Лука

Elena Fors

— Алиса…

— Я уже двадцать шесть лет Алиса.

— Лука дал слово Гроссерия…

— А я его не давала. И даю своё слово — я не отдам им его.

Майлз

Удивительные метаморфозы иногда происходят с человеком, которого ты знаешь.

Алиса. Ангел с прекрасной улыбкой…

Я не знал, что Лука и Алиса обвенчались в вихре этих событий, друг не сказал ничего, только о беременности

упомянул, чтобы я защитил их. Я не был удивлён, я был шокирован.

Вместе с фамилией Гроссерия, Алиса обрела новый статус. Самого лакомого кусочка для врагов Луки, а еще вместе с этим власть. Вся структура держалась на одном имени — Лука Гроссерия. Уже почти мифическое существо, о котором слагали легенды, и который был способен на многое. Многие просто клялись в верности именно ему. А значит и Алисе, если она была женой и матерью его наследника. Они не предадут его.

Похоже на монархию, царь со своими поданными, но в жизни это работало именно так. Толпа идёт за своим лидером, а Лука был таким, его энергетика задавливала всех, подчиняя только своей воли.

Последние события пробудили в Алисе нечто недоступное для меня раньше, то что я не видел. Не зря говорят, что муж и жена одна Сатана. Ее лицо стало невозмутимо спокойным, отрешенным, только глаза источали отравляющую ненависть. С какой легкостью и надменностью, она напомнила свой статус. Ее голос и уверенность в себе.

В душе я был согласен с ней, моя душа тоже болела от происходящего. Я дал слово другу, что позабочусь о его женщине и ребёнке. Слово мужчины закон. Он сделал выбор — ее жизнь дороже его. И я бы так поступил.

Она ловко пристегнула кобуру и прикрепила метательные ножи к бедру.

Ее лицо было напряжено, только крылья носа подрагивали. Я не видел это в ней раньше. Неужели Лука разглядел это с первого взгляда?

— Координаты высылаю. Нужна будет скорая и подмога. Лучше на вертолете. — Захар давал последние указания по рации. — Дальше пешком, тебе нужно остаться в машине.

Алиса посмотрела на него странно, усмехаясь.

— Идём.

Она побежала первая, доставая один из ножей и ловко подбрасывая его.

— Кто научил тебя так обращаться с ножами?

Мы двигались по лесу, который был вдоль дороги. До здания было пол километра, нужно быть

осторожными и не привлекать внимание.

И хоть головой я понимал, что мы не сможем спасти его, они бы не тянули так долго с расправой. В сердце все равно таилась крошечная надежда на чудо.

— Лука на Бали. Мы каждый день тренировались.

Еще одна удивительная новость, которая осталась не замеченной. Я знал, что Алиса спортсменка, а некоторые из парней испытали силу ее удара, но чтобы Лука тренировал ее, учил метать ножи?

Блики пожара мы заметили еще издалека, в воздухе пахло горелым. Алиса стала бежать еще быстрее, вырываясь вперёд словно сумасшедшая. Я ускорился, чтобы не отставать. Ребята образовали кольцо вокруг нас, каждый из них прошёл спецназ и школу жизни. Я был уверен в каждом из них, но было страшно за Алису. Лука убьёт меня, если с ней что-то случится. С того света достанет, выпотрошит все кишки, если хотя бы царапина будет на ее теле.

Все здание охватило пламя. Они спалили его, не оставляя следов.

Алиса выругалась, подлетая к нему, забывая о безопасности и пребывая на грани истерики, отказывалась верить своим глазам. Металась из стороны в сторону в поисках возможности пробраться в горящее здание.

— Алиса. — тихо позвал ее, готовый оттаскивать буйную. Парни рассредоточились, чтобы осмотреть периметр.

Надежда угасла.

— Я убью их всех. — прошипела она, оборачиваясь ко мне. Струйка крови бежала из ее носа, одна ладонь была обожжена, когда она схватила кирпич, пытаясь заглянуть в окно.

Алиса подняла рацию, спрятанную в кармане и нажала на кнопку рации:

— Обследовать все на вертолете. Пожарных сюда… Найдите их! — ее голос больше напоминал вой волка на Луну.

В ее глазах плясало отражение языков пламени. Они сжирали ее душу, поглощали. Я все меньше узнавал в ней ту девушку, которую увидел в доме Луки. Ее лицо переменилось, исказилось от боли. Она вскрикнула и согнулась.

— Алиса?

— Алан… мне нужен Алан…

Я еле успел подхватить лёгкое тело, падающее на землю. Голова Алисы безжизненно запрокинулась назад. Я сжал ее хрупкое тело, что чувствуя как у самого от страха подкашиваются ноги.