Лучше, чем секс
Шрифт:
Томас Джефферсон двигается на Запад вместе со своим слабоумным братом…
Литтл-Рок — территория Буша, хо, хо…
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В Арканзас. Он не сильно отличается от Бразилии, если взглянуть на дело под правильным углом: та же банда диких парней, которые хотят выбить из земли средства к существованию. Арканзас, как Кентукки, Теннесси и Миссури, — один из тех штатов, которые первоначально были населены бродягами, беглецами, изгоями, азартными игроками и мятежниками. Они жили и работали на холмах или на реке, потому что было трудно чувствовать себя свободными на равнине, где процветала «цивилизация»…
Дикий Запад
Но вскоре приливная волна белого отребья бросилась на эти территории и основала там чертову — кухню «магазинов», где продавалось всё: от змеиного жира, виски и винчестеров, до белых рабов, азартных игр, Иисуса и фиктивных золотых шахт «прямо за соседней горной грядой»…
Процветала торговля «прежде недоступными» билетами на ближайший дилижанс (с деревянными колесами) до Денвера, города, где улицы вымощены золотом. Всего несколько дней езды на восток, совсем недалеко…
ЛАДНО… ЭТО долгая история, и сейчас у нас нет для неё времени. Нет. Сейчас наша профессиональная задача — короткий экскурс в политические традиции Кентукки, Теннесси и Арканзаса. Некоторые из лучших людей, и многие из худших пришли с этих холмов и из богатых долин и стали сенаторами, губернаторами, государственными деятелями и знаменитыми политическими вождями. Эта линия идет от Генри Клея и Эндрю Джексона к легендарному Уильяму Фулбрайту (Арканзас) и Альберту Гору-старшему (Теннесси).
Они были настоящими людьми. Они выигрывали или проигрывали, но в любом случае превращали политику в благородное дело. Люди, которые в День Выборов голосовали за Фулбрайта или Ала-старшего, до сих пор говорят об этом с гордостью. Они видят особую честь в том, чтобы голосовать за политика, который обращается к лучшим сторонам человеческой натуры и стоит за правду.
Редкое чувство в наши дни. И взрыватели коренной породы, которые голосуют за Джорджа Буша и Дэна Квайла, никогда его не испытают — а жаль, потому что это прекрасно: проснуться утром и пойти на избирательный участок, а потом вернуться с ощущением гордости за то, как ты проголосовал. Даю слово. Я был там, и испытал радость… Даже сейчас, спустя 30 лет, я сужу о людях на основании того, как они голосовали в 1960 году — за Джека Кеннеди или Ричарда Никсона… Те ублюдки заклеймены навеки, а я нет. По крайней мере, не за это. Дьявол! Я горжусь тем, что подал свой голос против Ричарда Никсона. И будет хорошим поводом для гордости 3 ноября подать свой голос против Джорджа Буша и всего того, что он олицетворяет.
БИЛЛ КЛИНТОН с большим энтузиазмом относится к «Грамин» Банку Бангладеш и всему, что он олицетворяет. Что, вероятно, правильно. По крайней мере, «Доллар» Билл Гридер говорит, что это хорошо, а я всегда доверял его инстинктам, мудрым, практичным и порядочным. Но Билл Клинтон с таким же энтузиазмом относится к деятельности правоохранительных органов, к увеличению количества полицейских, к тюрьмам для лечения наркотической зависимости и к праву армии США или особых полицейских подразделений [41] на преследование, уничтожение или похищение предполагаемых
41
SWATteams
Преступников в иностранных государствах, в любой точке мира.
И это тревожит меня — наверное, так же, как Питера О’Рурка тревожит то, что Клинтон — Демократ. Питер — Республиканец, а я преступник — хотя бы потому, что курил, покупал и даже,
Я лучше знаю. Билл Клинтон тоже знает — как знают и Ал, и Типпер, и маленькая, со стальными глазами, Хилла-ри — но в этом году я не баллотируюсь в президенты, а если бы баллотировался, я, возможно, тоже сказал бы Ларри Кингу, что «не вдыхал» дым травки.
Ноя говорю эти слова с улыбкой и жду, что мои друзья поймут и тоже улыбнутся со мной. Почему нет? Йеху ходят на свободе, и они следят за нами.
Стоп! Да. Теперь я всё вижу очень ясно. Я был слеп, как летучая мышь, но теперь прозрел… Итак, позволь поделиться с тобой, Бубба, плодами моей, тяжелыми трудами заработанной мудрости. Осторожно! Вот её ужасное ядро: у Билла Клинтона нет чувства юмора!
И он ест много картофеля-фри, и смеётся не к месту, и у него часто проявляются клинические симптомы шизофрении. Но он разбирается в сделках, и в то мрачное утро в Литтл-Рок, мы были для него посредниками — Четыре Партнера, прямо из Нью-Йорка, прилетели, чтобы узаконить сговор. Жутко подумать, что у Джорджа Буша может быть больше чувства юмора, чем у Билла Клинтона.
Но не пойми меня неправильно, Бубба. Мы повеселились, несмотря на полученные нами разнообразные калечащие ранения и моё унижение, когда Клинтон отбрасывал каждую мысль, которую я высказывал, и каждый вопрос, который я задавал, как будто я — психически больной преступник… Это было невежливо, если не более того, и я склонен принимать его грубость как личное оскорбление.
Схватка происходила в задней комнате искусственно потертой копии одной из типичных для Юга закусочных. Место называлось «Столовка Доу» (выше я называл её и дальше буду называть — «Кафе Доу», потому что мне нравится слово «кафе», и я не переношу фальши… Так что, прояви терпение, Бубба: мне больно рассказывать эту тягостную историю).
Схватка — вот для чего мы приехали, открытая стычка с человеком, который, как мы дружно считали, будет следующим президентом Соединенных Штатов — если ничего не натворит до Дня Выборов. Правда, такую возможность исключить нельзя. Вспомним Вилли Хортона. [42]
Вспомним Гэри Харта… Да. В доме много комнат, а на скоростной линии всегда будут происходить аварии. Девяностые годы, Бубба! Здесь нет такой вещи как паранойя. Всё соответствует действительности.
42
Вилли Хортон получил за убийство пожизненный срок без права досрочного освобождения. Сбежал из тюрьмы, когда в рамках программы штата Массачусетс по реабилитации преступников его выпустили из тюрьмы на побывку. Через несколько месяцев совершил вооруженное ограбление и изнасилование. Был пойман и получил два пожизненных срока плюс 85 лет. Этот случай был использован Республиканцами в 1988 году как козырная карта против кандидата в президенты от Демократов Майкла Дукакиса, который в бытность губернатором Массачусетса поддержал данную программу.
Итак, было бы нечестно назвать Клинтона малодушным болваном, хотя у нас возникло ощущение, что он боится контакта. Его опрометчивый помощник организовал для него беспрецедентную и крайне непредсказуемую беседу, за ленчем, с редакторами Роллинг-Стоун, людьми, знаменитыми своим свирепым отношением к политикам… Затея была очень рискованной, и Клинтон должен нравиться мне уже тем, что пошел на неё.
ТРУДНО сказать, какую пользу могла принести поддержка Роллинг-Стоун лидеру президентской гонки — но, без сомнений, отвратительный поток дерьма вылился бы на него, если бы беседа вышла из-под контроля. Пьяные, полоумные скоты могли натворить всё, что угодно.