Ловушка
Шрифт:
«Уже. Потерпи пару минут, скоро все пройдет. Эти гады ещё и твоего зверя заблокировали, чтобы она не вмешалась», – зло процедила пантера.
« как о нем вообще узнали?»
«Понятия не имею, но с этими личностями стоит быть осторожной», – посоветовала питомица.
А потом флер схлынул, мне даже дышать легче стало. Да и Снежа сразу откликнулась. Как она ругалась. Хотела прямо сейчас обратиться и порвать гадов на ленточки, мы с йшей ее едва успокоили. Наши парни тоже полыхали от злости. В основном от бессилия, они ничего не смогли сделать, чтобы предотвратить поток мощнейшей магии инкубов. И как нам
«Как-как? На них же обещали ограничители надеть, да и вам ректор обещал защиту», – откликнулась Снежа.
«Надеюсь, подобного больше не случиться, не хотелось бы снова испытать подобное чувство бессилия, когда не можешь противостоять собственному возбуждению, и готова сорваться в любую минуту».
«Больше я не позволю себя заблокировать», – рыкнула дракоша.
Друзья отправились в дом, куда нас поселили, а я решила прогуляться к полю с колосьями. Мне нестерпимо захотелось увидеть единорога. Спросить его совета, если это не нарушение правил.
– Иль,ты куда собралась? – в голосе Мира подозрительность.
– Прогуляюсь, проветрю голову после такой убойной силы возбуждения и влечения, – бросила миролюбиво.
– Хочешь нарваться на этих типов снова?
– процедил Ксьер с долей злости.
– Нет, не хочу. Но мне надо пройтись, не стоит волноваться, на этот раз я приготовилась к подобному и смогу дать отпор, если понадобится.
Ксьер хотел еще что-то сказать, но я развернулась и быстрым шагом отправилась к полю. В данный момент во мне еще остались чары инкубов, я просто боялась сорваться и наброситься на ледышку, чувства к нему обострились. Но меня явно не так бы поняли. И, боюсь, моя выходка окончательно бы рассорила нас с Ксьером. Нет, быстрее прочь. Возле единорога мне казалось самое спокойное место. Словно чувствуя мой зов, белоснежный красавец уже ждал меня. Стоило подойти, как он принюхался и фыркнул весьма недовольно.
– Инкубы шалят? Стоило б их наказать, но не за что, это их сущность. Целенаправленно они никого не пытались соблазнить и очаровать. А вам стоит быть осторожнее, - посоветовал зверь.
– Ничего, с ними справимся. Я тут по другому поводу. Вы же знаете задание на завтра? По его поводу я хотела уточнить, можно ли приводить в Священную долину нечисть или нежить, если подобное выпадет нам?
– Хороший вопрос, – довольно склонил голову собеседник.
– Именно так и должен поступать истинный дипломат. Что касается твоего вопроса, тут все зависит от вида нечисти или нежити. Вот взять хотя бы твое существо нижнего мира…
– Айша мой друг,и она элементаль, - начала злиться я,так всегда происходило, стоило кому-то упомянуть не совсем добрым словом мою питомицу.
– Тише, не стоит впадать в ярость, никто ей ничего не собирается делать. Хотели бы, она даже войти сюда не смогла бы, – мягко осадили меня единорог. – Я ее всего лишь привел в пример. Она ведь тьма
в чистом виде, но она твой друг и защитник, значит пока никому не причиняет зла, она находится здесь. Так же и с теми, кого вам предстоит привести. Пока они настроены миролюбиво, их никто не тронет, отступятся, отправятся восвояси.
– Я поняла, спасибо, - склонила голову, после чего отправилась к друзьям.
Стало легче, задание уже так не пугало. Надеюсь, мы с ним справимся, если только нам не выпадет
– А ведь точно. И как я про это не вспомнил! У каждой расы свои особенности, некоторые вообще не признают фамильяров, оттого и ведьм не пускают на свои территории. А кто-то от темных шарахается, должна быть ну очень веселая причина, чтобы дать допуск в свое королевство.
– Будем считать, что разрешение хозяина долины получено, - высказалась Галина. – Надеюсь, нам это зачтется при выявлении баллов.
О чем-то ещё и траша хотела сообщить, но не успела, к нам пожаловали гости в лице Савразара. Открыв дверь, подозрительно окинул нашу компанию задумчивым взглядом, после чего сообщил то, зачем пришел.
– Студентки, вот ваши амулеты, надевайте и не снимайте, они оградят вас от любого воздействия магии инкубов.
Савразар протянул каждой из нас кулоны. Меня обдало холодом, волосы на затылке встали дыбом. Я видела подобный у Атраши. И тогда моей Снеже от него стало не по себе, впрочем, как и мне. Сейчас тоже. Я смотрела на кулон, как на гремучую змею и не могла пересилить себя и взять его в руки.
Райэра забрала свой и повесила на шею. Атраша сделала тое самое. Так как демон оставил нашу дверь открытой, к нам заглянули участницы второй и восьмой команд. Ректор приглашающе махнул им, указав на капельки. Каждая тут же подхватила свой, несколько секунд рассматривала, восхищаясь плетением защиты. Девушки из других наших команд, вдоволь налюбовавшись, без проблем надели артефакты. А я не могла. Чем дольше смотрела на один-единственный кулон и не имела сил к нему прикоснуться. Поразило то, что именно этот, лежащий в общей куче, никто так и не взял. На него даже внимания не обращали, будто его там и не было.
Меня затрясло от уаса. Я отступила на шаг под недоуменным взглядом Савразара. Даже руки за спину спрятала. У демона бровь взлетела вверх. Он вопросительно посмотрел на меня. Видимо, все краски сошли с моего лица, потому что он мгновенно мотнул головой и приказал:
– Дорге, за мной!
Пришлось следовать за рогатым. Ноги подкашивались, что говорить, я не знала, но и взять этот чертов кулон не могла. От него исходила такая мощная аура, заставляющая едва ли не сгибаться, что становилось не по себе. Плохо нам со Снежной было рядом с этой штукой. Зато сам рогатый подхватил его без проблем.
Комната магистров ничем не отличалась от нашей, кроме небольшого бара с напитами. У студентов подобного не было. Правильно, кому же придет в голову спаивать юные дарования?
– Присядь и рассказывай, что происходит? Ты так смотришь на защитный артефакт, словно я тебе ядовитую змею подсовываю, – начал ректор. В комнату просочились Мир, Ксьер и Аришан. Парни устроились за моей спиной.
Алр протянул руку над кулоном, который Савразар положил на стол между нами. Крылья парня затрепетали, пёрышки встали дыбом. Он одернул ладонь так, словно обжёгся. После чего глянул на меня потемневшими глазами.