил сам. И тут же скорчил гримасу.
— Это чертовски отвратительно.
Хлоя начала хихикать.
Улыбаясь ей, он засмеялся вместе с ней.
— Что я тебе говорил о том, что ты мне лжешь, дорогая?
— Прости. Я просто не хотела ранить твои чувства. Все в порядке, — попыталась она утешить его. — Ты не можешь все время быть шеф-поваром.
— Ну, тогда хорошо, что я приготовил это для подстраховки. — Открыв духовку, он показал ей невероятно красивую домашнюю пиццу в стиле шеф-повара.
— Ты серьезно!
Все, что он когда-либо готовил, было безупречно и вкусно. Ну, кроме чили. Впрочем, это компенсировалось пиццей, которая выглядела достойной повара за миллион долларов.
Садовник, шеф-повар, красавец... Он почти идеален. Почти.
— Прости, дорогая. — Он подмигнул. — Все будет готово через некоторое время.
Хлоя игриво закатила глаза, прежде чем сесть за кухонный остров.
Телефон в его кармане начал звонить, и он вытащил его из кармана. Когда он увидел, кто это, он протянул телефон ей.
Улыбаясь, она взяла трубку и ответила:
— Привет, Элль!
— Привет, Хлоя. Как прошел твой день?
Они продолжали разговаривать, рассказывая друг другу о своем дне, как они обычно делали.
Лука позволял ей разговаривать с Эль каждый вечер, доверяя ей так же, как и она ему. Это был хороший обмен и помогал ей чувствовать себя более комфортно и менее отрезанной от внешнего мира.
Ее прекрасная тюрьма все больше и больше становилась похожа на... дом.
***
Амо был у Неро и Элль, чтобы узнать, приготовили ли они ужин. Это становилось привычкой - приходить к ним, когда ему отчаянно хотелось есть, а у него дома ничего не было, так как он давно не ходил в магазин. Он притворялся, что пришел просто поговорить с Неро, а потом Элль непременно спрашивала, не хочет ли он чего-нибудь поесть. Амо начал думать, что Неро его раскусил.
Когда Неро пригласил его войти, Элль разговаривала по телефону. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, с кем она говорит, и начать подслушивать.
Он никогда не думал, что Хлоя будет игнорировать его так долго. С момента отъезда она ни разу не прислала ему сообщение, не говоря уже о том, чтобы позвонить.
В этом нет никакого смысла. Хлоя была не из тех девушек, которые держат обиду. Она доказала это, когда он узнал, что она знала, что это он назвал ее уродиной.
После ее ухода его охватило странное чувство, которое становилось все сильнее, чем дольше она не выходила с ним на связь. Он не знал, что это такое - ответ был просто недосягаем, - но он разберется.