Ловец мудрости
Шрифт:
Эммет покачал головой и усмехнулся, глядя на меня. – Нет, мужик. У нее, безусловно, твое лицо.
Я улыбнулся ему. По какой-то причине, их мнение меня обрадовало. Возможно, это было связано с те, что я никогда не верил прежде, что существует хоть малейший шанс мне когда-нибудь стать отцом, и было так чудесно узнать, что когда-нибудь в будущем появится маленькая, прекрасная девчушка, которая унаследует мои черты лица.
Долгий счастливый вздох сорвался с моих губ, и мои глаза быстро заморгали. Образы, мелькающие за моими веками, оставили свой след на моей сетчатке. Я видел себя, гуляющим по лесу за домом в Форксе. По обе стороны от меня шли две ослепительные
Это было незадолго до того, как Эммет загубил момент. Он увесисто хлопнул меня по плечу и произнес: - Ты же знаешь, что это значит, брат? Ты захочешь ближе познакомиться, а Белла от этого произведет новую жизнь. А ты хитрец!
Последующий удар, что я нанес ему в челюсть, отправил его в полет в обратном направлении от края парапета, после чего он очутился на каменном полу. Эта процедура довольно быстро становилась нормальным явлением в нашей повседневной жизни. Джаспер усмехнулся при виде этого, и даже я с трудом сохранил серьезное выражение лица, несмотря на свое раздражение. Открытие, что после медового месяца, безусловно, будет жизнь, уняло некоторые мои страхи, и я обнаружил в себе желание, сильнее, чем когда-либо, ускорить время, поскольку я, наконец, получил шанс быть с Беллой так, как мы оба этого хотим.
Несколько секунд спустя, Эммет вновь сидел возле меня, и мы продолжали дискуссию относительно моей будущей дочери.
– Что насчет мальчиков? – захихикал Эммет. – Я не знаю, но уверен, что это адски быть отцом девочки с внешностью Ренесми, особенно если так уж случилось, что ты телепат.
От соответствующего комментария брата я застонал в бархатную ночь, позволяя своей голове упасть в ладони. Она вдруг стала тяжелой, будто была напичкана свинцом. Эммет и Джаспер, с другой стороны, истерически улюлюкали, явно наслаждаясь моим растущим чувством страха.
– Металлическое нижнее белье! – воскликнул я, зарабатывая очередной раунд завываний от своих братьев. – Я обескровлю любого, кто попытается забраться под него, помяните мое слово! Вы двое можете помочь мне. Их же число не ограничится сотней. Один человек столько не съест! – Я вскинул руку вверх, когда новая идея посетила меня. – Хотя, забейте на это! Дело в привычке!
– Хей, хей, хей, - сказал Эммет предостерегающе, - некоторых парней только привлекут подобные вещи, ты же знаешь.
– Я-то знаю! Я до сих пор с трудом пытаюсь избавить свои мысли от изображения Роуз в подобном виде. Вы двое навечно нанесли мне психологическую травму.
– Оу, Эммет, - произнес Джаспер недоверчиво, наклоняясь вперед, чтобы лучше увидеть ухмыляющегося вампира, - ты бы не стал.
– Не притворяйся, что у тебя такого не было, мужик. Роуз рассказала мне о секретном гардеробе Элис.
– Я не хочу это слушать! – закричал я, затыкая уши.
– Наряд медсестры, джина…
– Эй, этот был хорошим. Я получил три желания.
– Пожалуйста, - попросил я. – Я просто хочу забыть об этом. Безнравственность нескончаема!
– Нет, это не так, - усмехнулся Эммет, ущипнув меня за щеку. Я быстро стукнул его по руке. – И ты должен увидеть всееееее наперед.
– А мы не бежим вперед паровоза? – произнес я, отчаянно ища способ сменить траекторию нашего сегодняшнего разговора. – Разве мы не должны подумать о том, как мы собираемся сделать Ренесми реальностью?
Эффект
– То, что я не понимаю, - прошептал Эммет, хмурое выражение сформировалось на его лице, - почему мы видели Ренесми в видении, однако не было никаких признаков каких-либо других детей. – Он тяжело вздохнул, заполнив страхом ночной воздух, после чего повернулся, чтобы взглянуть на меня. – Не в обиду, Эдвард, но если есть способ, чтобы у нас были дети, я бы реализовал его на практике при первой же возможности. Ты знаешь, как долго Розали ждала этого.
Я кивнул.
– Я тоже раздумывал над этим.
На мгновение мы замолчали, каждый из нас был поглощен своими мыслями. Однако неожиданная теория вдруг пришла в голову Джаспера, и мой взгляд сразу же переместился в его сторону.
– Это невозможно, - твердо заявил я, покачав головой. – Мы слишком разные.
– Мы?
– Конечно, мы. Это было бы похоже на попытку спарить золотую рыбку с акулой.
Эдвард? – прозондировал Эммет. – Что я такое пропустил?
– Джаспер интересовался, возможно ли для вампира и смертной женщины зачать ребенка обычным способом.
Лоб Эммета мгновенно наморщился, его поджатые губы сигнализировали о быстром вращении шестеренок в его мозге. – Это имеет смысл.
– Что? Нет, не имеет. Это не имеет никакого смысла. Это невозможно.
– Откуда ты знаешь? Не похоже, что Карлайл делал какие-либо тесты.
– Это потому…
– И ведь существуют легенды о вампире-инкубе.
– Да, но…
– Единственный способ нам когда-нибудь узнать это, - перебил Джаспер, - если мы проведем некоторые исследования.
– Которые будут с нулевым результатом, - ответил я непреклонно, кладя руку на руку. – Какой вампир способен заниматься с человеком сексом и оставить его в живых?
– Эдвард, ты являешься живым доказательством того, что это возможно.
– Пока еще нет.
– Но будешь же, и ты это знаешь.
Вновь мы погрузились в тишину, отвлекшись на собственные мысли. Ночь имела серебряный и фиолетовый оттенок для моих глаз, каждая грань и поверхность освещалась мягким светом луны. За пределами замка, деревья Запретного леса ласкал зимний воздух. Некоторые деревья по-прежнему носили свои вечнозеленые одежды, но остальные сбросили свою листву и стояли скрюченные, как руки без перчаток, тянущиеся вверх, к небу. Туман стелился по низу, накрывая почву, словно серебристо-голубым одеялом, медленно замораживая землю на зиму. Можно было услышать тихое уханье сов, наряду с легкими взмахами их крыльев.
Я бы хотел быть на месте Эдварда, – подумал Эммет с тоской. – Он не понимает, какой он счастливчик.
– Ты не прав. Я знаю это лучше, чем кто-либо. – Это была правда. Я прошел путь от скучного одинокого чистилища до бескрайнего неба с появлением в моей жизни Беллы.
Эммет наклонился вперед, его голова опустилась на его ладони. – Это не поможет Роуз. Ты знаешь, она бы все отдала, чтобы оказаться на месте Беллы.
Конечно. Какая женщина не мечтает о материнстве? Кто не захочет видеть Ренесми своей дочерью? Она станет самым красивым, очаровательным ребенком в истории мира: мерцающая алебастровая кожа с розовым румянцем и большие невинные глаза, цвета молочного шоколада, все это обрамлено густой копной бронзовых кудряшек. Никто в здравом уме не стал бы ревновать.