Ловчий желаний

Вольнов Сергей

Немало информации Ник, и сам основательно перебравший спиртного, упустил. Ничего, ничего. Мимо «ушей» микрофонов и «глаз» объективов ничего не пролетело, рекордеры всё исправно «запомнили». Благодаря этим записям журналист позднее разберётся в полученных «из первых рук» сведениях. Репортаж века по-любому монтировать придётся, первый выход в эфир будет лаконичным, по всем канонам мировой Сенсации Номер Один. Так что рассказы говорливого во хмелю Молчуна репортёр усвоит повторно.

Вечером и в начале ночи просто сил не хватило, организм требовал передышки,

всё-таки недешёвой ценой далась ему эпопея перехода из столицы в Зону… Не совпадая с именем, пьяный сталкер до-олго распространялся о тонкостях взаимоотношений с барыгами, перекупщиками, перевозчиками и прочими зонными и околозонными «слоями общества».

В одном из поселковых «готелей» Ник выспался и отдохнул, на удивление. Видать, мозги всё-таки перезагрузились. Сейчас необходимо крупным планом заснять все эти упомянутые частицы целого сообщества человеков, именуемых сталкерами. И найти одного из них, реально серьёзного, что проведёт репортёра в конечный пункт командировки.

Путешествуя по улочкам и заведениям, Котомин опять повстречался со знакомой парой бойцов из армии «прозревших». Репортёр отчётливо помнил, что спрашивал у Молчуна об этой компашке спасителей человечества, но вчерашний собутыльник о такой группе вообще ничего не слышал. Постоянного клана «Прозрение» не существовало, а вольные то и дело создавали разнообразные альянсы, компании и отряды. Временные. Как создавались они, так и распускались. Или полным составом в дебрях Зоны исчезали.

Странно, конечно. Новичками эти сталкеры не выглядели. Возможно, организовались совсем недавно? Любой клан, любая партия или религия когда-то начинались с группы людей, объединённых какой-либо идеей. Ник, поразмыслив, решился всё же сходить по указанному адресу, послушать их лидеров. Не лишне узнать, конкретно какими тактикой и стратегией противоборства они собрались предотвратить планетарный катаклизм.

Он разыскал деревянный сарай, тот самый, рядом с магазином Басиста. У входа на табурете сидел и скучал рыжий детина. Журналист остановился и немного потоптался, осматриваясь и раздумывая. Входить или нет, вот в чём вопрос…

– Молодой, ты к нам? – скучающий привратник сам обратился к журналисту. С виду этому рыжему сталкеру было лет на пятнадцать меньше, чем Нику.

– Мне сказали, что тут можно пообщаться на предмет… э-э-э… – У Котомина язык не поворачивался выговорить вслух словосочетания «грядущего конца света» или «неизбежного повторения чёрного катаклизма».

– Да, конечно, заходи. Командир ответит на любые твои вопросы. – Не вставая с табурета, «швейцар» толкнул ногой деревянную дверь, что вела в сарай.

Не благодаря, Ник зашёл в длинное, хреново освещённое помещение.

Кроме него, внутренность строения, очевидно, состояла из ещё нескольких комнат. Двери в них были закрыты.

В первой, напротив входа, стоял деревянный стол. За ним, в кресле полусидя, спал некто. Возможно, упомянутый лидер этой группы. Котомин подошёл к столу, уселся на стул, поставленный перед ним специально для пришлецов, жаждущих ответов. Человек продолжал спать. Ник громко прочистил горло. Спящий дёрнулся, глазками спросонья заморгал.

Затем

привстал, сел в кресле прямо и вылупился на репортёра. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы начать соображать.

– Тебе чего, молодой?..

Ну, по крайней мере этот «старый» хоть выглядит постарше Ника. Этому круглолицему крепкому мужчине с виду стукнул минимум полтинник.

– Мне сказали, что ваша… м-м… армия намерена… э-э… как бы это выразиться… ну, в общем, спасать мир человечества. – Котомин специально говорил неспешно, давая собеседнику время окончательно проснуться.

– Тебе очень правильно сказали! – визави оживился. – Ты намерен влиться в ряды движения прозревших?

– Вы так и называетесь, «Прозревшие»? – уточнил Ник.

– Ну нет, название у нашей армии другое. – Мужчина улыбнулся. – Мы вынуждены шифроваться, чтобы отбирать людей по их истинному интересу и желанию. Слухи искажают информацию. И нам бы не хотелось, чтобы люди болтали о нас лишнее. У костров под градусом все любят потрепаться на разные темы, даже если ничего в них не смыслят.

– Что же вы такое делаете? Что люди могут понять неправильно? Истинно хорошие деяния даже лжецы не смогут исковеркать до неузнаваемости.

Это была цитата из самого себя. Николаю Котомину не впервой общаться с различными гуру, вождями, проповедниками и развенчивать их претензии на истину в последней инстанции.

– Я отвечу на этот вопрос, когда узнаю, почему ты пришёл к нам. Что тебя привело? Если многие причины, то выскажи первое, что на язык просится. – Сидящий в кресле пристально уставился на репортёра, буравя его маленькими, но с очень колючим взглядом глазками. – Что тебя привело в Зону?

Ник, честно говоря, не ожидал подобного допроса. Он полагал, что в «банду» принимают всех без разбора. По принципу: чем нас больше, тем круче мы!

– Собственно, в Зону меня привело желание заработать, я банку должен крупную сумму. – Глядя на ждущего откровения «командира» абсолютно честными глазами, произнёс Ник; и почти не солгал, ведь вторую часть ответа даже не пришлось выдумывать. – Но сюда я пришёл, заинтересовавшись вашей благой целью. Хотелось бы узнать, каким образом вы хотите предотвратить конец света.

Истинная правда.

– Стра-анно, – протянул собеседник, – все с ходу спрашивают о том, какую часть артефактов нужно скидывать в общий котёл, какие условия поддержки, ну, там, еда, патроны, броня. Иногда спрашивают про карьерный рост, а ты вот так сразу, саму суть ухватил… Ответь, что тебя привело сюда, в Зону?

– Я же сказал, затруднительное финансовое положе…

– А-а, только не ври мне! – Мужчина пренебрежительно махнул рукой, его глазки-буравчики сверкнули. – Скажи, разве у тебя не было ощущения, что не всё в порядке? Что мир вокруг снова начинает меняться… Ты не похож на бродягу, способного прийти в Зону просто так, подзаработать! Как ты понял, что именно здесь источник твоего беспокойства?

Мужчина спросил и вновь ждал ответа, а спрошенный потерянно молчал. Ник не то чтобы растерялся, но… просто не ожидал встретить такую проницательность в этом сарае. Одной фразой собеседник ухитрился описать причину, властно потянувшую журналиста отправиться в путь.