Лорд Света
Шрифт:
Кэл посмотрел на Алексис, скривив губы.
— Слишком многие жаждали этой власти, жаждали отравленных подарков, обещанных Иными. Иные воспользовались этим и дали отпор.
Уставившись в ночь, он стиснул зубы.
— Когда некоторые из нас продолжили сопротивляться, они нанесли, как они надеялись, последний, сокрушительный удар. Чтобы полностью изолировать нас. Чтобы гарантировать, что никакому другому, лучшему миру не будет позволено существовать. Они не позволили бы нам сравнивать их ужасный тёмный мир с чем-то лучшим. Они не позволили бы нам надеяться, мечтать о лучшем
Алексис почувствовала лёгкую тошноту.
Она могла видеть всё это через Кэла.
Она могла чувствовать это, пока он говорил.
Она помнила тяжесть его мира, каким угнетающим он казался.
Она помнила, что даже счастье там не ощущалось, как настоящее.
Это было похоже на диверсию, отвлекающий маневр, даже на театр.
Она не встретила там ни одного счастливого существа, не считая Боргена.
— Борген проводил много времени за пределами планеты, — сказал ей Кэл, отмахнувшись рукой. — Это было одним из преимуществ членов корпуса стражей, которые защищали тех, кто принадлежал к королевской делегации. Он также был частью сопротивления, которое свергло моего отца. Но ещё до всего этого они путешествовали. Они побывали в других измерениях… на других планетах… даже в других исторических периодах. Если они ещё не были рабами Иных, они оставались открыты свету Древних. Они узнавали другие способы ведения дел… другие пути бытия и жизни.
Он бросил на Алексис мрачный взгляд.
— Я знаю, что именно это спасло меня. Я также знаю, что Красный Дракон никогда бы не был свергнут без работы стражи, которая провела всё это время в других местах. И всё же это чуть не произошло… хотя я удерживал власть всего несколько лет, прежде чем мой отец попытался убить меня и вернуть себе трон.
Он погладил Алексис по лицу, и его слова звучали обеспокоенно.
— Он бы преуспел, если бы ты его не остановила. Он бы преуспел снова, если бы ты не убедила тех существ в Бангкоке помочь тебе.
Он взял её руку в свою и сжал её пальцы.
— Вот почему я думаю, что твой отец прав. Я думаю, что ты — ключ ко всему этому, Светоносная. Я думаю, что именно тебе предназначено открыть врата.
Он улыбнулся. Его глаза изучали её.
Алексис смотрела, как они становятся светло-голубыми с переливами фиолетового.
— Знаешь, в моём мире есть история о Последней Светоносной. Ты знаешь её? Говорят, эта Светоносная появляется в карете, запряженной огненными драконами, и целует принца, чтобы пробудить его ото сна. Как только принца будит Последняя Светоносная, его больше не называют принцем, или королём, простолюдином, или рыцарем.
Кэл ухмыльнулся ей. Его бровь изящно выгнулась.
— После этого он становится Лордом Света… он тот, чья любовь притягивает Светоносную, существо, которое приносит конец всей тьме.
Алексис фыркнула, закатив при этом глаза.
Несмотря на это, она почувствовала, как её лицо залилось румянцем.
Она неуверенно улыбнулась ему и покачала головой.
—
— Думаю, что так и есть, — засмеялся он и погладил Алексис по лицу.
Затем он наклонился, чтобы поцеловать её, обхватив одной рукой её подбородок.
— Но ты вообще поняла саму историю, любовь моя? — Кэл насмешливо пожурил её в ответ. — Он герой, потому что помогает Последней Светоносной спасти весь мир. Он герой, потому что заставляет её Свет сиять ярче… потому что спасает её, чтобы она могла спасти всех.
Алексис задумалась над его словами.
Что-то в этой истории возродило боль в её грудь.
Однако в тот раз боль ощущалась почти приятной.
Она уставилась в темноту за прутьями львиной клетки и кивнула, как будто самой себе.
Затем Алексис снова повернулась лицом к Кэлу, и серьёзно посмотрела в его фиалковые глаза.
— Хорошо, Лорд Света, — сказала она. — Как нам это сделать? Как ты собираешься спасать меня, чтобы я смогла открыть дверь и спасти всех остальных?
Воцарилось молчание.
Затем они оба рассмеялись.
Все остальные в пещере покосились на них.
Алексис было всё равно.
Кажется, Кэлу тоже.
Однако, когда их смех постепенно стих, Кэл смог только пожать плечами. Та улыбка по-прежнему светилась в его глазах.
— Понятия не имею, — признался он. — У тебя есть какие-нибудь идеи, моя великолепная, наполненная светом, сексуальная жена-ялиек? Или нам стоит подключить ведьм?
— У вас есть ведьмы, — произнёс знакомый голос, заставив Алексис обернуться.
Она увидела Габриэлу, которая, должно быть, ехала к Старому Зоопарку со скоростью около трёхсот километров в час, раз так быстро сюда добралась. Теперь она стояла в объятиях Девина, всего в нескольких метрах от того места, где находились они.
— И у тебя есть ещё одна Светоносная, — сказал другой знакомый голос.
Алексис широко улыбнулась, увидев Даринду среди только что прибывшей группы.
Прежде чем она успела окликнуть свою подругу, ещё один голос нарушил тишину с другой стороны от неё.
— Две Светоносные, — произнес голос.
Алексис обернулась и увидела, что её мать теперь стояла ближе к ней, держа за руку отца. Они вдвоём стояли и наблюдали за ней из центра львиной пещеры. Она заметила, что её отец продолжал смотреть на Кэла, почти насупившись, но когда он взглянул на неё, выражение его лица полностью изменилось, смягчившись от настолько милой улыбки, что на неё было трудно смотреть.
Алексис выдохнула и подняла взгляд на Кэла.
«Полагаю, нам нужно начинать?» — мысленно обратилась она к нему.
Вспомнив, что сказала её мать, она заставила себя открыться ему, открыть эту боль в своей груди, постараться услышать его.
Улыбка смягчила выражение его лица.
Кэл, должно быть, почувствовал, что она делает.
Секундой позже она поняла, что он точно почувствовал. Потому что она услышала его ответ в своём сознании, ясный как божий день, хотя его губы не шевелились.