Лорд Пустошей
Шрифт:
— И все же правильнее было бы расстаться, — вздохнул я, вспомнив о ценности своей жизни и о дальнейших планах, в которые забавы с варгами не входили, напротив, очень мешали их реализации.
— Что ж, раз ты настаиваешь… — задумалась девушка. — Есть разумное решение. Никаких смертоубийств и прочих неприятностей. Это позволит окончательно разобраться с нашими разногласиями без обид и дальнейшей вражды.
— Какое?
— А вот такое, — ответила девушка. — Если до дележа золота ты хоть немного уймешь питаемые ко мне нежные чувства, то я удостоверюсь, что это не игра, и оставлю тебя. На самом деле, без
— Что ж, это приемлемое соглашение, — поразмыслив, решил я. — Если, конечно, не обманываешь.
— Дарт, как ты не поймешь, — досадливо поморщилась девушка. — Ну, какой смысл мне самой портить себе удовольствие? В данном случае выиграть честно намного приятнее, чем смошенничать. Такое поражение, без обмана с моей стороны, заденет тебя гораздо сильнее, а мне подарит море удовольствия. А как приятно будет смотреть тебе в глаза, когда ты сам будешь просить меня остаться… Да и клятва наша никуда не делась — какой уж тут обман.
— Ладно, договорились, — кивнул я.
— Вот и славно, — промурлыкала Мэри. — Только помни, все по-честному, без мошенничества, поэтому никаких зелий и магии, ты должен сам погасить свою страсть.
Я кивнул, задумчиво глядя на довольное лицо девушки. Откуда у нее такая уверенность в том, что я проиграю? Неужели считает, я настолько слаб, что не в состоянии контролировать свои чувства? Недооценивает? Или что-то уже придумала? Это она может, хитрюга. Эх, жаль, нельзя взять с собой Кару, уж в ее присутствии Мэри точно не досталось бы от меня никаких эмоций.
Усмехнувшись собственным мыслям, я открыл дверцу кареты и спросил у растерянного кучера:
— Так мы едем дальше или как?
— Да-да! — торопливо метнулся он к лошадям.
«Мне тебя почти жаль, бедненький Дарт, — с нежностью взирая на парня, подумала Мэри. — Но раз ты сам желаешь помучиться, то как я могу отказать в помощи своему партнеру? Конечно, придется потрудиться на славу, но, надеюсь, результаты моих усилий тебя не разочаруют. А удовольствие от потрясающе прекрасных эмоций в виде твоих душевных терзаний будем считать крохотным возмещением за мои труды». И пришла совсем уж в прекрасное расположение духа.
Удержавшись от довольного смеха, Мэри позволила себе лишь усмешку. Все-таки она самая хитрая и коварная. И очень, очень терпеливая. Потратить столько времени на маленькие ловушки, несложные интриги, создающие впечатление хитрой игры, и терпеливо вести человека к прикрытой мороком пропасти, в которую он шагнет сам…
Но труды стоили того — даже этот умник не смог раскрыть ее замысел. А всего-то и нужно было, что находиться рядом с ним достаточно продолжительное время. И все. Впрочем, все самые изумительно коварные планы просты до безобразия. И этот не исключение. А теперь, когда эмоциональное восприятие Дарта развилось настолько, что его не обмануть наигранной злостью, осталось лишь нанести сокрушающий удар. Перестать гасить свои чувства.
И как вовремя все случилось… Сегодня просто праздник какой-то, а не день. Даже позабылось это досадное происшествие с леди Сельмой. Хотя забывать о нем не стоило. Нужно будет узнать, кто ее надоумил подначить Дарта на постройку замка. Не сама же она
А вот за откровенное разглядывание Алиссии его надо будет наказать. А то совсем обнаглел — на принцесс засматривается. Словно не понимает, что ее телохранительницы отслеживают эмоциональное состояние собеседников и Алиссия сегодня же узнает о его интересе. Весьма далеком от восторга и преклонения. А это может заинтересовать девчонку. Как же, он посмел не преклоняться перед ее королевским высочеством — самой прекрасной девицей Элории. Да еще и оценивал ее как на рынке: купить — не купить. Возмутительное поведение. И откуда у него такое безразличие к положению человека в обществе…
«Ох, были бы у тебя наиогромнейшие проблемы, Дарт, если бы ты решил остаться в столице, — подумала Мэри. — Тут такое змеиное логово, что тебе и в страшном сне не могло присниться. Никакие варги столько проблем создать не могут, сколько порой их возникает из-за одного неосторожного взгляда на аристократку».
Впрочем, это все уже не так важно. Дарт управился со всеми делами в столице и, скорее всего, быстро умотает отсюда.
Земли свои осматривать. А там и за добычей двинется. В компании со своим партнером.
Карета чуть дернулась и, мягко покачиваясь, покатила дальше, лишь изредка подпрыгивая на камнях, выступающих из мостовой. Оговорив все условия сделки, мы умолкли и до самого дома больше не разговаривали. Так и ехали, поглядывая друг на дружку, прислушиваясь к шуму ночного города и размышляя каждый о своем. Мэри, видимо, мечтала о победе моих желаний над разумом, а я пытался обуздать раздирающие меня на части противоречивые чувства. Сильно хотелось бросить все и убраться подальше от варгов, глаза б мои на них не смотрели. Но наряду с этим я испытывал непреодолимое желание обладать столь красивым созданием, как варг. Да и разум подсказывал, что дружеские отношения с Мэри выгоды несут намного больше, чем вражда, и на самом деле, несмотря на свои игры, зла она мне больше не желает. Так я и маялся всю дорогу.
— Вот, доставил вас, — промямлил подскочивший к нам кучер, когда я помог девушке выбраться из кареты.
— Да, спасибо, — поблагодарил я.
— Вы уж не держите на меня зла, — смущенно добавил он. — Кто ж знал, что оно так обернется… — И совсем уж тихо пробормотал, косясь на Мэри: — Я ведь, как карета ходуном пошла, подумал, случилось что-то нехорошее…
— Это да, вполне могло быть, — усмехнулся я, посмотрев на взъерошенную после нашей схватки девушку. — Ты прямо-таки спас меня, получается.
— Ага, — облегченно вздохнул кучер, поняв, что неприятности ему не грозят. — Так я тогда поеду?
— Да, счастливо, — кивнул я.
Не обращая больше внимания на мужчину, который счел за благо немедленно уехать, мы вошли в дом.
— Что с вами случилось?! — увидев нас, ахнули сидевшие в гостиной девушки.
— Вас что, из дворца вышвырнули? — рассмеялась Кара. — Или по дороге разбойники напали?
Я повесил накидку и оторванный рукав куртки на спинку свободного стула, а свитки бросил на стол. Приложив свисающий сбоку клок материи к прорехе и покосившись на Мэри, пытающуюся приладить на место ворот, я почесал затылок и брякнул: