Ловушка для бабочки

Миллс Лилиана

А когда его горячие губы втянули мой сосок, задрожала, вцепившись в его шевелюру. Даже не помню, когда он стянул лиф платья с моих плеч, оголив ее. Мысли путались, перед глазами плыли яркие круги, между ног было горячо и мокро. Данил уверенно скользнул под край платья и я широко распахнула глаза, когда пальцы проникли за ткань трусиков и он впервые прикоснулся к моим интимным складочкам.

— Шшшш, солнышко…расслабься…я только поласкаю…

— Ох, Даня…

Я выгнулась и с моих губ сорвался стон, когда он нежно стал водить пальцами, нажимая на

потайную точку, от которой я взрывалась в ощущениях. Боже, это было невероятно приятно и необычно!

Я выгнулась и вцепилась в его плечи, когда он скользнул в глубь. Его глаза горели, бедром чувствовала его напряжение и мне хотелось большего.

— Хочу тебя… сейчас…больше не могу ждать… — он усилил нажим и я ощутила внизу вспышку, поглотившую всецело.

Потянулась к его футболке, задирая ее вверх, и Даня помог снять её с себя. Провела руками по коже, наслаждаясь его торсом. Часто видела парня лишь в тренировочных штанах, когда они занимались на турниках. И теперь так приятно было скользить по этому молодому и спортивному телу.

— Иди сюда… — прошептал он, чуть сдвигая меня ниже и начав стягивать трусики, неотрывно посасывая напряжённый сосок.

Я и не знала, что можно парить в облаках. Но сейчас я именно там и находилась, нежась в откровенных ласках любимого, который вот-вот овладеет мной. Приподняла бедра, словно приглашая парня, но вдруг в дверь стали ломиться, с диким шумом выламывая ее.

Мы замерли, удивлённо переглядываясь. Даня поднялся, поправив штаны, и накинул на меня лёгкое покрывало. Подойдя к двери, открыл ее, чтобы узнать, кто там такой пытается нам помешать. И вдруг отлетел назад, а на пороге стоял разъяренный сосед — дядя Коля, сжимающий свои кулачища.

— Сучка! Шалава! Так и знал, что привела кобеля себе! Да ещё и молокососа! Чё, на молодых потянуло? — орал он, надвигаясь ко мне.

Я испуганно каталась в покрывало, видя, что сосед изрядно выпивший и налитые кровью глаза, сейчас просто готовы были выскочить из орбит.

— Ах ты урод! Ты что творишь, пьяная твоя рожа? — заскочила на шум и крик тетя Оля, его жена.

Она была тоже крупной, с темной толстой косой, одетая в замызганный халат. Ухватив мужа за руку, потянула борова из комнаты. Тот тупо смотрел то на нее, то на меня, то на Данила, из губы которого текла кровь.

— Это чё, я не туда попал? — спросил мужик, словно малый ребенок.

— Да, дубина ты этакая! Напился до чёртиков, а теперь буянишь! И что ты там орал про кобелей моих? Сам свой хер в штанах не держишь…

Они ушли, продолжив спор уже в своей комнате. Я кинулась к Дане, ощупывая его.

— Прости! — выпалила, когда прикоснулась к разбитой губе. — Сейчас возьму аптечку…

— Да ладно, заживёт!

Даня попробовал челюсть на признаки перелома, и довольно улыбнулся, не найдя таковых. Да уж, вот уже второй раз нас прерывают в самом пикантном месте. Я закусила губу от разочарования и обиды. Ох, если бы не этот олух пьяный! С грустью глянула на диван.

— Мы можем продолжить, солнышко… — прошептал Даня,

обнимая меня и поглаживая по напряжённой спине.

Но вот я уже не была готова к повторению. Не сейчас! Погладив его по щеке, покачала головой, выскользнув из его рук, и направилась доставать аптечку.

Глава 9. Снятие напряжения

В полутемной комнате пахло цитрусовыми нотками. Я сидел в удобном кресле, сложив руки на груди. В помещении было тихо, и это раздражало. Окинул взглядом комнату, которую когда-то любил. Здесь было лучшее время, когда я набирался опыта в получении удовольствия.

Кровать на постаменте, кресло, в котором сидел, завещанное тяжёлыми шторами окно и самое ценное здесь — это стена, на которой висели мои трофеи из разных стран. Это были кожаные плётки, которые я тщательно выбирал в каждой из отведенных стран. В период своего становления как Дома, понял, что меня больше заводит не избиение сабы, а именно процесс подведения ее к наказанию. В отличие от других доминантов, был противником нанесения сильных повреждений, но любил секс разбавлять своими кожаными спутницами.

Сейчас я молча смотрел на последнюю свою сабу, которая стояла передо мной на коленях. Она склонила голову, как я учил, и ждала моего решения. Я же наслаждался тем, как сильно она нервничает и ждёт.

— Подползли ко мне. — приказал ей, и девушка стала ползти на четвереньках, упорно смотря в пол.

Я же кипел внутри, желая большего, какого-то огня, сопротивления и неповиновения. Но она продолжала, пока не села перед мной, ожидая дальнейшего приказа. Провел флогером по ее шее, спустившись к груди, затем приподнял ее голову, заставив посмотреть на меня.

— Сегодня у нас с тобой последнее свидание, Мира…

— Но…

— Разве я разрешил говорить? — улыбнулся хищно, и девушка замотала головой. — Так вот, сегодня ты будешь последний вечер моей сабой, а потом свободна. Расчет возьмёшь у Карине, тебе все понятно?

Она кивнула и я заскользил флобером по ее молочной коже. Встав, поманил ее за собой на кровать и молча указал, чтобы она легла. Мира легла, вытянувшись вдоль и ожидая того, когда начну хлестать ее. Улыбнулся и стянул рубашку, оставшись в легких штанах.

Стал водить многохвостной плетью по спине, спустился к голым ягодицам и нанес легкий шлепок. Раздался свистящий звук, и Мира застонала, часто задышав. Я снова провел плетью по коже вверх и вниз, и в следующий миг нанес резкий удар по спине. Чередуя шлепки с поглаживаниями, получал своего рода удовольствие. Но вот чего-то не хватало!

Девушка уже громче стонала, принимая мои удары и поглаживания, а я желал лишь одного, быстрее с этим покончить. Но разрядки не наступало! Замахнувшись чуть сильнее, опустил флобер на порозовевшую кожу, отчего саба громче застонала. Отбросив на кровать плеть, провел руками по спине и попке, обхватил ее за ноги и потянул на себя, ставя на колени.