Лорд и леди Шервуда. Том 4
Шрифт:
– Зачем же ты отправился к ней в постель, если знал, что там грелось столько народа? – в сердцах спросила Марианна.
Дэнис рассмеялся и развел руками.
– Я не мог отказать даме, да еще когда она была так настойчива! – ответил он и улыбнулся обворожительной улыбкой, при виде которой Марианна сама не удержалась от смеха, лишь укоризненно покачав головой.
– От кого послания? – спросил Вилл, указав на письма.
– Два из Лондона – от Артура и Уильяма Лонгспи. Одно от Реджинальда – обещает приехать в гости, – ответил Робин.
Обед закончился, но в саду было так чудесно, что все, не сговариваясь,
– Что пишут Артур и Уильям? Какие новости при дворе?
– Иоанн намеревается воевать с королем Филиппом за нормандские владения, – ответил Робин, одновременно отдавая Марианне письмо Реджинальда.
– Покойный Ричард не мог совладать с Филиппом! – усмехнулся Вилл. – Где уже тягаться с ним Иоанну!
– Примерно такой тон и в обоих письмах – что Артура, что Уильяма, – сказал Робин и нахмурился. – Судя по всему, война затянется, и, возможно, не на один год. Король Филипп твердо нацелен на приращение земель к своему королевству. Если Иоанн погрязнет в войне на континенте, в Англии опять настанут смутные времена. Только на этот раз без надежды на возвращение короля, к которому питали уважение. Иоанна боятся, ненавидят, но сильного властителя в нем не видит никто.
– Заскучал? – спросил Вилл, внимательно глядя на брата.
– По войне? – усмехнулся Робин и отрицательно покачал головой. – Нет. Я вдоволь навоевался под знаменами Ричарда, а Иоанн меня, к счастью, не призовет. Отделаюсь деньгами или войском, собранным в нормандском владении. И знаешь, Вилл, мне совсем не по душе воевать с королем Филиппом. Он несравнимо более достойный король, чем Иоанн. Ему не занимать ума. Достаточно вспомнить, с какой легкостью он обводил вокруг пальца Ричарда!
– Опасные речи ведешь, Робин! – заметил Вилл. – Долети твои слова до Иоанна, и он не преминет заподозрить тебя в измене, если не обвинит сразу, учитывая его подозрительность!
– Так ведь я их только с тобой и веду! – рассмеялся Робин. – Вассальная присяга Иоанну не оставляет мне выбора.
Вилл не поддержал его смех, став серьезным:
– Помнишь, когда пришла весть о смерти короля Ричарда, ты, будучи в Лондоне, поддержал принца Джона в его претензиях на опустевший трон, а не племянника Ричарда – Артура Бретонского? И вот принц Джон стал королем Иоанном. Ты до сих пор не сожалеешь о своем решении?
– В те дни не было иного выбора. Намерение Иоанна занять трон получило единодушное одобрение всех титулованных лордов королевства. Артур тоже не был подарком. Уже в столь малом возрасте он проявлял огромное высокомерие и заносчивость. В части прав на корону он не уступал Иоанну, но его слишком юный возраст и чересчур властная мать послужили вескими основаниями для всех предпочесть дядю племяннику. К тому же он был воспитан королем Франции, ни разу до гибели Ричарда не был в Англии. Нормандия и Анжу приняли бы его, англичане – нет! – спокойно возразил Робин и с горечью усмехнулся: – А сожалел ли я? Да, Вилл, я почувствовал сожаление, когда стало известно, как король Иоанн обошелся с принцем Артуром.
– Как же? – живо поинтересовался Дэнис. – Разные ходили слухи, одни противоречивее других.
Склонившись, Робин потрепал юношу по голове и с невеселой улыбкой ответил:
– Его держали в Нормандии в замке Фалез под надежной охраной. Но Иоанн
Дэнис на миг онемел и, запрокинув голову, с недоверием посмотрел на Робина.
– Зачем?!
– Что зачем, Дэн?
– Зачем поступать так жестоко? Если принца все равно обрекли на смерть… – не договорив, он судорожно сглотнул.
– Затем, что Иоанн жесток, Дэн, и получает удовольствие от жестокости, к кому бы ни проявлял ее – к женщинам или мужчинам.
– Крестный, ты сказал – должны были убить. Значит, его не убили?
– В тот раз нет. Комендант Фалеза лорд де Бург пожалел юношу и спрятал его в подземельях замка. Иоанну доложили, что приказ исполнен, но Артур тогда был еще жив, что пошло на пользу самому Иоанну, когда весть о том, как он повелел обойтись с племянником, повсеместно распространилась стараниями короля Филиппа.
– Начались волнения, которые усиливались день ото дня, грозя превратиться в бурю, которая смела бы Иоанна с трона, – пояснил Вилл в ответ на вопросительный взгляд сына. – Иоанн не знал, что предпринять. Тогда лорд де Бург, спасший принца Артура, открыл ему тайну, рискуя лишиться головы.
– Но вместо наказания был осыпан почестями и наградами, – усмехнулся Робин. – Слишком кстати принц Артур оказался жив! Юношу перевезли из Фалеза в Руан, где предоставили ему относительную свободу, чтобы все смогли убедиться в ложности слухов. Иоанн впал в образ оскорбленной добродетели, волнения улеглись.
– Так принц Артур до сих пор жив?! – спросил Дэнис.
– Нет. Иоанн однажды приехал в Руан и уединился с племянником на весь вечер, до самой ночи. А утром обнаружилось, что Артур исчез. Иоанн и его приспешники уверяли, что принц сбежал из Руана, но через несколько дней рыбаки вытащили из реки тело юноши. На нем были следы страшных побоев, лицо разбито и изуродовано. Только по одежде и опознали принца Артура! Вероятнее всего, Иоанн сам забил его до смерти, – ответил Робин и вновь обратил взгляд на брата: – Не я один ужаснулся судьбе принца Артура, но что-либо менять было поздно, Вилл. Ах, если бы Ричард поступился своими склонностями, пересилил холодность к жене и оставил наследника! Все сложилось бы иначе.
– Да, и ты был бы сейчас в регентском совете, а не томился бездействием, – кивнул в ответ Вилл.
Робин рассмеялся и задумчиво посмотрел в небо, раскинувшееся над Веардруном куполом – лазурным, как стяг Рочестеров.
– Грех сетовать, Вилл. Судьба обошлась со мной более милостиво, чем с нашим отцом.
Вилл иронично вскинул бровь, собираясь о чем-то сказать, но промолчал, поймав быстрый предостерегающий взгляд брата и заметив выразительное движение его брови в сторону Марианны.
– А королева Беренгария красивая? – вновь встрял в разговор Дэнис. – Отец, крестный, вам доводилось видеть ее?
– Доводилось, – ответил вместо Робина Вилл. – Да, сынок, она весьма хороша собой, но для покойного короля Ричарда любой смазливый менестрель был милее королевы. Как бы ни восхваляли Ричарда за отвагу и доблесть, он не исполнил одной из важнейших обязанностей короля – не оставив после себя сыновей.
Печальная участь племянника короля глубоко взволновала Дэниса, и он упрекнул Вилла и Робина: