Лора
Шрифт:
Лора сделала ложный выпад в живот Иро, чтобы снова вытащить нож из воды. Белки глаз Иро вспыхнули, когда Лора вонзила лезвие в ее бедро и перевернула дори, чтобы поднести сауротер к ее горлу.
Фигура Афины возникла на краю пруда, рядом с тем местом, где теперь были разбросаны тела других Одиссеидов.
Иро, хромая, пятилась назад, надеясь, что ей удастся сбежать. Кровь заливала ее лицо. У Лоры мелькнула несвоевременная мысль, что эта рана могла бы стать двойником того шрама, что оставил ей на память архонт Одиссеидов
Лора снова двинулась на нее. У раны не было шанса зарубцеваться.
Иро выставила перед собой дори, не подпуская Лору к себе, изо всех сил стараясь выпрямиться во весь рост.
Дори постепенно окрашивалось в пылающий красный. Казалось, жар исходит от его наконечника, превращая дождь вокруг них в пар. Взгляд Иро был прикован к оружию, тем временем жар усиливался, и сталь размягчалась в ее руке. Она отшвырнула копье в воду, расплавленный металл ожигал ей ладонь.
Лора обернулась.
Из воды медленно поднимался Кастор. На лице застыла бесстрастная маска, а глаза горели золотом.
39
Воздух мерцал вокруг Кастора, наполненный его силой.
Лора застыла, и дори выскользнуло из ее пальцев.
Это ей кажется. Это… невозможно.
Она видела, как он умирал. Ее взгляд упал на его грудь, на то место, где стрела пронзила сердце. Под окровавленной дырой на его рубашке, там, где должна была зиять рана, виднелась новая, неповрежденная кожа. Что означало…
Свет и сила вокруг Кастора нарастали. Его глаза остановились на теле охотника, потом обратились к Иро.
– Уходи, – бросил он ей.
– Что… это… такое, – выдохнула Иро. – Кто ты? Ты же был…
– Уходи! – прогремел голос Кастора.
На этот раз у Иро хватило ума побежать. Схватившись за раненую ногу, она ковыляла сквозь дождь и потоки воды. А Кастор снова уставился на тело охотника.
– Ты сделала это? – тихо спросил он.
При звуке страдания в его голосе Лора до боли стиснула зубы.
– Да. И сделала бы это снова.
Его глаза закрылись и медленно распахнулись, как будто он пробуждался ото сна.
– Что бы ни случилось со мной, ты не можешь так поступать с собой.
Краткая радость, которую она испытала, сменилась горечью. Да как он смеет… как смеет осуждать ее, отчитывать, как маленькую. Словно она не понимает, что хорошо, а что плохо.
– Я могу делать все, что захочу, – холодно сказала Лора.
– Это не так, – возразил Кастор. – Я не верю, что ты хочешь именно этого – убивать людей, быть охотником.
– Я сама делаю выбор. – Лора почувствовала, как в ней поднимается горячая ярость. – Ты – единственный,
Новый бог в изумлении уставился на нее.
– Ты слышишь, что говоришь? Думаешь, это то, чего хотели бы твои родители – чтобы, отомстив за них, ты потеряла себя?
– Не смей использовать их как оружие против меня! – рявкнула Лора.
Кастор не успел ничего сказать, потому что к ним уже летела Афина.
– Кто ты такой, самозванец?! – прогрохотала богиня. – Ты не смертен, а это значит, что ты не бог. Кто ты такой?
– Я… – Кастор опустил взгляд на свои руки, все еще обвитые золотыми щупальцами силы, а затем коснулся груди в том месте, куда вонзилась стрела.
Артемида задавала тот же вопрос. Кто ты такой?
– Какую жизнь ты ведешь? – напирала Афина. – Что ты от нас скрываешь?
– Ничего. – Кастор перевел взгляд на Лору. – Я не могу этого объяснить… я не помню, что произошло в тот день…
– Что ты знаешь об Агоне, чего не знаем мы? – не унималась богиня. – Я не верю, что ты ничего не помнишь. Если за эти семь дней ты не утратил бессмертия, ты что-то узнал – сделал что-то, – и скрыл это от нас, твоих союзников.
– Я не… – Голос Кастора был низким, грубым. – Я не помню. Была боль, а потом темнота – и тогда я очнулся.
– Ты лжешь, – заявила Афина. – Ты здесь, но не участвуешь в охоте. Не так, как положено. Скажи мне, кто ты такой. Моя сестра была права – твоя сила ощущается как-то по-другому. Она течет сквозь тебя, но не рождается из тебя.
Лора, потрясенная, повернулась к ней.
– Что это значит?
Богиня лишь смотрела на Кастора, пока наконец к ней не присоединилась и Лора. Ее пульс подскочил, и она вдруг почувствовала, будто тонет в воздухе, когда в ее ушах раздался звонкий голос.
Все это не по-настоящему.
– Твоя потерянная память – удобная ложь, чтобы скрыть правду о том, как бог может избежать охоты, – сказала Афина. – Не потому ли ты не являл себя в физической форме последние семь лет? Ты вообще был в этом мире?
Все это не по-настоящему.
Ни Гилберт, ни ее жизнь здесь, ни даже Кастор и знакомое ощущение безопасности, рождавшееся в ее сердце от одного только его присутствия.
Не обращая внимания на слова богини, Кастор снова попытался поймать взгляд Лоры.
– Ты мне не веришь.
Лора не хотела оказаться в сетях обмана еще одного бога. Она не могла сдаться, стать безвольной пешкой в чужой игре. Но это был Кастор.
Ведь так?
– Мы просто пытаемся понять, что происходит, – проговорила Лора.