Луговичка
Шрифт:
— А дальше — в глаза ей прямо не смотри, а то как бы не заворожила она тебя, Андрюшенька.
Андрей махнул рукой в раздражении:
— Глупости всё, чтобы мне запасть на нечисть; ты смеёшься, старуха?
Но Горбылиха была серьёзна.
— Хорошо, коли так. А дальше расскажешь Луговичке про Полевика. Так, мол, и так, засушил, сжёг всю траву, на землю дождя не даёт, погибает всё, помоги чем можешь. Думаю, она тебе не откажет.
Взял Андрей шкатулку и сунул за пазуху. Уже на пороге, на прощание, старуха остановила его:
— А отец твой, Андрюша, жив будет. Спасёт его любовь близкая и чуждая. Только на любви жизнь и держится.
Мало что понял из её слов Андрей, но ничего
Ночное знакомство
Еле дождался Андрей ночи, подождал, когда все уснут, вышел во двор, за калитку, и что есть духу припустил к Ерохину лугу. На небе звёзды высыпали, что горох на синей скатерти. Луна полная, круглая, жёлтым оконцем светит. Прибежал Андрей к дубу, что посередине луга стоял, уселся прямо у ствола выжженного и стал хозяйку дожидаться. Смотрит по сторонам — нет никого, только трава да кашки луговые шевелятся. Поёжился парень, хоть и не из робких был, а всё же одному ночью посреди луга боязно как-то. Сидел, сидел и задремал незаметно. Во сне он Полевика увидел. Стоит старичок, головой своей лохматой качает да посмеивается:
— Что не дал водицы? Пожалел старику, вот теперь и сам помучайся.
Андрей во сне полную фляжку холодной воды ему протягивает:
— На вот, испей, батюшка, только не сердись на меня, дай нам дождика проливного, а то ведь погибнет всё.
Старикашка смеётся, длинным пальцем грозит:
— Ну уж нет! Сразу надо было думать. Пожалел глоточка, а море воды просишь, не будет этого.
Андрею до того тошно стало, ведь сам во всём виноват, что людей без воды оставил. Всхлипнул он и проснулся. Глядит, рядом двое суетятся, меж собою шепчутся:
— Уф, уф, живой, что ли, он?
— Уф, уф, да живой, вишь, шевелится.
Пригляделся Андрей да так и обмер от удивления. Два здоровенных толстых хомяка говорили человеческой речью. Рыжий хомяк заглянул ему в лицо, и его толстые щёки раздвинулись в улыбке.
— Ты тут шлучайно или как?
Андрей протёр глаза и окончательно проснулся:
— Нет, не случайно. Особу одну женского пола поджидаю. А вы кто такие?
Хомяки зашушукались, щеками зашевелили:
— А ты, шлучайно, не Луговичку ли ждёшь?
— Её самую, — усмехнулся Андрей, уж больно смешными ему показались эти два толстяка.
Бурый хомяк подошёл поближе, пытаясь разглядеть парня при свете луны.
— А на што она тебе?
Андрей пощупал за пазухой и, убедившись, что шкатулка на месте, тихо произнёс:
— Да вот вещицу надо бы ей передать от доброго человека.
Хомяки снова зашушукались и смешно замахали лапками.
— Жди нас ждесь!
Через минуту хомяки скрылись в густой траве, и он снова остался один. Прошло немало времени, прежде чем трава снова зашевелилась и прямо перед ним появился странный зверёк в зелёном сюртуке. Был он помельче хомяков, стоял на задних лапах, как человек, и взгляд имел вполне разумный. На длинной мордочке восседали самые обычные очки. «Да ведь это барсук!» — догадался Андрей.
Барсук держал в лапках маленький фонарик и с нескрываемым любопытством рассматривал ночного гостя.
— Откуда ты, мил человек?
«Ба, да он тоже говорит!» — изумился Андрей, а вслух произнёс:
— Надобно мне вещицу передать хозяйке вашей, думаю, будет она довольна.
Барсук шевельнул усами и завертел чёрным подвижным носом.
— Что за вещица такая? Мне, как управляющему, надобно знать.
— Так, подарочек
Барсук сверкнул очками, всматриваясь в лицо гостя, а потом вдруг свистнул. Как из-под земли, выросли хомяки. Они встали перед барсуком, как солдаты перед генералом. Барсук показал на них лапой:
— Ступай за ними. Это Фук и Хок — придворные хозяйки. Они укажут дорогу.
Покачивая круглыми боками, хомяки повели Андрея вперёд, раздвигая длинные травы тысячелистника и душицы. Шли они лугом аж до самого леса, остановились у старой сосны, а под сосной, в глубоких её корнях, Андрей большую нору увидал. Сверху нора была завалена ольховыми ветками.
— Ну вот мы и пришли, — прошамкал барсук и полез вперёд с фонариком. Андрей нырнул следом и при свете фонаря разглядел длинный узкий коридор, ведущий к полукруглой двери, поросшей зелёным мхом. Открыв дверь, барсук провёл всех в большую просторную комнату и велел сесть на лавку возле деревянного стола. Сам он скрылся за другой дверью, которая была украшена цветами и ягодами земляники. Андрей терпеливо ждал, хомяки же постоянно толкались меж собой и всё время о чём-то шушукались. Наконец дверь распахнулась и в комнату вбежала стройная девушка с пышными волосами цвета спелой пшеницы. На этих волосах красовался пёстрый венок, сплетённый из ромашек, лютиков и васильков. Девушка была такая тоненькая, что, казалось, обними её покрепче, и она тут же переломится. Увидев гостя, девушка остановилась посередине комнаты. В её изумрудных глазах сверкали искорки смеха.
— Так это ты хотел меня видеть?
Андрей растерялся, он никак не ожидал встретить такую красавицу. Она совсем не походила ни на одного представителя потустороннего мира. Андрей поклонился:
— Доброго тебе здравия, луговая хозяйка! Пришёл я к тебе с подарком и с просьбой великою. Выслушаешь ли?
Луговичка засмеялась, и на её щеках заиграли весёлые ямочки.
— Отчего ж не выслушать. А ну-ка оставьте нас наедине. — Она повернулась к барсуку, а потом к Фуку и Хоку. Барсук, поправив свои очки, подошёл к хозяйке и что-то недовольно прошептал.
Она виновато улыбнулась, но всё же повторила свою просьбу. Барсук отправился за дверь, а за ним, кряхтя и толкая друг друга, поплелись добродушные хомяки.
— Теперь я слушаю тебя. — Она склонила голову немного набок и озорно прищурилась.
Андрей смотрел будто зачарованный на эти изумительные глаза, на это слегка бледное личико и не сразу решился заговорить.
— Прими подарок от рода нашего человеческого, не побрезгуй, — и протянул ей шкатулку.
Луговичка, увидев шкатулку, зарделась вся, взяла её в руки, дыхнуть боится.
— Что там?
— А ты открой, не бойся.
Она поддела крышку тонкими пальчиками, открыла и ахнула. Волшебным, таинственным светом сияли изумруды. Луговичка замерла в восхищении и долго не могла оторвать глаз от подарка.
Андрей одобрительно крякнул:
— А ты примерь, тебе к лицу будет и к глазам твоим зелёным.
Осторожно вынув из коробки украшение, девушка приложила его к тонкой шее.
— Ну, как? Правда, красиво?
— Глядеть — не наглядеться.
Она вновь засмеялась заливисто и закружилась по залу, словно бабочка над букетом ромашек. Позвонив в колокольчик, девушка посмотрела на дверь, которая тотчас раскрылась, и в комнату вбежали ещё пять девушек, таких же тоненьких и прозрачных, как и она сама. Все они были в голубых и розовых платьицах, а волосы украшали веночки из лугового клевера.