Ловушка для охотницы

Чайлд Морин

Все началось с того страшного дня, когда умерла ее мать. Девочка очень плакала. Ее успокаивал отец. Он же взял на себя все заботы. Этот грозный с виду, крутого нрава человек самым трогательным образом заботился о дочери, но, увы, не имел ни малейшего понятия о том, как воспитать в ней женщину. Наверное, поэтому Эмме впоследствии не везло в личной жизни. Познакомилась однажды с привлекательным мужчиной, но он через некоторое время бросил ее, безжалостно разбив сердце.

Спасала подруга. Они регулярно

созванивались и переписывались по электронной почте. А сегодня вечером Эмме захотелось, чтобы Мэри Элис оказалась рядом. Нужно же кому-нибудь поплакаться.

— Держись, дорогая, — приказала Мэри. — И вообще, что ты собираешься делать дальше?

Эмма твердо заявила:

— Хочу заставить Коннора раскаяться в сказанном. Пожалеет о своем поведении, черт возьми!

— Успокойся, — посоветовала подруга. — Не горячись. Вспомни, во что вылилась история с Тони.

Мгновенно нахлынули воспоминания. Тони де Марко не просто разбил Эмме сердце. После него она уже не могла по-прежнему доверять мужчинам. Однако сейчас несколько иная ситуация. Ведь Тони она любила, а Коннора вроде бы нет.

— Эй, ты что замолчала? — В голосе Мэри прозвучало беспокойство.

— Думаю.

— О чем?

— Я отомщу Коннору. Он унизил меня. Я заставлю его потерять голову от любви ко мне.

— О-го-го.

— И сделаю так, что он проиграет это пари.

— Переспишь с ним?

— Посмотрим, — резко ответила Эмма, ощущая, как горячая кровь все быстрее бежит по венам.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Католическая церковь святого Себастьяна походила на небольшой замок, выросший когда-то среди полей Южной Каролины. Здание из посеревшего от времени кирпича поблескивало окнами в лучах утреннего солнца. В больших глиняных горшках у входа в располагавшийся по соседству домик священника цвели красные и лиловые петунии. Старая раскидистая магнолия в ярде от церкви бросала на зеленый газон манящую тень.

Двери церкви были открыты для прихожан постоянно, но Эмма, объехав здание, свернула к домику священника.

Выключив двигатель, девушка вышла из машины. Стояла невероятная жара, однако Эмма не замечала этого. Она выросла на юге и привыкла к высоким температурам.

Конечно, Эмма могла поручить кому-то из механиков отогнать отцу Лайему починенный автомобиль. Но она хотела, пользуясь случаем, побеседовать со старшим из братьев Райли, рассказать о своих проблемах.

Прошли уже сутки после ее последнего разговора с Коннором, однако девушка никак не могла успокоиться. До мелочей разрабатывала план отмщения.

Эмма надеялась, что беседа с Лайемом поможет ей разобраться в происходящем. Но сейчас она даже не представляла, с чего начать.

Девушка пересекла маленькую баскетбольную площадку, направляясь далее

по обсаженной розами аллее к двери домика.

Эмма постучала, и почти сразу же дверь отворилась. На пороге показалась высокая пожилая женщина с седеющими рыжими волосами и зелеными глазами.

— Мисс Джейкобсен? — она поджала губы.

— Добрый день, миссис Хэнниген, — поздоровалась Эмма, игнорируя привычную неприветливость экономки священника.

Эта особа была воплощением домоправительниц из классических романов. Нет, миссис Хэнниген не испытывала личной неприязни к Эмме, просто ей вообще никто не нравился.

Войдя внутрь, девушка отметила безупречную чистоту вокруг, до блеска натертый паркет.

— Я пригнала отцу Лайему автомобиль после ремонта. Мне нужно вернуть ему ключи и передать чек.

— Он в библиотеке, — объявила экономка, направляясь в кухню. — Ступайте туда, а я принесу чай.

— Спасибо, но… — испуганная Эмма осеклась. Весь Бэйуотер знал: чай от миссис Хэнниген — настоящая бурда. Однако было уже слишком поздно. Экономка покинула холл. Девушка поняла, что ей из вежливости все равно придется выпить эту гадость.

Открыв дверь, ведущую в библиотеку, Эмма замерла на пороге, ожидая момента, когда священник обратит на нее внимание.

Преподобный Лайем Райли отложил в сторону книгу и поднялся со стула.

Высокий, как и остальные братья, он нисколько не уступал им по красоте: густые темные слегка вьющиеся волосы, голубые глаза в обрамлении необыкновенно длинных ресниц, которым могла позавидовать любая женщина. А какая добрая улыбка! От нее на душе у всех сразу же становилось легче, и Эмма не была исключением.

— Милая! Вам удалось в очередной раз вернуть к жизни мою машину? — Приблизившись и положив руку на плечо девушке, Лайем подвел ее к удобному креслу, стоящему у камина.

— Да, я привела ваше авто в рабочее состояние, — сообщила Эмма, протягивая священнику чек. — Но, боюсь, это ненадолго. Вам пора приобрести новую машину.

Лайем улыбнулся, правда, слегка вздрогнул, увидев цифру на чеке.

— Я знаю, старушку надо сдавать в утиль. Однако всякий раз возникают дела посерьезнее. К тому же Коннор давно обещал полностью заменить двигатель. Остается лишь немного подождать.

Коннор.

Именно об этом человеке хотела поговорить с Лайемом Эмма. Но сейчас, очутившись в обществе священника, она не представляла, с чего начать. Разве можно сообщать ему о планах мести? Ведь Коннор — его родной брат.

— Что-то не так? — спросил Лайем, усаживаясь напротив Эммы.

— Почему?

Лайем улыбнулся.

— Потому что при одном лишь упоминании о Конноре ваше лицо окаменело, а глаза метнули молнии.

— Из меня не получится хорошего игрока в покер, верно?