Лугин и бесы
Шрифт:
Однажды на работе Катерина Николаевна услышала об эре Водолея. Катерина Николаевна заинтересовалась, и на другой день сотрудница принесла ей книгу, отпечатанную и переплетённую кем-то вручную. Катерина Николаевна читала всю ночь, а наутро твёрдо знала, что нашла именно то, чего не доставало ей.
Вскоре явились новые книги, образовался круг знакомств – жизнь Катерины Николаевны переменилась. Красивая музыка, благоуханные цветы, белые одежды… Катерина Николаевна занялась медитацией, и в грёзах своих побывала на дне морском. На
Вернувшись из Индии, Катерина Николаевна поняла, что у неё открылись макушечные чакры. Она стала видеть свечение кристаллов, заключённых внутри камней, ощущать предметы частью себя.
Когда Волков рассказал ей о смерти Маши Лугиной, Катерина Николаевна, не знавшая покойницы лично, пережила удивительное состояние. Во сне явилась к ней Маша. «Мне всё видно, – шептала она, – спрашивай…» Катерина Николаевна хотела спросить о чём-то, но вдруг сама оказалась там, откуда взывала к ней покойница. Время и пространство стёрлись, Катерина Николаевна поняла, что ей известно прошедшее и открыто будущее. Пробудившись и тотчас позабыв все откровения, Катерина Николаевна решила, что во сне ей был знак: она обязана установить контакт Лугина с Машей.
Лугин не любил Катерины Николаевны. Необыкновенные способности её он почитал за шарлатанство. Разнообразие интересов – за пустоту и суетность. В чудеса и загробный мир Лугин не верил. Но после смерти жены ему мечталось когда-нибудь снова встретиться с нею. К предложению Волкова Лугин отнёсся безразлично, но в тот же вечер со стены в спальне упал фотографический портрет Маши. Лугину стало не по себе.
На другой день позвонил Волков и стал настаивать.
– Не знаю… – замялся Лугин. – Подумаю…
– А ты не думай! – подначил Волков. – Кто, знаешь, думает три дня, тот выберет злыдня.
Уставший от своего горя, Лугин решил сходить.
Никогда прежде не бывал он на спиритических сеансах и, не зная, как вести себя, был сдержан и осторожен. Но когда Катерина Николаевна стала поигрывать именем его жены, Лугин счёл это циничным и вышел из себя. Ни от Волкова, ни от Катерины Николаевны не ждал он бессердечия.
* * *
Дня три или четыре после спиритического сеанса Лугин проходил мимо книжной лавки, и в глаза ему бросилось название: «Жизнь после жизни». Лугин не остановился. Потом вернулся и купил книгу.
Воскресным утром Лугин расположился с новой книгой на кухне. Кофе в медной турке закипал на плите. Лугин поднял глаза и вдруг увидел, что сито, лежавшее поверх кофейника, шевельнулось. Ручка сита, как кошкин хвост, дрогнула и медленно стала опускаться. Лугин остолбенел. Но кофе закипел и стал уходить, и Лугин пришёл в себя.
Оказалось, что накалившаяся турка расплавила пластиковую ручку
Во вторник после работы, оставив машину на станции технического обслуживания, Лугин спустился в метро.
Был седьмой час в начале. Народ теснился в вагонах. Какая-то дама горячо дышала Лугину в шею, под колено впился ему металлический остов чьей-то хозяйственной сумки, мальчик, не дотягивающийся до поручня, повис на кармане пальто. Силясь отвлечься от нарастающего раздражения, Лугин стал прислушиваться к разговорам.
– … ну и скинулись бы хоть по ста рублей, брату-то на подарок!
– Мы принесли подарки, а он к нам даже не вышел!
– Кинули бы через забор!
– Ну вот будем мы у вас на заборе висеть!..
Лугин стал прислушиваться к другим голосам.
Вдруг среди общего вздора услышал он слово, заставившее его удвоить внимание.
– …физическое, эфирное, астральное и ментальное.
– А потом?
– Потом физическое разрушается, и душа отходит с тремя оставшимися.
– Ну и?..
– Эфирное быстро умирает, а вот астральное долго живёт …
Поезд остановился, и Лугин вышел на своей станции.
Всю дорогу до дома он думал о странных совпадениях, случившихся в последнее время.
Придя домой, Лугин вымыл руки, включил телевизор и собрался поужинать. Но в это самое время диктор объявил:
– …А прямо сейчас на нашем канале американский художественный фильм «Призрак».
Лугин опустился в кресло и забыл об ужине.
* * *
Субботу и воскресенье Лугин провёл в читальном зале, собирая материал о спиритизме. Он хотел было справиться у Волкова или Катерины Николаевны, но постыдился.
Самому себе не смел он признаться. «Это так только, – рассуждал он. – Надо убедиться, что всё обман, и нет ничего…»
В понедельник вечером он начал приготовления: проверил дважды, заперта ли дверь, занавесил окна, достал свечу и карандаш. Всё это проделывал он не спеша, стараясь не шуметь, точно готовился к непристойному делу.
Наконец он уселся за стол, взял карандаш в руки и так же, как это делала Катерина Николаевна, позвал:
– Дух!
Ответа не последовало.
Лугин подождал немного и снова позвал:
– Дух!
И снова не было ответа.
Лугин позвал в третий раз:
– Дух, появись!
Только свеча, обгорая, чуть потрескивала.
«О чёрт… – подумал Лугин, – хорошо ещё никто не видел…»
Он собрался уже задуть свечу, как вдруг показалось ему, что пальцы помимо воли крепче сжали карандаш. И в следующую секунду карандаш, увлекая за собой руку Лугина, побежал по листу бумаги.
«Я здесь», – прочитал Лугин.
Он отказывался верить. И точно в насмешку над самим собой спросил:
– Кто, я?
«Тот, кто вечно совершает благо», – вывел карандаш.
Лугин не мог опомниться и молчал.