Ловушка
Шрифт:
— Пойду, искупаюсь, — Костя, все еще посмеиваясь, нехотя поднялся и потянулся, под футболкой рельефно проступили мышцы.
Бросив одежду на песок, молодой человек, неторопливо ушел в набегающие волны. Александра мрачно проводила его взглядом. Ее пугали те ощущения, которые он в ней будил всего лишь одним своим присутствием. До сих пор она не встречала никого, кто бы так же естественно и спокойно относился к своей сексуальности. Она досадовала, что у него оказалось чувство юмора, что он так легко и непринужденно рассмеялся сам и заставил смеяться ее. После его внезапного вчерашнего ухода девушка не думала, что он захочет продолжить знакомство,
Костя и сам не знал, что ему теперь делать. Но, увидев сегодня ее, он подошел, не дав себе ни секунды на раздумья. Вчера он бесцельно бродил весь вечер по побережью, сожалея о своем поспешном уходе, и заходя по пути в бары. Он подумал о том, что точно так же можно было проводить время с Александрой, и такая прогулка была бы уж точно веселее… Хотя нет, он рассчитывал на гораздо более близкое знакомство… Даже познакомившись с довольно симпатичными студентками, но очень скоро распрощался с ними, такими они показались ему скучными и пресными…
Сейчас, выходя на берег, Костя с удовольствием наблюдал согнувшуюся над книгой фигурку, чувствуя, как настроение стремительно поднимается.
— Я хотел извиниться за то, что не попрощался вчера… — он замялся, собираясь с мыслями, напрасно надеясь, что Александра поможет ему, оправдает его поступок или сведет глупую ситуацию к ничего не значащей фразе, как это сделала бы на ее месте любая другая девушка. Но только не эта. Она молчала, устремив взгляд в набегающие волны. Он даже не был уверен, что она вообще его слышит.
— Ты спала… Я решил, что не стоит мешать…
— Конечно, конечно…
Саша даже не пыталась скрыть сарказм.
— Не обижайся, пожалуйста…
— Что ты, какие обиды? — «Я чувствовала себя дурой»
Костя вздохнул, мысленно посчитал до пяти. Потом присел так, чтобы его глаза находились на уровне ее лица:
— Я сожалею. Моя грубость непростительна… я бы хотел загладить свой поступок. Например, купить тебе чего-нибудь… ну самого-пресамого, — у него был вид провинившегося ребенка, пытающегося немудреным подарком выпросить прощения.
Девушка подумала про себя, что это с его стороны довольно нечестный прием, и все же не могла не смягчиться.
— Купи минералки.
— Уже бегу, — он широко улыбнулся и скрылся.
Саша уткнулась в книгу, и попыталась вникнуть в смысл текста, но мысли ее рассредоточились, обернувшись в хаос, источником которого служила улыбка мужчины, сидевшего только что около нее…
Постепенно размышления вернули ее к теме, которая неизменно возникала в последние дни — к предстоящему разговору с Эдиком, к попытке спасти бизнес. Хотя, разговаривать особенно не о чем… Да и вряд ли получится какой-то диалог. Внезапно у нее перед глазами возникла запотевшая бутылка «Perrier».
— Спасибо…
— Все, что пожелаешь… — была некая мальчишеская непосредственность в его желании сделать ей приятное, что вызвало у девушки невольную улыбку.
Он уселся рядом с ней, держа в руке минералку, между ними снова завязался разговор. Как-то так получалось, что они понимали друг друга с полунамека,
— Ну что ж, мне пора уходить, солнце становится слишком жгучим.
— Подожди, не уходи, я еще разок окунусь.
Пока он купался, Александра замечталась, и не заметила, когда Костя вышел из воды. Воспользовавшись ее неведением, он незаметно подошел сзади и, присев на корточки, обхватил мокрыми руками за плечи, притянув к себе. Девушка вскрикнула, когда он прижал ее к своему телу, по которому стекала холодная морская вода, весело рассмеялась. У нее был удивительный смех — низкий, женственный, сексуальный, отчего у него перехватило дыхание, и стало неимоверно жарко, он даже растерялся. Неожиданно она с силой оттолкнулась назад, отчего парень не удержал равновесия, и, охнув, но, так и не разжав рук, опрокинулся навзничь. Они так и лежали, смеясь, не имея сил сразу подняться. Наконец, Костя приподнял девушку, после чего встал сам и направился к морю ополоснуть налипший на спину песок.
Выйдя на берег, он встал в полный рост, желая поскорее просохнуть, и, имея более выигрышную позицию, украдкой рассматривал девушку сквозь солнечные очки. И не мог ответить сам себе на простой вопрос — чем она его так привлекла? В привычной жизни он предпочитал ярких девушек с пышными формами, чего никак нельзя было сказать о его новой знакомой. Если бы не столкновение на волнорезе, сейчас он, возможно, даже не обратил бы на нее внимание. В своих очечках, с собранными волосами и с книжкой на коленях девушка была просто воплощением строгости. Правда, при ближайшем рассмотрении, довольно симпатичным.
— Пойдем вместе куда-нибудь позавтракаем, я голоден, как волк.
— С удовольствием. Я тоже еще не завтракала.
— А орехи? Жадина…
— Я же не белка, мне нужно что-то посущественнее.
Костя протянул ей руку и помог встать. Руки их соединились лишь на какое-то мгновение, но она почувствовала легкую шероховатость мозолей.
— Пойдем, — он придержал ее за талию, — белка…
По дороге они задержались у прилавка с журналами, кроссвордами и парочкой газет недельной давности (свежие разметались моментально), где девушка купила один из тех журналов, которые называют «мужскими» — с обнаженными красотками и различными советами от «как затащить ее в постель за час» до «что делать, если она хочет познакомить вас с мамой».
— Ты читаешь такие журналы?
В ответ Александра хмыкнула и неопределенно повела плечами. Костя слегка приподнял бровь, но оставил свои умозаключения при себе. Саша в очередной раз отметила про себя, что для общения им порой не нужны слова…
Заведение, которое Костя выбрал, на первый взгляд ничем не отличалось от десятков таких же, расположенных на побережье. Вместо стен была лишь символическая оградка, тенью служила крыша и деревья, обступившие кафе с двух сторон. Кухня была действительно неплохая. Какое то время им пришлось подождать заказ, они тихо разговаривали, по ходу разговора Костя выяснил, что Александра живет в довольно большом индустриальном городе, расположенном в полусутках езды от того города, где он завершил обучение и собирался жить и работать.