Лондонцы
Шрифт:
— Вы уверены? — уточнил он, когда Кейт разжала пальцы, сжимавшие спинку стула. — Мне казалось, что это начнется не раньше чем через две недели.
Кейт сделала глубокий успокаивающий вздох и расслабилась.
— Доктор Робертс говорит, что, как правило, первые дети не торопятся появиться на свет. И за врачом надо посылать, когда схватки станут регулярными.
— Как это понимать? — переспросил Леон. — Что означает «регулярные схватки»? Как часто они случаются? Каждые пять минут? Или четверть часа? А может быть, раз в полчаса? — Вид у него был чрезвычайно озабоченный.
— Кажется, через каждые пятнадцать минут, я точно не помню.
— Черт возьми, Кейт! — сорвался Леон. — Вы что, не уточнили? Вы сами этого не знаете наверняка?
— Я скажу, когда нужно будет звать врача, — уверенно сказала Кейт. — Поможете мне все подготовить? Нужно убрать с кровати одеяла и белье, расстелить на матрасе газеты…
— Пожалуйста, сядьте! Я все сделаю! — Леон запустил пальцы в коротко подстриженные курчавые волосы. — Где простыни?
Он уже лихорадочно соображал, не отправиться ли на поиски мисс Годфри или Эллен Пирс.
— В шкафу под лестницей. А садиться мне не обязательно. Чем больше я буду ходить, тем скорее начнутся роды.
Леон не стал спорить: дорога была каждая минута. Он повернулся и направился к лестнице. Через двадцать четыре часа он должен быть на борту «Викинга». Родится ли ребенок за это время? Не разумнее ли немедленно бежать за доктором Робертсом?
Он раскрыл створки шкафа и взял с полки стопку фланелевых простыней. Боже правый, подумал он, да легче пережить обстрел или авианалет! Как ей удается оставаться такой спокойной? Может, она не представляет себе в полной мере, что ей предстоит перенести? Кажется, доктор Робертс не потрудился ей популярно все объяснить!
Вернувшись со своей ношей в спальню, Леон увидел, что Кейт убирает с кровати одеяла и простыни. Заслышав его шаги, она обернулась, улыбнулась и вдруг ахнула, схватившись за латунную спинку.
— В чем дело? — Леон подбежал к Кейт, на ходу положив стопку простыней на кровать, и с тревогой вгляделся в ее побледневшее лицо. — Снова схватки? Сколько уже прошло времени после первого раза? Они и должны так часто повторяться?
— Не знаю, может быть, Керри знает… — после долгой паузы ответила Кейт, уже не так уверенно, как в первый раз.
О бывшей подруге она говорила очень редко, не желая погружаться в неприятные воспоминания.
Леон понимал, что она страдает из-за их разрыва и что сейчас рядом с ней следует быть именно Керри, а не такому недотепе, как он.
— Ступайте вниз и выпейте чашку чая. Я подготовлю кровать, а потом сбегаю к доктору.
Кейт не возражала. Поглаживая ноющую поясницу, она спросила, не хочет ли он тоже выпить чаю и съесть сандвич.
— Рекомендую воспользоваться этим предложением, — с усмешкой добавила она. — Похоже, я еще не скоро смогу что-нибудь приготовить.
Леон убрал с кровати постель и оглянулся: где же могут быть газеты? Они оказались за тумбочкой, сложенные в аккуратную стопку и перевязанные веревкой.
С присущей ему флотской сноровкой Леон расстелил их поверх матраса, затем свернул в несколько раз фланелевые простыни и разложил их на газетах. Немного подумав, он по собственной
Леон почесал в затылке. Чай и сандвич подождут, нужно срочно бежать к доктору Робертсу. Интервалы между схватками становились все короче, вызывая сомнения в утвердившемся постулате, что первый ребенок не торопится появиться на свет. Этот малыш вполне мог его опровергнуть, устроив Леону самые запоминающиеся проводы в море.
— Мисс Фойт? — с ударением на первом слове переспросила миссис Робертс. — Она рожает впервые? Хорошо, я передам мужу, когда он вернется. Но по-моему, это случится не раньше второй половины дня. Если у мисс Фойт недавно начались схватки, времени в запасе предостаточно.
Она стала закрывать входную дверь, но Леон, предусмотрительно выставивший ногу вперед, настойчиво возразил:
— Схватки повторяются достаточно часто, и, похоже, они довольно сильные. Настолько, что у Кейт перехватывает дух. Мне хотелось бы узнать, что думает об этом доктор Робертс. Не могли бы вы сказать, где можно его найти?
— Молодой человек, идет война! — Лицо миссис Роберте стало откровенно враждебным. — Или вы не заметили этого, не будучи англичанином? Как только муж вернется с вызова, я скажу ему, что у мисс Фойт начались схватки. И не надо его беспокоить раньше времени!
Лицо Леона оставалось бесстрастным, как маска. Ему, конечно же, следовало предвидеть подобную реакцию. Несомненно, миссис Робертс принимает его за отца ребенка: ее презрительный взгляд не оставлял в этом сомнений. Сделав глубокий вдох, Леон повернулся к ней спиной, не желая унижаться до объяснений этой бесцеремонной мещанке, что он такой же гражданин Великобритании, как она. Ему доводилось сталкиваться с людьми такого сорта, и он усвоил, что спорить с ними бессмысленно: это лишь сильнее распаляет их пыл и они с удвоенным упрямством продолжают стоять на своем. Рассудив, что местонахождение врача должно быть известно мистеру Ниббсу, как уполномоченному по гражданской обороне, Леон решил направиться к нему. Но сперва следовало проверить, как обстоят дела у Кейт.
Он застал ее сидящей на кухне. Ее руки вцепились в сиденье стула, глаза были закрыты, спина выгнута. У ног ее жалобно скулил Гектор.
Леон быстро подошел и, присев возле нее на корточки, окликнул:
— Кейт! Как вы себя чувствуете? Чем я могу помочь?
Она покачала головой и с трудом выдохнула, не открывая глаз:
— Спасибо, ничего не надо. Бедный Гектор не понимает, что со мной происходит. Где доктор Робертс? Он скоро придет?
— Он на вызове, жена не хочет говорить, где именно. Я сбегаю на пункт гражданской обороны, там должны знать. — Впервые он ощущал себя таким беспомощным. — Мне лучше поспешить, Кейт. Я постараюсь как можно быстрее привести его сюда. Если хотите, я помогу вам подняться наверх. Вы не пытались докричаться до мисс Годфри?