Лучник
Шрифт:
Сангар только с укоризной покачал головой.
— Молодой человек, достаточно уже и того, что я позволил вам остаться в столь… — он поколебался, ища слова, — травмирующем месте. Не вынуждайте меня об этом пожалеть. И потом, вы, уж простите, будете несколько… пристрастны. Сами же понимаете.
Мастер Защиты Третьей башни поджал губы и, не споря, отступил назад.
— Позвольте мне, алир Сангар, — негромко сказал поверенный Наместника. — Думаю, это будет наиболее верно с юридической стороны.
— Благодарю, тир Мариот, — с облегчением
Маг кивнул, протянул руку, чертя в воздухе какую-то руну. Часть стены полыхнула магическим пламенем и исчезла.
Открывшееся помещение мало чем отличалось от запущенного зверинца. Собственно, отличалась оно только тем, что в клетках вместо израненных и почти замученных животных находились люди. Разного возраста. Старик, несколько крепких мужчин, с десяток женщин, и даже дети разного возраста. Всего в этом «загоне», иначе не назовёшь, в клетках было двадцать семь человек. Все они были настолько измучены, что многих легко можно принять за мёртвых.
Негромко выругавшись, Керан шагнул к первой же клетке. Женщина в ней с трудом открыла полные боли, ужаса и ненависти глаза и замерла, казалось, перестав даже дышать.
— Тише, тише, всё хорошо… — мягко проговорил Сангар, делая торопливый шаг к пленнице. — Мы пришли вас спасти, не нужно бояться.
Оглянувшись на молча озирающего каземат Щита, он вынул из карманного пространства ещё один амулет памяти и, на миг прикрыв глаза, активировал его на свободную запись.
Женщина попыталась шарахнуться в сторону, но сил у неё на это не хватило и она рухнула лицомпрямо в грязную землю на которой лежал.
Керан склонился к ней, и по ладони тут же мягко потекло золото. А миг спустя его глаза наполнились ужасом. Но он почти сразу взял себя в руки и, погрузив женщину в сон, отправился к следующей клетке.
Закончив с последней жертвой, он выпрямился и посмотрел на архимага.
— Всех пытали, жестоко, почти так же, как тари Карилли. Многим отрезали язык. Но страшнее всего другое. У всех в разной степени повреждены души. Он экспериментировал, пытаясь увеличить свою силу и использовать более тёмные кукольные обряды. Многим, увы, уже не помочь. Даже если полностью исцелить тело. Раны души я обратить уже не смогу… Они проживут несколько рассветов. Шанс выжить есть только у детей. Нужно найти их семьи. Любовь родителей может помочь им восстановиться.
Архимаг задохнулся и с ужасом окинул взглядом бесчувственные тела. Взгляд его перебегал с одного измученного лица на другое, и никак не мог остановиться.
Единственным из троих, кто сохранял видимость спокойствия, был всё тот же Щит.
— Вы узнаёте почерк, алир Сангар? — негромко спросил он, и в голосе его отчётливо послышались тяжёлые раскаты приближающейся грозы.
Архимаг содрогнулся.
— Более чем… Я надеялся, что ошибаюсь, но вы правы — это явно та же рука, что и в прошлый раз.
Он с надеждой обернулся к бледному целителю.
— Тир
— Что добавить? — голос мага стал ледяным, но этот лёд не относился ни к кому из присутствующих сейчас в комнате. — Думаю есть.
Он склонился к одной из женщин и очень бережно, хотя сейчас-то уже какая разница, взял каплю крови. Которая тут же зависла в воздухе.
— Я очень надеюсь, что ошибаюсь, господа, но всё же… Веди.
Алая капля метнулась через весь каземат и замерла у одного из шкафов.
Целитель на миг поморщился, затем рывком распахнул дверцы. Полки были заполнены небольшими сосудами из белой глины.
— И всё же я был прав, — маг на миг закрыл глаза. — Нерождённые души. По одной в каждом пузырьке. Все женщины что побывали здесь. Каждая…
— Что?.. — старый архимаг невольно отшатнулся, с ужасом и отвращением впившись взглядом в ряд сосудов. — Они… носили дитя?! И это…
Он запнулся, не в силах выговорить то, чудовищность чего буквально грозила с ума.
Сзади тихо, с холодной спокойной злостью, выругался Щит.
— Половина, вероятно, была зачата уже здесь, — голос Кеарана был чересчур ровным и спокойным. — Но нескольких он завлёк сюда уже с ребёнком. К примеру, ту, чья кровь указала путь…
Он снова умолк, закрывая глаза.
— Вы… вы, кажется, из Серой Стражи, верно? — не открывая глаз, спросил он..
— Вы правы, тир Кеаран, — тоже подозрительно спокойно откликнулся Мариот. — И можете не сомневаться, что виновники сотворённого с этими людьми понесут заслуженное наказание. Вам нужна какая-либо помощь? Вижу, вам нехорошо.
— В одном из этих шкафов, не знаю точно в каком, есть слепки памяти. Он записывал всё… все садистские эксперименты, не связанные с магией серой вуали. Любил пересматривать и показывать новым жертвам, что их ждёт. Я видел в воспоминаниях одной из женщин. Вероятно, на замке особые чары. Возможно, это сможет помочь вам… но… Сейчас я вряд ли смогу помочь вам его вскрыть. Мне… Нужно немного свежего воздуха. Подальше от… этого места.
— Благодарю, тир Кеаран. Серая Стража всё осмотрит, я немедленно вызываю сюда коллег, — советник Наместника по-прежнему, каким-то чудом, ухитрялся держать себя в руках. Но и его голос уже звучал подозрительно сдавленно.
Архимаг же тратить время на расшаркивания не стал. Подхватив целителя под локоть, он без церемоний потянул его прочь из комнаты. В основной каземат — который теперь, по сравнению с этим жутким оплотом изуверства, уже почти не пугал.
— Идёмте, тир Кеаран, вам больше не нужно здесь находиться. Остальное сделают мои люди и подчинённые тира Мариота. Мы в неоплатном долгу перед вами… и перед вами, тир Эран.
Кеаран чуть повернулся к архимагу и тихо, чтобы не слышали остальные произнёс: