Лорд Пустошей
Шрифт:
— Смотри сам, — улыбнулся я и спросил: — А куда ты топал, когда мы тебя перехватили? Не на службу, случаем?
— Совсем из головы вылетело! — всполошился Стоун, хлопнув себя по лбу. — Меня же Кирх зачем-то вызывал. Какое-то у него там дело ко мне срочное. — И спросил: — К судье не хочешь заглянуть?
— Давай сходим, — тут же согласился я.
И мы решили посетить городскую управу. Правда, вдвоем. Дядя решил, что его приглашение не касается, и переубедить его мы не смогли. Пришлось отложить на какое-то время поход к судье и разобраться с размещением на постоялом дворе. Можно было, конечно, и у Стоуна
— Не ого-го у вас лошадки, — заметил Стоун, когда мы решили насущные проблемы. — Вот тот, что тебе от Килпатрика достался, действительно благородных кровей конь был. — И, покосившись на меня, усмехнулся: — На таком даже барону не зазорно ездить было.
Не обратив внимания на подначку, я досадливо поморщился и спросил:
— Откуда ты знаешь о Килпатрике? Я же вроде не говорил о нем.
— А что ты хотел, Дарт? — пожал плечами Стоун. — Шила ведь в мешке не утаишь… Да и вообще непонятно, как ты хотел остаться в тени, появившись на людях с леди Ребеккой да на коне погибшего Килпатрика. Который, по уверениям его родичей, бросился в погоню за подлым негодяем, похитившим благородную девушку.
— Это еще кто негодяй, — донельзя возмутила меня подобная трактовка событий.
— Да кто есть кто, и так всем понятно, — успокоил меня десятник. — Поэтому Кирх и послал в свое время сэра Алберта лесом, не став объявлять тебя в розыск. Сослался на то, что слова леди Ребекки противоречат утверждениям несомненно благородного сэра, и поэтому никакое решение в отношении тебя не может быть принято, пока не выяснится, кто из них говорит правду. Ох, и взбесился, говорят, тогда сэр Алберт, — усмехнулся Стоун. — Ну да что он мог сделать? Тарин — город вольный и платит налоги напрямую в императорскую казну. У нас благородное происхождение не дает права творить что вздумается.
— А с чего ты о нем вообще вспомнил? — поинтересовался я, терзаемый нехорошими предчувствиями. — Его же вроде отец Ребекки прикончил.
— Прикончил, — подтвердил Стоун и с сожалением протянул: — Честно говоря, все вздохнули с облегчением, узнав о его смерти. Думали, будет в округе одним мерзавцем меньше.
— И что не так? — поторопил я своего друга.
— Да вот с полгода назад его наследник объявился, — продолжил Стоун. — То ли двоюродный дядя, то ли внучатый племянник, демон разберешь. Говорят, перебрался к нам аж из самой Сатии. И оказалось, что сэр Алберт был вполне приличным человеком по сравнению с новым владельцем его вотчины.
— Что, этот совсем законченный негодяй?
— Не то слово, Дарт, не то слово. Да что говорить, ходят слухи, будто он самолично промышлял работорговлей. А такой человек в принципе не может быть порядочным. Поначалу-то все тихо было — присматривался, видать, что у нас да как, — а потом понеслось. Что не декада — так беда. То спалит чью-нибудь деревню, то нападет на какой-нибудь замок. Или, в крайнем случае, забаву какую жуткую учинит вроде охоты с собаками на беглых крестьян. А бегут они с его земель целыми семьями.
— И что, нет на него никакой управы?
— Пока все ему сходит с рук, — ответил мой друг. —
— Без каких земель? — не понял я.
— Так этот сэр Винсент уже не один чужой удел захватил и добился, чтобы настоящие владельцы отписали земли ему. И свои захваты, очевидно, не собирается прекращать.
— Так собрались бы местные, объединили дружины и дали отпор, — высказался я. — У него же не боевая скилла.
— Нет, конечно, — кивнул Стоун. — Но воинов изрядно. С собой привел целую сотню, да прихвостней сэра Алберта порядком оставалось. К тому же у него, похоже, есть свой маг. Вот и вышло, что сила у него для нашей местности огромная. Никто ведь не держит таких дружин. Два-три десятка воинов, от силы пять десятков. Больше не прокормишь, если только не промышлять грабежом соседей.
— Да, плохо вашим сэрам придется, — констатировал я. — По одному точно не отобьются. Тут только объединяться и магов нанимать — иного выхода нет.
— Ты прав, — согласился с моим выводом Стоун. — Но, в общем-то, это не наше дело — сами разберутся. Тут другая беда…
— Какая же?
— Сэр Винсент тоже заглядывал к нам насчет твоей поимки, — начал посвящать меня в суть дела Стоун. — Плел что-то по поводу семейной чести и отмщении… Хотя какая честь у такого урода? И отправили его, несолоно хлебавши, как и прежде сэра Алберта. Дескать, пока не прояснятся обстоятельства дела — помочь ничем не можем. А он тогда сам решил заняться этим делом — объявил награду сотню золотых за твою поимку. Кирх ему вообще приказал из города убираться со своим самоуправством. Тот уехал. Расклеил по всему Тарину объявления о розыске и солидном вознаграждении за сведения о твоем местонахождении — и уехал. Листки-то мы быстро содрали, но свое дело они сделали. Так что скоро сэр Винсент будет знать о твоем приезде и обязательно примчится поквитаться за свою родню. И пусть руки у него в городе связаны, но какую-нибудь пакость он может учинить. Подлости в нем через край…
— Вот же проблемка нарисовалась, — досадливо покачал я головой. — А мне Савор позарез нужен… Ладно, подумаем еще, как поступить. — И отложил решение возникшей проблемы на потом, тем более что мы уже дошли до здания городского совета.
— Опять спите на посту? — сделал Стоун суровое замечание стоящим у входа стражникам.
— Да ты чего, десятник?! — задохнулись те от возмущения, вполне справедливо полагая, что это наглое издевательство, так как вряд ли кто-то может заснуть стоя да в полном доспехе, и в придачу болтая с приятелем.
— Того! — отрезал Стоун и указал им на растерянно озирающуюся девицу, стоящую в нескольких десятках ярдов от нас, у которой слезы на глаза наворачивались, и она даже всхлипывать начала. — Вон уже обчистили кого-то. Прямо у вас под носом!
— Так мы же на посту, — протянули стражники. — И покидать его нельзя.
— Здание городского совета у вас не сперли бы за пару мгновений, — едко подметил десятник, — а человеку помогли бы. — И пригрозил: — Вот урежут нам плату из-за таких олухов, как вы, будете тогда знать.