Ловец мудрости
Шрифт:
– Вот почему ты пытался заставить Элфи Трумэна выглядеть законченным идиотом, - обвинил ирландец, - потому что ты хотел убедить Министра, что твой соперник не годится для этой работы!
– Да. Попадание Аврората под контроль Пожирателей Смерти могло оказаться выгодным для нашей безопасности.
Боже, я ненавидел этого мужчину. Хорошие ведьмы и колдуны были убиты, потому что он был достаточно коварен, чтобы сообщить своим злым друзьям о предстоящей атаке авроров. Как мне удалось не убить его, я никогда не пойму.
– Где сейчас пожиратели Смерти? – потребовал я.
– Нынешний глава Пожирателей Смерти находится в подземелье
Молчание встретило последнюю фразу. Во мне преобладало отвращение. Было ощущение, словно меня ударили в живот, и, судя по виду Джаспера, который выглядел так, словно ему предложили исключительно тухлые яйца на ужин, это чувство разделяли все.
– Склеп! – недоверчиво произнесла Розали. – От этого просто тошнит.
– Согласен, - сказал Брон. – Нет чертового уважения! Я серьезно собираюсь бросить тебя в кутузку, Каллидон.
Кигсли кивнул. – В самом деле, но прежде чем мы это сделаем, у меня есть еще один вопрос. – Это был момент, которого я ждал. Как кипящая кислота, ожидание разъедало меня. – Кто еще работает на Пожирателей Смерти? Мы уже знаем, что есть, по крайней мере, двое, включая тебя.
Сейбер преуспел в удерживании пристального взгляда министра, но его беспокойство выдало внезапное резкое движение. Его правая рука дернулась в сторону, порхнув над боковым карманом.
– Есть один, - произнес он, наконец. – Другой. Эйвери выбрал его…
– Кто? – потребовал я.
Вновь рука Сейбера дернулась. Думая, что он собирается достать какое-нибудь оружие из своей одежды, я прижал его жестко к стене, рыча от ярости. По моему приказу Эммет обыскал мужчину. После ощупывания его он извлек нечто, что я действительно не ожидал – нечто небольшое, блестящее и прямоугольное: сотовый телефон.
Что за… – челюсть Эммета со щелчком отвисла, и он вдруг перестал дышать. Мой взгляд переместился на брата, затем обратно на телефон. Когда я посмотрел вновь на лицо сильного вампира, весь ужас его мыслительного процесса был виден в его широко распахнутых голубых глазах. – О нет.
А потом я был тем, кто не мог дышать. Всеобъемлющий страх выбил воздух из моих легких в тот момент, что силы покинули меня. Сейбер упал на пол, когда мои руки безвольно опустились по бокам.
Безопасность и легкость, и все хорошее в мире растворилось в боли и ужасе в секунду, что душераздирающий крик атаковал мои уши.
Белла, окровавленная и избитая, корчилась на пыльной земле, ее хрупкое тело выгибалось от боли. Рудольф Лестрейндж навис над ней, нацелив свою волшебную палочку, садистская ухмылка исказила его черты. Позади него находились его товарищи-дегенераты, которые издевались и выкрикивали ему слова поддержки: Руквуд, Селвин, Долохов, Крэбб, Нотт, Макнейр, Роул, Джагсон, Трэверс, Ранульф, Холден и другие, имена которых я не знал. Мистер Уизли, маг под империусом, стоял поодаль от остальных, растерянный и одинокий.
– Не убивай ее слишком быстро, Рудольф, - смеялся Долохов. – Остальные из нас тоже хотят свою порцию.
– Поверь мне, - хихикнул Пожиратель Смерти, - после лицезрения убийства ею моего брата, у меня нет никакого намерения подарить ей быструю смерть… ФЛАДЖЕО!
С последним криком видение закончилось.
Сначала мучительную миллисекунду я был парализован, замер в молчании и ужасе, а потом…
Полное. Чрезвычайное. Безумие.
Я стал животным. Кровожадный
– Эдвард, мы должны добраться до Беллы. Сейчас же. Времени нет.
– Что происходит? – потребовал Брон, запутавшись.
– Пожиратели Смерти выбрали мистера Уизли. Он колдун под империусом. Если мы не найдем Беллу в ближайшее время, они убьют ее.
Если бы это было возможно, то волшебник побледнел бы как вампир от предсказания моей сестры. Его панический взгляд метнулся ко мне, и, не говоря ни слова, он протянул мне руку. Элис закричала с остальными, но я не мог разобрать, что она сказала. Мой взор застило алым; я хотел убить. Я схватил руку мага и последовал за ним в темноту.
BPOV
Было такое ощущение, как будто мне в голову прилетел бладжер, когда я пришла в себя. Я громко застонала и схватилась за голову. Убила бы за адвил. Я не сразу с точностью вспомнила, как я оказалась на дне карьера, но когда память вернулась, однако, все вдруг встало на свои места.
С самого начала это был мистер Уизли. Он был под проклятием. Пожиратели Смерти с помощью магии принудили его принять участие в их схеме. Я могла только догадываться об их причинах: они хотели кого-то с доступом к Гарри. Они уже выразили заинтересованность в его убийстве в ночь, когда они вторглись в Хогвартс. Мистер Уизли был идеальным кандидатом: он не только часто сталкивался с волшебником, он так же был членом Ордена Феникса. В прошлом Рон упоминал тот факт, что министр, возможно, несколько небрежен, продолжая доверять тем, кого он до сих пор считает близкими друзьями – мистеру и миссис Уизли. И кто бы подозревал его, в конце концов? Кто бы подозревал человека, работающего в Отделе по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов?
Низкий мужской голос звучал слева от меня. Я боялась открыть глаза, особенно когда узнала зловещий свист Руквуда. Без предупреждения что-то быстро и жестко столкнулось с моими ребрами. Боль была невероятной. Она прошла сквозь каждую клеточку моего тела, оставив меня скулить на земле, свернувшись в позу эмбриона. Симулировать бессознательное состояние было уже не вариант. Во всяком случае, это бы только заработало мне еще один удар в бок или что-то хуже, и поэтому я позволила моим глазам открыться, только чтобы поприветствовать вид большого кожаного ботинка. Я подняла голову и увидела Рудольфа Лестрейнджа, стоящего надо мной. Я встречалась с ним раньше, во время их последнего вторжения в школу, когда я случайно убила его брата, Рабастана.
– Очнулась, да? – улыбнулся Пожиратель Смерти. – Хорошо.
Мое зрение помутилось, когда его нога врезалась в мою челюсть, и жгучая белая агония распространилась по части моего лица. Кровь напомнила мой рот, и, несмотря на недавний контроль, когда мне удалось справиться с подобным, пробудив моего внутреннего зверя, я все еще чувствовала непреодолимое желание блевануть. Глубокий смех наполнил воздух, когда я выплюнула зуб на землю вместе с насыщенно-красной жидкостью. В нескольких футах товарищи Рудольфа подбадривали его, смакуя мои страдания.