Лора
Шрифт:
– Знаю. Но я так долго был слабым, и в этом нет ничьей вины. Это было просто мое тело. Мы рождались либо сильными, либо слабыми, и я ненавидел этот выбор. Я хотел, чтобы меня определяла та жизнь, которой я живу.
Жизнь, которой он жил. Та, что была бы немилосердно оборвана, если бы не его вознесение. Она почти чувствовала историю, которую он утаивал. Эта история пульсировала у него под кожей, словно отчаянно желая, чтобы ее рассказали.
– Кас, – тихо позвала Лора. – Как ты убил
Новый бог с трудом сглотнул, и кадык его дернулся. Казалось, в нем происходит какая-то внутренняя борьба, и Лора уже пожалела, что спросила. Многое изменилось между ними, но вряд ли она смогла бы выдержать, если бы он ей сейчас солгал. В первый раз за всю их дружбу.
– Я не знаю.
Взгляд Лоры метнулся к его лицу.
– Что?
Кастор покосился на дверь, словно опасаясь, что кто-то может подслушивать.
– Я не знаю. Не помню, что произошло.
Ее рот сам собою открылся, потом закрылся.
– В общем, так, – напряженно произнес Кастор. – В моей спальне не было камер. Ван сказал мне потом, что, когда Аполлон появился в Доме Фетиды, вся система слежения вышла из строя. И когда это случилось, я был один.
– Может, Ван знает? – спросила Лора, немного разочарованная тем, что услышала.
– Ван не разбирается в том, как вернуть утраченную память. Он все испробовал, всех опросил, пытался разобраться в этом сам. Я просто…
– Вот почему ты пытался поговорить с Артемидой? – В голове у Лоры наконец все сложилось. – Думаешь, она может знать?
Он кивнул.
– Я не знаю, какой была их связь, как и то, видела ли она, что произошло. Хотя Афина, похоже, ничего не знает. Сказала бы ей Артемида, если бы стала свидетельницей смерти Аполлона?
– Как только начался этот Агон, Артемида ударила ее ножом, так что давай не будем рассчитывать на их сестринскую любовь, – вздохнула Лора.
На мгновение лицо Кастора осветилось слабой улыбкой. А Лора снова сжала его ладонь.
– Мне нужно это выяснить, – снова заговорил он. – Я должен. Я не могу… Тому, что произошло, должно быть какое-то объяснение. Ко мне перешла сила Аполлона… Это должно что-то значить.
Лора почувствовала, как в ней что-то дрогнуло от тихого отчаяния, прозвучавшего в его словах.
– Я не верю в судьбу, но верю в тебя, – убежденно сказала Лора. – Что бы ни произошло, это должно было произойти, потому что ты – это ты. Мы выясним, что это было и почему, обещаю. Можешь положиться на меня.
Кастор кивнул.
Тепло его прикосновения постепенно уходило. И когда закончилось исцеление, он не отстранился, и Лора тоже. Кастор намочил бумажное полотенце и принялся смывать кровь с ее новой розовой кожи с такой нежностью, что ее сердце чуть не разорвалось. Лора чуть шире расставила ноги, позволяя ему подойти ближе, и закрыла глаза.
– Тебе лучше? – спросил он. – Правда?
Его длинные пальцы
– Я видела его, – пробормотала Лора. – Когда-то я решила, что никогда не вернусь в этот мир, и никто не заставит меня взять в руки оружие. Я думала, что и сейчас смогу уйти, не замарав себя убийством, если Афина сделает это, но… Не знаю, получится ли у меня существовать в двух мирах одновременно.
– Получится, – убежденно проговорил Кастор. – Не позволяй втянуть тебя обратно. Теперь для тебя здесь ничего нет, кроме теней.
Лора знала, как легко заблудиться в той темноте. И нуждаться в ней.
Даже сейчас она представляла, как ее руки сжимаются на горле Рата и душат, пока искры силы не погаснут в его глазах. Или как ее сверкающий клинок вонзается в его грудь снова и снова, снова и снова. И эта мысль больше не вызывала у нее дурноту.
Напротив, ей только больше хотелось этого.
Лора прижалась к груди Кастора, слушая мощный барабанный бой его смертного сердца.
– Раньше я верила в этот мир. Раньше я так сильно хотела всего, что он обещал нам.
– Я знаю, – откликнулся Кастор. – Но я никогда не думал, что ты выиграешь Агон. Я верил, ты уничтожишь его.
В замешательстве Лора наморщила лоб, но прежде, чем она успела ответить, что-то громыхнуло, а затем раздался дикий вопль.
Иро наконец очнулась.
24
Когда Лора влетела в кабинет, Иро уже держала Майлза за горло, прижимая острый кончик ножа для вскрытия писем к его яремной вене.
Ван протягивал к ней руки, что-то говорил тихим, успокаивающим голосом, но Иро продолжала теснить Майлза к двери. Афина, сложив руки на груди, наблюдала за происходящим из угла. Ее, похоже, забавляла эта сцена, но дори она все-таки держала поблизости.
– Нет! – Лора выбила лезвие из руки Иро, давая Майлзу пару секунд, чтобы упасть и отползти. – Иро, послушай…
Она попыталась сковать руки подруги по бокам, но Иро всегда была быстрее, а ее инстинкты – острее. С той же исступленной яростью та подскочила к полке, схватила увесистую папку-скоросшиватель и запустила ею в Кастора.
Новый бог увернулся – папка врезалась в стену позади него, – и уставился вытаращенными глазами на Лору, не зная, что делать в такой ситуации.
Увидев Лору, Иро рванула к ней с явным желанием не напасть, а защитить от остальных.
– Беги, Мелора!
– Эй! – рявкнул Майлз. – Это вещь миссис Чонг!